Чтение онлайн

– Он спас нас. – Хао яростно выплюнул эти слова, осознавая, что своей жизнью обязан человеку, безжизненно лежавшему на полу. Этот долг никто и никогда не сможет выплатить. Этот долг невозможно возвратить никакими деньгами или чудесами во вселенной. Я более чем понимала его.

– Найдите виновных. Живыми.

– Найдем. – Хао кивнул и коснулся плеча Накулы. Шпион поднялся на ноги, последний раз взглянул на тело и последовал за Хао к выходу из дворца. По пути они столкнулись с Эммори, держащим пистолет в руке, и, о чем бы они ни говорили, голоса были слишком тихими,

чтобы я могла хоть что-то разобрать.

– Ваше величество, я позабочусь о полковнике Бристоле. Участок земли уже готовят…

– Он – Бристоль. Я хочу его сохранить. Его тело вернется домой к семье, когда все это закончится, – ответила я лейтенанту Морен.

Лейтенант открыл было рот, чтобы возразить, но благоразумно решил этого не делать и кивнул:

– Конечно, мэм. Я прослежу за этим.

Слезы, подобравшиеся к глазам, помешали мне ответить, поэтому я молча стиснула зубы и не проронила ни слова, пока не подошел Эммори.

– Стася на подходе со сменной одеждой для вас, ваше величество. – Он мотнул головой куда-то влево. – Там есть пустой кабинет.

Ржаво-красная цепочка следов потянулась за мной, когда я последовала за Эммори в маленький кабинет. Я упала в кресло, а Зин закрыл дверь, отрезая все громкие звуки. Меня окружила тяжелая горестная тишина, и я закрыла лицо ладонями.

– Я даже и не вспомнила, что он пошел туда, – прошептала я. – Переживала за Хао и ни о чем другом не подумала.

– Вы ничего не могли сделать.

– Он был частью моей семьи.

– Я знаю, ваше величество. И он, без сомнения, был хорошим человеком.

– Охренеть можно, как я устала это слышать. – Я хотела вскочить на ноги, но вспомнила, что вся в крови Хафиза, поэтому с горькой усмешкой села обратно. – Сколько их еще будет, Эмми?

– Вы знаете, что у меня нет ответа.

Дверь открылась, и внутрь проскользнула Стася с подносом в одной руке и одеждой в другой. Эммори указал на меня и вышел из комнаты.

– Мне так жаль, мэм… – Стася поставила поднос на стол и повесила чистую одежду на спинку кресла. Затем она отжала принесенное полотенце и, аккуратно обходя кровавые следы, протянула испускающую пар ткань мне. – Для лица и рук.

Я оттерла с себя кровь и вернула полотенце горничной, а потом сбросила с себя испачканную одежду и переступила на чистый участок пола. Стася расправила тунику, и я скользнула в нее.

– Садитесь. – Она указала на другое кресло, и я подчинилась. На этот раз я не сдерживала слез, пока моя горничная омывала мне ноги и ступни. Когда Стася закончила, она кинула ткань на поднос и обняла меня. – Джаан хай то Джахан хай, – прошептала девушка. – Не теряйте надежды, ваше величество.

Я уткнулась в ее плечо и разревелась.

– Ваше величество, мне очень-очень жаль. – Фазе обратилась ко мне, сидя на подоконнике в своей комнате, когда я позже зашла ее навестить. Она протянула ко мне руки, и рукава серого одеяния поползли вниз с ее тонких пальцев. Я взяла ее ладони и, наклонившись, прижалась лбом к ее лбу.

– Как ты?

– Жива, –

ответила фарианка. – Я правда сожалею о гибели полковника Бристоля. Мы несколько раз разговаривали с ним, он казался очень приятным человеком.

– Спасибо. – Я посмотрела на Стасю, но горничная отрицательно помотала головой, и Фазе мягко засмеялась.

– Она ничего не говорила мне, ваше величество. Я просто почувствовала, что его больше нет с нами. – Фазе отпустила мои руки и окинула себя взглядом. – Я чувствую сердцебиение каждого в этом замке: и людей, и фариан. Вы все ощущаетесь по-разному. Странно, да?

– Ты имеешь в виду наши сердца?

– Да, мэм. Вот вы звучите очень уверенно и стабильно. Как пульсирующая звезда. Даже в атмосфере страдания и трагедии пульсация не меняет ритма.

– Как у тебя это получается?

Фазе сжалась и издала неясный гортанный звук.

– Не знаю. Со мной что-то происходит, но я не знаю, что именно. Может быть, я пойму через некоторое время. Вы говорили с майором Морри?

– Да. Я сказала ей, что не могу отпустить сейчас ни одного корабля, равно как и ни одного из вас.

– Хорошо. – Фазе улыбнулась.

– А ты сама с ней разговаривала?

– Об этом? – Фарианка похлопала себя по груди. – Нет, здесь не место и не время разговаривать о том, что происходит. Весть о моем проступке уже отправлена домой. Мы ждем ответа от Педалиона.

– Что такое Педалион, Фазе?

– Наши мудрейшие, – ответила она через минуту, подбирая слова. – Трудно перевести на индранский. Это управляющий совет, наподобие вашего Совета матриархов, но при этом нечто более глобальное.

– А я могу с ними поговорить?

Судя по тому, как удивленно фарианка посмотрела на меня, прежде чем громко засмеяться, вопрос поверг ее в шок.

– Ни один чужак никогда не стоял перед Педалионом, ваше величество. Даже во времена первых контактов с людьми все разговоры велись через эмиссаров.

– Рано или поздно все случается…

Внезапный стук прервал мои слова, и я оглянулась через плечо на Гиту, открывающую дверь. В комнату вошел Хао, и я вскочила на ноги.

– Ты нашел их?

– Да, но… – Хао поймал меня за руку, едва я ринулась мимо него к выходу. – Хейл, все не так просто.

Я молча смотрела на него, пока он со вздохом не отпустил меня. Вылетая из комнаты вместе с Гитой, следующей по пятам, я крикнула Кисе и Изе, чтобы они шли со мной. Хао проскочил мимо них и догнал меня.

– Где Накула? – спросила я, останавливаясь на лестнице.

– Внизу, – ответил Хао.

Мы спустились, и я посмотрела на девственно-чистый теперь мрамор, где еще пару часов назад Хафиз умирал в луже собственной крови. Словно следуя по своим же, ранее оставленным, кровавым следам, я прошла за Хао в тот же самый офис, зарычав на Гиту, когда она попыталась опередить меня. Внутри я увидела Накулу и юную девушку-гвардейца с лицом, залитым слезами. Она сидела в том же кресле, где раньше Стася смывала кровь с моих ног. Услыхав шум, она обратила к нам взгляд широко распахнутых, темных глаз. Руки ее были скованы наручниками перед грудью.