Чтение онлайн

– Президент Хадсон.

Чед Хадсон из Солярианского Конгломерата был старше меня; его волосы были уложены в изысканную прическу, а на бледном лице мерцали глубоко посаженные глаза.

– Ваше императорское величество! Какое счастье видеть вас в добром здравии! Мы с большой тревогой следили за новостями из Индраны.

Еще бы они не следили! Однако вслух я ничего подобного не произнесла, придерживаясь бледного подобия дипломатии:

– Благодарю вас за беспокойство. Я с огромной радостью готова сообщить, что посол и весь персонал сейчас в полном порядке и совершенно не пострадали. Полковник Бристоль сообщил, что люди были захвачены саксонцами при штурме. Я уверена, что посол Смит

предоставит вам более подробный отчет.

– Я уже связался с ним, ваше величество. Он просил передать вам и вашим людям сердечную благодарность.

– Не стоит.

– Что планируете делать дальше, ваше величество?

– Вас интересуют мои планы? – удивилась я.

– Да, ваше императорское величество.

– Боюсь, они вас не касаются, президент Хадсон, – ответила я, улыбаясь обманчиво мягко. – Инцидент с Саксонским Альянсом – дело Индранской Империи. А Конгломерату не стоит вмешиваться в дела Империи.

Хадсон нахмурился:

– Ваше величество, я понимаю, что для вас все происходящее в новинку. Тем более что обстановка и обстоятельства далеки от идеала. И все же вы не можете не понимать, что, паля по саксонским кораблям, вы нарушили как минимум четыре положения мирного соглашения, подписанного Империей.

Шипящий вздох Альбы был едва слышен. Я не пошевелила ни единым мускулом, скрывая эмоции за почти безразличным спокойствием на лице. Все дальнейшие слова пришлось подбирать самым тщательным образом:

– Я полагаю, мирное соглашение автоматически потеряло свою силу в момент, когда король Трейс пробил немаленькую дыру в Красном Утесе. Или, может быть, в то мгновение, когда саксонцы атаковали Канафи. Индрана имеет полное право защищать свои земли, президент Хадсон, вне зависимости от любых мирных соглашений. – Я улыбнулась, заметив, как он нервно сглотнул, и продолжила: – Я понимаю, что вы привыкли иметь дело с моей матерью. Но я – не она. Мне, конечно, недостает дворцового воспитания и дипломатической мудрости, но я абсолютно точно знаю, что делаю. Мы проследим, чтобы ваши люди в целости и сохранности вернулись домой в течение недели.

– Вы решили просто вышвырнуть наше посольство оттуда?

– Ничего подобного, господин президент, – рассмеялась я. – Здесь ведутся боевые действия. Это более чем опасно. Мне бы не хотелось, чтобы с гражданами Конгломерата, находящимися в зоне моей ответственности, стряслась хоть малейшая неприятность. Когда все проблемы будут решены, мы поговорим о повторном открытии посольства.

– Ваше величество, но Солярианский Конгломерат хотел бы остаться медиатором в переговорах с саксонцами от лица Империи. Мы можем помочь!

– Вряд ли мы нуждаемся в вашей помощи. Переговоры с саксонцами будут невероятно короткими. Еще раз повторю: мы рады помочь вашим людям. Приятного вечера! – Я прервала звонок и вскочила с места. – Нет, ты слышала его?

– Хотелось бы ответить отрицательно, ваше величество, но, к сожалению, да, слышала, – улыбнулась Альба.

– Будет он мне читать лекции про всякие идиотские соглашения, когда эти ублюдки, Шива их раздери, уронили нам на головы целое здание! Да они его людей в заложниках держали! У него точно в голове хлебный мякиш, если он думает, что я покорно сяду за стол переговоров с саксонцами после всего случившегося! Р-р-р, я говорю прямо как мать…

– Если только самую малость, ваше величество. – У Эммори каким-то чудом получилось произнести это без тени сарказма.

Внезапно дверь распахнулась, и я увидела в проеме Ясу.

– Ваше величество, вы в порядке?

