Чтение онлайн

– Черт! – послышался голос Каду из глубины его сна. – Мой отец знал, что мастер Марко обладает огромной силой, – объяснила она, когда Льешо с трудом поднял веки.

Даже из того отдаленного места, куда переместился его уставший мозг, было ощутимо ее беспокойство.

– Насколько велика его сила? Есть фибская поговорка: ученики занимаются волшебством; вокруг мастеров оно происходит само собой. И еще одна: хороший маг не оставляет следов на земле, плохой маг не оставляет следов на снегу. У фибов, как ты понимаешь, магия не достигла высокого уровня. Они не могут отличить настоящего колдуна от человека, который причастен к великим событиям волей

случая, хоть и не обладает сверхъестественной силой. Марко не фибин, конечно же, но если он сознательно спровоцировал смерть господина Чин-ши и правителя, а также борьбу ее светлости за провинцию Тысячи Озер, то он очень, очень могущественен.

– Могущественней, чем мой отец? – спросила Каду с откровенным страхом.

Льешо пожал плечами, шаркнув по кожаному седлу, подпирающему его голову.

– Не знаю. Сам я не маг. Просто слышал поговорки.

– Ведьмы Шана говорят, что хорошая колдунья всегда наденет колокольчик на шею.

– Вопрос в том, – предположил Льешо, – насколько велико различие их мировоззрений и их искусств?

– Моему отцу следовало бы нацепить колокол побольше, – признала Каду.

Насколько юноша понял, она имела в виду, что Хабиба не выставлял свои умения напоказ. Что ж, это хорошо. Может, у него есть шанс. А если так, то и у них должна быть надежда, и эта мысль успокоила Льешо.

– Разбуди меня, когда придет мой черед стоять на карауле, – пробормотал он, устроился на траве и крепко заснул.

Льешо проснулся от теплого дыхания у шеи.

– Прекрати, – пробормотал он.

Толком не пробудившись, попытался отмахнуться. Рука прикоснулась к мохнатой поверхности, затем скользнула по длинным острым зубам. Это не Каду. Юноша открыл один глаз и ахнул. Над ним навис медведь с мокрой мордой и окровавленными клыками.

– Не шевелись, – как можно тише скомандовала Льинг.

Она стояла рядом с деревом, на которое недавно взбиралась, натянув лук. Расположившийся над скованным от ужаса Льешо медведь повернул голову в сторону Льинг. Затем издал угрожающее рычание. Каду резко пробудилась, откатилась в сторону и вскочила на ноги с копьем в руке.

Медведь ткнулся носом в плечо Льешо, жалобно заскулив ему прямо в ухо. Это еще детеныш, понял юноша, просто медвежонок; интересно, далеко ли мать?

– Лье-е-е-шо-о! – прошипело животное что-то похожее на его имя.

Глядя в сверкающие угольки медвежьих глаз, Льешо увидел многовековую мудрость и едва уловимую печаль.

– Где Маленький Братец?

Каду знала, что обезьянка разбудила бы их визгом, если б была в живых. Льинг еще сильней натянула тетиву. Льешо приподнялся.

– Подождите! – крикнул он своим друзьям, и медведь поднял голову, благодарно зарычав.

– Разреши мне убить его, – прошептала Каду, хоть медведь, как решил Льешо, имел лучший слух, чем они.

Никто не шевельнулся, в особенности Льешо. Она не могла сразить животное, не подвергнув опасности жизнь защищающего его юноши.

– Лр-лрльек! – прошипел вновь медведь, обрызгав его слюной, и похлопал лапой по голове юноши.

– Он мог оторвать тебе голову, – возмутилась Льинг.

– Может, и мог, но не сделал этого. Он втянул когти, перед тем как дотронуться до меня. – Юноша дотронулся до медведя. – Льек?

Животное закиваю в знак подтверждения и издало еще одно добродушное рычание, уткнувшись носом в руку Льешо.

