Чтение онлайн

– Все, мне пора! – срываюсь в сторону шалашика.

– Так чего бегаешь?
– спросил Кампок, удержав меня за руку.

– Он у тебя мощнее наших кулонов будет. И в сорочке переместит и даже с деревом в руках. Нажать чуть сильнее нужно и всего делов. – Услышала, я исчезая.

Как и в прошлые разы, перед глазами серое марево красными проблесками вспыхнуло, постепенно квартиру мою отражая. Оглядываюсь, стоит Лютый в середине комнаты, меня дожидается.

– Чего так долго?

– С ужином разбиралась! Что расскажешь?

– Вышло вот что. Прошли через дверь – вот

ключи.
– Он протянул мне Женькин экземпляр, который она менее месяца назад потеряла.

– Наводок не было, подругу твою обокрал один из них – Вовчик. Он у нее парнем был. – Пробасил Лютый.

– Стянуть ничего не успели, зато нашли заначку в пятнадцать тыщ ро-росиськими за холодыликом. – Верзила постучал пальцем по конверту с заначкой и поморщился от незнакомых слов. А я обрадовалась, так как в гневе деньги спрятала и забыла куда.

– А машина как?

– О машине они не знали, но вот это нашли быстро. – Стоит ли говорить о том, что я тут же получила в руки и ключ с брелком сигнализации от моей Shkoda. Это все очень неожиданно и хорошо, но остается один немаловажный вопрос.

– И где они?

– Я их спустил. – Сверкнув глазами, ответил Лютый.

– По-по лестнице?

– Да нет, через дверь, - и вместо входной двери он указал на балкон.

– С шестого этажа?!
– с воплем выскакиваю, а там… А там тремя этажами ниже на полувековой черешне висят двое перепуганных грабителей и матерятся на весь двор.

– А дверь балконную кто открыл?

– Они. – Вот тут я опять исчезла.

Стою, возмущенная, посередине полянки рядом с импровизированной кухней, ругаюсь сквозь зубы: - Вот же! Ну же…!

– Галя ты чего? – обернулся ко мне чистящий картошку Кампок.

– Два переброса задарма! – возмутилась я, уперев руки в боки. – На болтовню время потратила!

– Ну, кто тебе, сам себе, - молвил барон ко мне приблизившись.

Оглядываю нашу поляну на утесе, мужиков, вольготно разлегшихся на траве, шалаш импровизированный с моими пожитками, телегу, ручей. Взгляд вернулся к телеге с провизией, и в голове мелькнула шальная мысль.

– Герман, - позвала я повара, - может родня ваша ягод каких прислала или мед? Что я все с дому тяну и ничего туда не притаскиваю.

– Так ты ж Лютого уже забрала.

– Его я сейчас верну, - отмахнулась от обеспокоенного барона, - просто чтоб не с пустыми руками вертаться. Есть что-то ягодное съедобное?

– Так сама и посмотри! – ответил повар. – Барон человек добрый, отдаст на угощение.

Ревизию я провела быстро. Значит, две корзинки с черникой, две с малиной и одна с яблоками. Видя мое пылающее от счастья лицо, барон деловито спросил:

– И что Галя желает?

– Одну с малиной, одну с черникой и пару яблок!

– А хранить есть где? – деловито поинтересовался он.

– А в холодильнике! – уложив пару яблок в одну из корзин, попросила меня перебросить.

За следующие тридцать секунд мы с Лютым закрыли балкон. Затем загрузили корзинки в холодильник и включили его в сеть. Проверив окна и двери, отбыли, крепко держась за руки.

О том, что верзила все это время не стоял на месте, я узнала за ужином. Когда он, сытно

поев, начал подробно рассказывать о моих апартаментах, а затем о вкусе и запахе ароматной квадратной пластины, которую нашел в холодылике.

Странная штука жизнь. Я, вернувшись домой вечером после конкурса красоты, подумала, что в холодильнике только мышь повеситься и могла, а он каким-то образом обнаружил там шоколад. Блин! Везет же некоторым.

Итак, после приема одной таблетки анальгетика мне легче стало и даже весело. Уже не так удручала мысль, что дома меня не ждет плитка шоколада ritter-sport. Все крема и скрабы, щетки и лосьоны я прихватила с собой, и еще раз пересмотрев, думаю, что часть нужно бы вернуть. Тут не те условия для хранения, да и жалко будет, если потеряю в следующей скачке по синим кущам.

Глядя на мои богатства, барон снял с телеги свои. Узрев вид морских губок, кусков полупрозрачного мыла, маленьких темных бутылочек с жидким неизвестно чем, подумала, что зря металась меж мирами.

– Чего скисла?
– заметил барон.

– Была уверена, что совершу здесь переворот. А у вас своего предостаточно.

– Так и совершишь, - пообещал он. – Где твои де…зо и репе…?

Показав, как пользоваться, протягиваю свои запасы ему.

– Запах нейтральный, для вас может быть неприятным. О вкусах не спорят, - тут же добавляю я, - используется на чистое тело.

– Тело чистое, - заявляет этот, проворачивая колесо на гелевом дезодоранте.

– Чего?! А ну стой!

– Галя, не ори. – Попросил он.

– А я не ору, я требую, чтобы вы толпой шли мыться! Потом используете, - забрала предметы спора из его рук. – Я что, не с вами в пути? Вы хоть представляете, как от вас разит? За километр!

– Теперь ясно, отчего первое правило барона: баб не брать! – заметил сытый Якеш – самый низенький из свиты барона, на голову превосходящий меня, зеленоглазый блондин, если отмыть.

– Так это ж жертвенница! – выдал любимую присказку Герман.

– Завтрак готовишь сам!

– Нет! – хором запротестовала псевдо-разбойничья бригада.

– Нет?! Тогда подъем и мыться!

– А ты? – ухмыляясь, поинтересовался барон.

– А я все спросить хотела. Ваши домашние новую одежду прислать могут? – перевела тему, и глазом не моргнув.

– Чем наша плоха? Для похода в самый раз.

– Ага, - согласилась, чтобы сделать уточнение, - для похода бродяг. Вы все лежбища особым запахом метите – убойным. А мы сейчас с наветренной стороны, как бы утром не пришлось хоронить надышавшихся вашими запахами.

– Сказки рассказываешь. – Отмахнулся этот гад рыжий длинношерстный, и вся его немытая свита осталась сидеть на месте.

Ну и что там психологи рассказывают о влиянии на мнения масс? Пятнадцать человек – это еще не масса, и даже не толпа… и все-таки что делать?

– Барон, предлагаю договориться.

– Зови меня Кешик, Галя. – Откликнулся этот, продолжая лежать.

– Кешик, отправь своих мыться. С вами очень трудно рядом дышать.

– Ну, так три недели в пути. – Согласился он, зевая.