Потерянные в лабиринте
Шрифт:
Клеон, изучая людей вне Системы, поражался все больше. Особенно его поразили заключения ученых, которые занимались данным вопросом. Заключение гласило, что именно такой путь – построения реальности «изнутри во внешний мир» – и является единственно правильным.
Люди не должны с рождения попадать в тесный и душный Лабиринт и двигаться по предписанным путям и поворотам всю жизнь. Люди не должны жить по меркам и законам кем-то созданной Системы внешней реальности. Люди не должны принимать «чужие» ценности и смыслы. Любой человек обладает достаточным внутренним миром, который намного богаче внешнего, и все, что ему нужно для жизни уже есть внутри него. И эти внутренние знания и должны воплощаться в реальном мире, на основе
Сразило Клеона не столько то, что все остальное человечество проходило путь наоборот от внешнего к внутреннему, и даже не то, что люди черпали все необходимое извне и помещали чужеродную информацию внутрь себя, считая это необходимым процессом обучения, социализацией и вхождением в общество. Поражало его даже не то, что все должно было быть наоборот и внутренняя информация должна воплощаться во внешнем мире. Больше всего Клеона поражал сам факт отсутствия Свободы.
«Значит вместо движения по Лабиринту, вместо поглощения «чужих», кем-то созданных норм и правил, я могу создать свои собственные? – думал Клеон. – Значит вместо выбора правильных дорог и поворотов Лабиринта я могу просто выйти из него? Значит, я могу создать свою собственную реальность и жить в ней? Значит, я могу быть по-настоящему свободным?»
Именно все эти мысли и рассуждения о существовании вне Лабиринта и привели однажды Клеона к тому месту, где он находился сейчас, в снежную пустыню Северного полюса в самом центре Арктики. Именно поиски несуществующей Свободы перевернули всю его жизнь и заставили оставить успешную научную карьеру и заняться собственными исследованиями.
Клеона интересовал не только сам факт выхождения из Лабиринта и построения собственной реальности. Больше всего его интересовало, откуда все это началось, его интересовали истоки системы. Ему было очень важно понять: Каким образом была выстроена Система внешней реальности, загнавшая практически всех людей (за исключением пресловутого одного процента) в подземный Лабиринт, где заранее прописаны все пути и повороты?
Больше всего Клеона интересовал вопрос: Как же все было в самом начале? Возвращение к истокам человечества, к временам самого начала и стало смыслом всей его жизни.
* * *
И вот теперь он здесь – в самом центре Арктики, в центре Северного полюса – истощенный от голода и жажды, практически обледеневший. Он продолжал смотреть на бесконечную снежную гладь затуманенным взглядом. Рука судорожно сжимала осколок бледно-зеленого кристалла, часть какого-то символа, который имел огромное значение в той, первоначальной жизни. Беспощадное солнце казалось неуместным в царстве льда и снега. В воспаленном мозгу возникали смутные картины очень далекого прошлого.
Клеон вытянул руку с осколком кристалла перед собой так, чтобы на него попали солнечные лучи. Ему хотелось более внимательно рассмотреть то, что он держал в руке. Кристалл без солнечного света сам по себе менял цвет от мутно-серого до бледно-зеленого, как бы переливаясь изнутри.
«Он как будто бы живет своей собственной жизнью – подумал Клеон, – как будто сила, заключенная в нем, является самостоятельным явлением».
Внезапно рука Клеона дернулась и вытянулась вперед. У него возникло ощущение, что кристалл сам стремится к солнечному свету. Яркий солнечный луч соприкоснулся с поверхностью кристалла, и цвет осколка мгновенно изменился с бледно-зеленого на серебристо-серый, почти металлический. Мощнейший луч соединил солнечный свет и осколок. Вертикально взметнулся мощный поток света, уходящий далеко вверх в космическое пространство. Кристалл, нагреваясь в руке Клеона, излучал серебряно-металлическое свечение, образующее горизонтальный луч, параллельный поверхности.
«Я это уже видел; очень давно, но видел» – мелькнуло в угасающем сознании Клеона.
Внезапная вспышка подсознания освещала и поднимала из глубины все новые и новые картины
далекого прошлого.Дверь. Дверь из кристалловидного материала, c углублением в центре. Рука человека в белой блестящей одежде, протягивающая предмет из бледно-зеленого кристалла, совпадающий по размерам и форме с углублением в двери. Предмет при соприкосновении начинает сиять ярким серебряно-металлическим цветом. Рука вставляет предмет в углубление, поворачивает и дверь открывается, и человек в металлической сияющей одежде входит внутрь.
«Я помню – молнией пронеслось в сознании Клеона, – я помню эти двери. Их было несколько, и у каждого входящего был свой символ для того, чтобы войти в эти двери. Ключ. Это был Ключ. Ключ для того, чтобы попасть во Дворец, в легендарный Город Света».
Клеон продолжал смотреть на пересечение лучей, образованных солнечным светом и осколком кристалла. В сознании продолжали одна за другой вспыхивать картины очень далекого прошлого.
«Здесь изначально располагался Дворец – мелькнуло в сознании, – именно здесь в центре Северного полюса, в центре Арктики в самом начале стоял Город Света. Только тогда здесь все было совсем по-другому».
Царство разбитых надежд.
Царство потерянных мечтаний.
Царство Настоящей Свободы.
1.2 Дворец
Это был хрустальный замок невероятной, неземной красоты. Легендарный Город Света. Дворец имел правильную кубическую форму и стоял в самом центре тогда еще очень молодой земной планеты.
Дворец как будто бы держался в воздухе, не касаясь земной поверхности. Совершенная геометрическая форма в виде куба делала его то прозрачным, то сияющим сгустком ослепительного света. Все зависело от того, где находились небесные светила. Днем в период интенсивного солнечного света стены дворца, сделанные из прочного космического материала, более всего напоминающего горный хрусталь, превращались в мощнейшие зеркала.
Свет отражался от стен дворца, и казалось, что на земле появилось второе солнце, столь же ослепительное, сколь и само небесное светило. Ночью, когда на небе мерцала луна и звезды выходили на свои орбиты, стены дворца сливались с окружающей темнотой. Дворец как будто бы растворялся в воздухе, и были едва видны его мерцающие контуры.
Дворец был огромных размеров. Само название «дворец» на самом деле и не очень подходило для описания этого могущественного сооружения. По занимаемой им площади, это был не дворец, а целый город – Город космического Света – Город первых обитателей молодой планеты. Он был закрытой кубической формы и его ширина, длина и высота были равны и составляли двенадцать тысяч метров, по земным меркам.
Стены и основание Дворца не были ни тонкими, ни толстыми. Толщина стен была равна всего двенадцати сантиметрам, но кристалловидный минерал, из которого были изготовлены стены, основание и покрытие Города Света, был невероятно прочным. Цвет минерала мог меняться от нежно-голубого (почти прозрачного) днем до изумрудного, темно-зеленого ночью. Поэтому дворец в разное время суток выглядел совершенно по-разному; он практически сливался с окружением, и его не всегда можно было увидеть невооруженным глазом.
В центральной основной двери Города был вживлен символ. Символ являлся одновременно и замком, открывающим вход во Дворец.
1
Знак пустоты (1), знак Небытия, знак бесконечного Космоса.
Это был не просто знак, это был вход во дворец с особым секретом, и не каждому было дано узнать его; многим секрет неизвестен и сейчас.
Всего во дворце было двенадцать входов, двенадцать ворот, по три входа на каждую сторону дворца. На каждой двери был расположен символ.