– Видите! Он знает меня! – Юноша потрепал его за ухом. – Это просто детеныш, – сказал он и добавил для Льинг: – Это Льек. Я не знаю, что

он тут делает в облике медведя, но это точно он.

Медвежонок интенсивно закивал.

– Льи-и-инг! – произнес он.

Звучание собственного имени, исходящее из широкой пасти медведя, настолько обескуражило Льинг, что она выронила лук и уставилась на него.

– Это действительно Льек? – спросила она.

Когда опасность миновала, медведь, или же Льек, вразвалку направился туда, откуда они пришли, затем галопом вернулся обратно. Он исполнил этот танец несколько раз, издавая странные звуки. С вершины орехового дерева словно в ответ доносилось истерическое верещание обезьяны. Отпали подозрения, что Льек полакомился Маленьким Братцем на завтрак. Вдруг лошади ретиво забили копытами, дополнив нарастающий шум напуганным ржанием. Что-то назревало.

Льешо вскочил на ноги, схватил нож и копье, прикрепленное к седлу. Сквозь кусты прорвался Хмиши.

– Люди… Ю… – тяжело дыша, произнес он. – Один из их разведчиков, мертвый, вон там, растерзанный каким-то животным.

Сообщив это, Хмиши оперся руками о колени, пытаясь восстановить дыхание. Медвежонок, который некогда был министром Льеком, закивал.

– Боже мой! – испугался Хмиши и протянулся к ножу, но Каду остановила его.

– У Льешо странные союзники, – пожала она плечами, будто объяснение не имело смысла и для нее самой, и направилась к лошадям.

– Нет времени уйти, – крикнул ей Хмиши и достал лук со стрелами, повернувшись лицом к доносившимся из глубины леса крикам всадников.

Льинг встала справа от Льешо, Каду – слева. Медведь Льек неуклюже пересек просеку и исчез в тени деревьев.

Льешо встал поодаль от товарищей с ножом и копьем наготове. Поляну пронзил далекий вопль, за ним последовал еще один, захлебывающийся от отчаяния и ужаса. По телу молодых защитников прошла дрожь. Затем из леса прорвался конь с всадником, размахивающим топором. Льешо пригнулся и поднял копье, но тот уже выпадал из седла, пораженный стрелой Льинг в горло. Жеребец, выведенный для сражения на открытом поле, встал на дыбы от испуга, из ноздрей валил пар, глаза метались, полные страха. Хмиши потянулся к поводьям, но конь отбросил его в сторону и умчался в лес. Они еще некоторое время слышали отдаляющийся топот копыт и ржание.

Один за другим их начали атаковать солдаты Ю. Льешо подрезал пронесшуюся рядом лошадь и вонзил падающему всаднику нож в грудь. Каду выбила следующего из седла и размозжила ногой его горло, вскинув копье навстречу следующему врагу.

Льешо услышал воинственный крик медвежонка и бросил взгляд в центр просеки, где тот стоял с окровавленной мордой и кусками плоти, одежды и волос, свисавшими с когтей. Черные глаза-пуговки светились сумасшедшим блеском. Несколько оставленных в живых солдат бежали при виде свирепого зверя, сражающегося вместе с врагами, во главе которых, должно быть, маг. Их учили убивать людей. Только страх перед хозяином заставлял их сражаться с молодым колдуном и его фибской командой.

У них не хватало духа противостоять медведю, и они бежали не назад, чтобы доложить об обстановке своему хозяину, а в разных направлениях – лишь бы спастись от зверя. Выждав до нужного момента, Льешо выкрикнул приказ:

– По коням, мы уходим сейчас!

Юноша собрался сесть в свое седло, но рука скользнула по луке, оставив за собой мокрый красный след. Льешо нахмурился и стал искать источник крови.

– Льешо!

Юноша обернулся на зов Льинг: побледневшая девушка протягивала ему руку.