Пробурить Стену
Шрифт:
Седрик же лично достал нож.
— Вот как мы поступим: я буду отрезать тебе пальцы, у тебя их в сумме двадцать. Значит у тебя есть двадцать попыток промолчать. Будешь отвечать и больно не будет.
Он крутанул нож к руках и сел на стол, рядом с прикованными к столу руками в наручниках. Двое стоявших у дальней стены бугаёв тут же расправили ноющему мужичку пальцы с аккуратными ухоженными ногтями.
— Вопрос простой: как ты прошёл тест Лукаса Альвареса на выявление магических способностей?
Жозе побледнел, сглотнул, посмотрел на свои пальцы, потом на нож, который Седрик крутил в руках. До некоторых не доходит сразу и приходится всё же резать пальцы,
— Мы с Альваресом всё подстроили! — выкрикнул он и разрыдался. Пришлось ждать несколько минут прежде, чем он успокоится. — Это мой профессор из университета, он сам предложил. Я тут вообще ни при чём, мне и денег досталась лишь пятая часть. А у него рак, ему и лечение нужно было, и в чудо он уже готов был поверить. Я увлекался в то время фокусами и…
— Довольно, — прервал их Седрик и отвернулся от этого заморыша.
Потратил время.
Потратил деньги.
Получил ложную надежду.
А оказалось, что два бездельника решили нажиться. Один от нечего делать, не важно где он прятался пять лет, вступил в сговор со вторым, который ради денег отказался от своего самого главного принципа. Считай продал себя. Ради цифры в банке. Ради временного, что сейчас есть, а завтра нет. Продал и себя, и имя, и веру человечества в науку.
— Я тут не виноват, я верну деньги, обещаю! Отпусти-ите меня…
Седрик, отвернувшись, достал пистолет, снял с предохранителя, развернулся и почти не целясь всадил пулю лжецу в голову. Двух бугаёв обрызгало кровью, стекающей теперь по дальней стене.
— Больно не было, как и обещал, — процедил сквозь зубы Седрик и вышел, тяжело дыша.
«О, этот лютый гнев, что поднимается изнутри. А ещё пьянящее чувство, что ты можешь всё. Ой, я забыл, ты ведь не можешь пока всего», — под стук сердца раздался голос из глубин.
— Заткнись! — зашипел Седрик. — Если ты думаешь, что это ты причина этому гневу, то ты ошибаешься. Я не разделю с тобой счастье видеть страдания тупых идиотов, я сам наслажусь ими сполна!
И злоба, что была не его, а таилась глубоко внутри, вновь вспыхнула и угасла, оставляя с кислым сожалением впустую потраченного времени.
Дни летели, сезоны сменяли друг друга, безумный хоровод поездок и кругом неутешительные новости. В тылу, в самой Сайберии восстание подавленное кровью, вспышки болезни Икара и страшной болезни по всему миру, метеорит упал в районе Холодного Камня и образовавшаяся дыра свищет радиацией, экология ухудшается из-за обилия фабрик и отсутствия должного контроля, в Академии Колдовства в главном обучающем центре случилось чрезвычайное происшествие с участием потусторонних сил — тринадцать погибших, среди них два профессора. После этого инцидента появилось среди преподавательского состава антимагическое движение, требующее запрета использования магии вне коллегии магов.
Кроме прочего какие-то идиоты лазили в Мерлин и включили систему раннего обнаружения угрозы… Спрашивается, где были Литария со своей охраной, когда это случилось, но теперь к нему на три десятка километров не подойти — жарит бортовым лазером всё, что видит и будет жарить ещё сто восемьдесят длинных лет, пока запасы дейтерия не иссякнут.
Прошло в общей сложности тринадцать коротких лет, как Гарри показал и доказал эффективность магии. За это время выпустилось три поколения солдат, способных кое-как колдовать. Многое изменилось в отношении ВАПиТКС, но многое осталось как прежде — почти никаких новых чар, за
исключением замораживания воды в стакане и зажигания светлячка над головой. Почти никаких новых открытий.Книга на эльфийском, которую дал Гарри, почти не поддавалась переводу, так и оставшись лежать. Гинн из неё черпал какие-то знания, но пока похоже было на игру в угадайку и за тринадцать коротких лет его колупатели не продвинулись ни в чём и никак.
Гинн занимался сейчас лечением магических болезней. Болезни лечению действительно начинали поддаваться — хоть в чём-то была польза от потраченных денег. Польза на этом заканчивалась и начиналось форменное безобразие, организованное Седриком. Так же, как разведка была направлена на выявление людей, обладающих экстраординарными способностями, похожими на магию, группа профессоров вместе с новоиспечённым историческим факультетом ВАПиТКС занималась исследованием верований и легенд, возникших на разных местностях в разное время.
Чтобы найти магию — её нужно искать, а чтобы её искать, нужно иметь в своём распоряжении компетентных людей. Такие у Седрика имелись. Гинн — ректор ВАПиТКС, без комментариев. Заведующий кафедрой с гордым названием «полевая магия» Ангус Шнайдер, обладающий достаточным багажом в истории верований Гунгора. Капитан разведывательного спецподразделения по борьбе с аномальными силами Альфред Зингер и трое бойцов: Андрей Головач, Окрус Бутч и Виктор Лебеда — все трое освоившие базовый репертуар полевой магии. Группа «контакт».
Они за историю существования успели побывать с нелегальной экспедицией на Мерлине, проверяя легенду про заведшегося там демона, но нашли только включившиеся колонки бортового компьютера. Проверили они слух о том, что Аллах лично сошёл в главное мечети Лиреи и собирается мстить за угнетённых. Проверили так же версию о том, что в озере в глубинке территории Сайберии живёт морское чудище, что утаскивает людей на дно. Последнее, кстати, оказалось правдой — там живёт нечто мыслящее и не материальное, от чего Гинн был в ужасе и восторге одновременно, под страхом смерти приказав не приближаться даже к берегу. На контакт тварь не вышла, сколько не просили, и теперь там группа Вильгельма Трубадура с ещё пятерыми ребятами на гос обеспечении с постоянными безрезультатными отчётами.
Зацепка с Гунгором была найдена целых семь лет назад, ещё до войны. Война — это следствие того, что зацепка в принципе была найдена, потому последние пять лет Гунгор — территория кровавых боёв и ожесточённых стычек. Вот уже два года Седрика кормили завтраками, что, мол, «мятежники загнаны в угол, сопротивление подавлено, население уже почти на нашей стороне». Почти — не то слово, которое ожидал услышать император Шияра. К тому же со временем всё больше и больше становились недовольны его партнёры. И всё же зацепка, к которой так было сложно подобраться, была одна из самых значимых — легенда о Дьяволе Железного Хребта.
Развед отряд сопротивления
Гунгор, Железный Хребет
— О да, это отличная легенда, — говорил Чичико, отхлёбывая из фляги и глядя в темнеющее чистое небо. — А ты разве не слышал? — удивлённо посмотрел он на Карла, который наклонился вперёд, выгребая ложкой остатки тушёнки из банки. Он был весь внимание. — А что с тебя взять, приезжая твоя жопа?
— Слышал я что-то про трупы и страх, да слабо верится. На кой чёрт мне твои легенды? — хмыкнул Карл. — У меня трое детей, которые такие легенды сочиняют, когда что-то вытворят, покруче всякого.