– Я запредельно раздражена, а так – в полном. – Я рассмеялась. – Все хорошо, Ганни. Альба, отправь сообщение адмиралу Хассан и попроси ее спуститься

ко мне в любой удобный для нее момент.

Прежде чем Альба успела ответить хоть что-то, комната сотряслась.

– Ваше величество! – проорал Эммори, ринувшись оттаскивать меня от окон.

Мы были уже за дверью, когда во дворце раздался второй минометный взрыв.

– Да знаю, знаю, – ответила я и снова обратилась к Альбе: – Найди мне Хао и скажи, что я хочу видеть его, как только вся эта нудятина закончится.

– Бегом, бегом, ваше величество!

– Да я и так бегу!

Эммори тащил меня за собой, когда третий взрыв накрыл дворец и меня обдало душем из пыли и штукатурки с потолка. Я исторгла проклятье:

– Черт подери, как же я устала от этих придурков!

– Знаю, мэм. Накула усиленно работает над этим.

– Он мне сказал то же самое. Придется ему поторопиться.

К тому моменту, как мы добрались до хорошо спрятанного бункера под стенами дворца, я еле могла вздохнуть. Эммори прекрасно меня знал, поэтому позволил задержаться на входе на несколько лишних секунд, чтобы я поборола клаустрофобию перед помещением без окон. Дверь за спиной захлопнулась, и я закрыла глаза, произнося про себя молитву Ганеше. Это помогло мне немного унять панику.

– Я серьезно, Эмми, – сказала я прямо посреди молитвы. – Передай Накуле, что если он не решит вопрос, я сама возьмусь за дело.

– Конечно, ваше величество.

Я саданула ему в грудь:

– Я, между прочим, слышу, что ты улыбаешься! Аккуратнее со мной!

Эммори громко рассмеялся, но тут же замолчал, поскольку здание сотряс новый удар. Похоже, в этот раз саксонские войска были настроены решительно. От нечего делать я стала мерить шагами пространство помещения, хотя и так знала все параметры наизусть. В прошлый раз мы застряли здесь на час, и я успела сосчитать каждый квадратный сантиметр, пытаясь не дать панике затопить меня. «Комната для стресса» губернатора Филлуса была гораздо меньше и аскетичнее бункера в моем дворце. Здесь поместились только два стула и стол, втиснутые в шестнадцать квадратных метров. Атака саксонцев на Канафи Большую была такой быстрой и стремительной, что губернатор вряд ли успел опробовать свое убежище в деле. Вместо этого он заблокировал корабли «Ваджраяна» и выдрал чип смати из собственного черепа.

– Ты поговорил с Зином?

– Да.

– Все плохо?

– Вроде того.

– Может, расскажешь мне?

– Мне придется еще раз повторить, ваше величество: не обращайте внимания, эти дела вас не касаются.

– Я все же твоя Императрица, экам! Не надо сортировать информацию на МОИ и НЕ МОИ дела.

– Хорошо, – выдавил Эммори. – Он больше не злится на себя. Теперь он злится на меня, потому что я сказал кое-какую глупость.

– Какую?

– Ваше величество, я…

– Ну вот что. Мы собираемся сообща покинуть это место и надрать задницу человеку, который не только может оказаться умнее нас с тобой, но еще и всю свою жизнь посвятил уничтожению моей Империи. Отвлекаться на мелочи будет некогда. Я не позволю ни одному из вас покинуть станцию, пока вы не решите свою проблему.

– Слишком поздно. Я ранил его чересчур сильно, хоть и не хотел, чтобы мои слова прозвучали так, как они в итоге прозвучали. И я бы никогда не обвинил его в том, что он остался со мной, даже если бы вы не приказали ему это сделать.

Я подошла к своему экаму и положила руку ему на плечо. Боль, которую я услышала в его голосе, напомнила мне об ощущении ужасной утраты, что я почувствовала, когда он перестал дышать. Именно поэтому, как бы я ни хотела избежать вмешательства в личную жизнь своих телохранителей, я продолжала давить на Эммори, чтобы он рассказал мне правду.