Поздний экспресс
Шрифт:
Надя выдыхает. И произносит обреченно, глядя ровно перед собой:
– Вот он и есть... этот чудо-парень.
– ЧТО?!?
Поворачивает лицо к Любе. Негромко, но четко:
– Я переспала с Виком.
Любой она реакции ожидала от сестры. Любой, но не такой.
– Аллилуйя!
– с чувством произносит младшая, всплеснув руками и закатив глаза.
Теперь уже черед старшей выдыхать потрясенно:
– ЧТО?!
– Что-что...
– невозмутимо пожимает плечами Люба.
– Поверить не могу, что до тебя все-таки дошло.
–
– Что надо, то и дошло. Не притворяйся, что не поняла.
– Любка!
– хочется рявкнуть на сестру, чтобы та перестала молоть чушь, но смысла в этом нет. Кажется, до нее медленно, но верно доходит, о чем говорит Люба. И совсем тихо: - Ты давно... знаешь?
– Не помню, - Любаша безмятежно усмехается. Ну да, это не у нее же мир под ногами перевернулся.
– Давно. Год. Или два. Или больше. Мне кажется, он вообще всегда был на тебе повернутый.
– Почему молчала?!
– как же Наде хочется найти хоть кого-то виноватого в том, что все привычное вокруг рушится.
– А смысл?
– Люба по-прежнему невозмутима.
– Если уж ты на его попытки достучаться до тебя не реагировала, стала бы ты меня слушать...
– А они были?
– вид у Нади совсем ошалевший.
– Были эти попытки? Я ничего такого не помню...
– Ну... на мой взгляд, он мог бы быть и понастойчивей. Но ты его так откровенно игнорировала, что...
– Неправда!
– да что же это такое! Не может быть...
– Не может быть, чтобы я не замечала!
Люба разводит руками.
– Извини, сестрица, но факт. Я вот замечала. Да там слепой и тот бы увидел...
– Я слепая... слепая...
– Надя не выдерживает и прячет лицо в ладони. И оттуда, глухо: - Слепая дура... Что мне теперь делать?!
– Как - что?
– Люба удивлена.
– Ты уже и так все сделала, что нужно.
Надя лишь что-то мычит неразборчиво в ладони.
– Ты чего так убиваешься?
– недоумевает Любаша.
– Или... неужели Вик настолько тебя разочаровал? Уныл в постели? Не умеет целоваться?
– Люба!!! Совесть имей!
– Это уж как получится, - смеется младшая из сестер.
– То я ее, то она меня. Слушай, - спохватывается вдруг, встает с кровати, поднимает брошеное платье. Качает головой недоверчиво.
– Это Витька так, что ли? Вот зверь... ну чисто варвар...
– Люба, не трави душу, - стонет Надя.
– Оно, конечно, Александр Македонский герой, - не унимается Люба, - но зачем стулья ломать? Итальянский шелк же... дизайнерское...
– Хватит!
– Ты так по платью сокрушаешься?
– К черту платье! Как же я могла не замечать... А!
– в раздражении хлопает себя ладонью в лоб, потом шипит от боли.
– Идиотка!
– Да ладно тебе, - Люба снова садится рядом.
– Все же нормально теперь. С опозданием, но до тебя все-таки дошло.
– Ничего не нормально!
– срывается Надя.
– Как ты не понимаешь! Если он столько лет... а я не знала... а теперь... черт!!!
– Да что ты чертей поминаешь?
–
– Если бы он тебе не нравился, ты бы с ним не переспала, нет разве?
– Ты разницу не улавливаешь?! Дело не в "нравится", а в том, что он... для него это... по-другому, чем для меня... наверное, - заканчивает она совсем неуверенно.
– Да? И в чем разница? Только не говори мне, что ты к нему равнодушна. Теперь уже не поверю.
– Я не знаю, - теперь тон у Нади совсем жалобный.
– Я ничегошеньки не понимаю! Мне надо подумать. Блииин... как сложно-то все...
– Ну, думай, - соглашается Люба.
– А я пошла чаю сделаю себе и буду дальше конспект читать. Тебе сделать чаю?
– Угу, - рассеянно отвечает Надя.
– Слушай, - уже у двери Люба оборачивается.
– Спросить же хотела! Как наш друг Вектор в постели? Хорош?
Надя отвечает сестре наимрачнейшим взглядом, но Любу это не обескураживает.
– Ого! Судя по этому взгляду, он не просто хорош. Он великолепен.
От летящего в ее сторону порванного дизайнерского платья Люба ловко увернулась.
___________________________
Он позвонил вечером. Когда она делала вид, что готовится к экзамену. А на самом деле в бессчетный раз прокручивала в голове события последних суток, пытаясь их совместить с тем, что услышала от Любы. Получалось... да никак не получилась!
Звонок телефона и появившаяся на экране надпись "Звонит Вектор" вызвали совершенно противоречивые чувства. Было страшно брать трубку, потому что она теперь уже и не знала, кто там, на другом конце. Но по этому неизвестному она парадоксально уже скучала. И хотела слышать его голос.
– Да?
– Привет, Надюш.
На одно простое "Привет", на ласковое обращение, только лишь на его голос внизу живота вспорхнуло облако бабочек. Пальцы задрожали, дыхание утихомирить удалось далеко не сразу.
– Привет, Вик.
Он молчит, она молчит. А потом, неожиданно:
– Я тебе халат купил.
– Что?!
– Ну... в моем ты... такая смешная. Он тебе велик. Я... по магазинам сегодня ходил. Вот халатик тебе купил. Махровый. Белый. Там еще синие розы... по краям.
Перевернувшийся мир по-прежнему не желает возвращаться в нормальное положение. И Надя категорически не понимает, как на это реагировать. А собственное желание немедленно сорваться с места и помчаться примерять белый халатик с синими розами по краям просто пугает.
– Спасибо, Вик. Это... очень мило.
– А еще я купил соли. Морской, ароматизированный. И пены для ванной. С маслом авокадо.
Как на это реагировать?! Витька не перестает ее удивлять!
– Эээ... здорово. Спасибо.
– Я...
– он слегка запнулся, но решил, что молчать и ждать чего-то бессмысленно. Хватит, намолчался и наждался.
– Я надеюсь, что ты оценишь мои приобретения лично.
Более чем прямо. Действительно, только глухой не услышит, с какой надеждой звучит его голос.