Чтение онлайн

– Ну да, верно. И что согласились? Без проблем.

– Так у них пример был наглядный, в лице двух десятков арабов египетского и ливийского происхождения.

– А сними что?

– Расстреляли.

– О как... и за что?

– А они нам тут пытались 'арабскую весну' свою устроить, ага.. хрен угадали, - Дима изобразил жест, согнув одну руку в локте и положив на сгиб вторую, - спасибо деревенским, помогли справиться. Особо буйных отвели в овраг и расстреляли.

– А я считаю зря, - вставил Эрик, - их можно было заставить работать, делать что то полезное.

– Ну вот, видишь

как практичная немчура думает?
– сказал Дима, - нет... шеф принял решение жесткое и думаю верное. Все, у остальных желание бузить сразу отпало.

– Эрик, а ты неплохо по-русски говоришь, хоть и акцент ужасный конечно, - улыбнувшись сказал я.

– Я родился и вырос в маленьком городке Вурцен, не далеко от Лейпцига, тогда еще это была территория ГДР, в школе обязательно учили русский язык, а на окраине города были советские военные... танкисты. У меня было много в детстве друзей - детей русских военных.

– Понятно. А как с оружием у вас?

– Так, пока хватает... у деревенских считай в каждом доме, да еще и в тайге может что прикопано, а у нас... все, что на сторожевике было то и есть, т.е. полный БК на дежурство... на которое наш экипаж заступил в тот день в 20:00, только и успели выйти в заданный участок... на корабле у нас 28 автоматов, на весь ЛС ну и семь ПМ-ов на четверых офицеров и трех мичманов, и вот такая игрушка тоже есть, похлопал он по зачехленному 'Утесу', - не говоря о стандартном артиллерийском и ракетном вооружении.

– Ракетном?

– Конечно, 'Иглы' и 'Штурмы'... У нас же полноценный сторожевой корабль проекта 10410, а не какой-то там катерок сердюковской эпохи инноваций и реформ.

– Сурово... правда я понятия не имею что это за проект, но видно серьезное что-то.

– Серьезное, - кивнул Дима, - только торчит теперь на сопке, наполовину в грунт зарывшись... о вот тут надо бы левее уйти, между теми двумя островками, за одно сразу посмотрите на 'новые земли'.

– Иди тогда вниз к Иванычу, покажешь фарватер, - сказал я.

'Аврора' сбавив ход, медленно проплыла меж двух небольших островков, и на малом ходу пошла вдоль берега острова очень больших размеров... на нем не один наш Сахарный поместится. Земля, та что поднялась из под воды была какого-то странного серо коричневого цвета, во многих местах уже росла редкая трава, я разглядел в бинокль пару ручьев. Рельеф резко отличался от приморского, это была просто холмистая местность.

– Там наверное расти все будет... даже палка корни пустит, сплошная органика ведь.

– Да согласился Эрик, вон там за полосой леса, что с той стороны склона, уже собрали урожай овощей.

От берега и вверх до невысокого гребня сопки полоса леса, километров в пять. Этот лес тянется вдоль берега, до самой деревни на берегу, до которой оставалось по прямой уже километров двадцать, и ее очертания можно разглядеть в бинокль...

Два длинный мостка от берега у которых были пришвартованы несколько шлюпок, спасательных ботов и целых шесть водных мотоцикла. Ну и тридцати метровая красавица - яхта олигарха стояла здесь же, на нее были переброшены мостки с берега. Было заметно, что кроме шлюпок больше ничем не пользовались уже давно. А в шлюпках да, в некоторых лежали какие-то вещи и рыбацкие

снасти, метрах в трехстах от берега с двух ставили сети. 'Авроре' места естественно не было, и сходни опустили прямо на берег, скромно пришвартовавшись недалеко от белоснежной яхты, изрядно поцарапанной правда. Иваныч ее как увидел, даже рот приоткрыл.

– Дайте две!
– сказал Иваныч, когда мы стояли на носу и ждали доклада боцмана об окончании швартовки.

– Не завидуй Иваныч, - толкнул я его в плечо выводя из ступора.

– Серый ты посмотри какая красавица...

– Не пялился бы ты на нее так откровенно, а то хозяин приревнует и подумает чего нехорошего, да вот наверное и он...

Не дождавшись, когда трап окончательно закрепят, по нему уже быстро поднимался, почти бежал ничем не выдающийся мужик, ну за исключением круглых очков в золотой и явно дорогой оправе. Ботинки с высоким берцем, Шорты, рубаха 'гавайка' на выпуск подпоясанная черным офицерским военно-морским ремнем с черной кобурой ПМ, кобура тоже 'морского' исполнения, т.е. на специальных регулируемых подвесах крепилась, а не сразу к ремню. Лицо в целом у мужика приятное, гладко выбритое, видно что следит за собой. Я невольно провел рукой по своей уже отросшей за четыре дня щетине... мда...

– Наши... Наши!
– прокричал он с палубы в низ, где стояло человек наверное триста примерно. Вверх полетели кепки, какие то полотенца, народ засвистел и загомонил. Олигарх сделал жест рукой прося успокоиться и разведя руки в стороны направился к нам.

– По мордам бляха-муха вижу что наши!
– сказал он, и обнял Иваныча как будто родню. Но потом подавил в себе эмоции и улыбаясь протянул Иванычу руку.

– Эдик... эм... Эдуард Яковлевич.

– Иван, Иван Иванович, - в той же манере ответил Иваныч.

Потом он повернулся ко мне.

– А вы стало быть...

– Сергей Николаевич, - ответил я и протянул ему руку первым.

– Очень! Очень приятно... Эдуард Яковлевич. Эм... Ну... добро пожаловать на богом забытые и никому не известные 'Новые Земли'.

– Теперь известные, - улыбнулся я, - во всяком случае в 'Восточном Архипелаге' теперь про вас знают.

– А где это?

Спустившийся с открытого мостика, и стоявший рядом Эрик, достал из кармана и протянул шефу карту, которую Иваныч рисовал вчера.

– Ну-ка ну-ка... где это?
– спросил он и развернул лист смотря на него поверх очков и высунув кончик языка из уголка рта... прям как Дениска когда старательно что то делает и сосредотачивается.

– Вот эти острова.

– А это?

– Это материк.

– Да...
– задумчиво произнес Эдуард Яковлевич, - вот покорежило то... Да что ж мы тут стоим то! Идемте, я приглашаю вас на обед на мою 'Принцессу'. Там и поговорим обо всем.

– Хорошо, - согласился я, - вы спускайтесь, мы сейчас.

– Жду, - ответил он, пошел вниз по сходням и снова прокричал, - Наши бляха-муха!!!

На что по толпе опять пошел гул и ликование.

– Сергеев, - сказал я в рацию.

– На связи...

– Остаешься за старшего, внимательно. На берег я, Иваныч и Вася.

– Извини Николаич, но я с вами на берег, старшего за себя оставлю.

– Добро.