Чтение онлайн

Еще одним источником Блаватской по Атлантиде был плодовитый, но не вызывающий доверия французский писатель Луи Жаколио (1837–1890). Он создал сборник санскритских мифов во время пребывания в Индии и, вернувшись во Францию, изложил их в доступной форме в своей книге. По его словам, индусская классическая литература повествует о существовавшем в Индийском океане континенте Рутас, который ушел под воду. Жаколот трактует эти мифы как относящиеся к существовавшему некогда тихоокеанскому континенту, омывавшему все Полинезийские острова, где зародилась цивилизация, отголоском о затоплении которого является рассказ Платона об Атлантиде. Когда Рутас был поглощен океаном, другие земли, такие

как Индия, поднялись над водой.

Авторы-теософы более позднего времени, такие как Синнет и последовательница Блаватской Энни Бизан, обрядили скелетообразные рассказы Блаватской о потерянных континентах в изрядное количество подробностей. Впрочем, их история значительно отличалась от повествования Платона, пренебрегала его палео-Афинами и их войной с Атлантидой.

Так, английский теософ У. Скотт-Элиот заявил, что получил следующее откровение от учителей-теософов через «астральное видение». Люди первой коренной расы, жившие в полярной «Священной земле» или «Полярии», обладали лишь астральными телами и посему были бы для нас невидимыми. Если бы силы ясновидения все же сподобили нас узреть их, то выглядели бы они как гигантские яйцеобразные призраки. Размножались они делением, как амебы.

А вот люди второй коренной расы, имевшие материальные тела из эфира, были бы видны только натренированным оккультистам. Обитали они на огромном северном континенте Гиперборее, остатками каковой являются Гренландия, Исландия и самые северные области Европы и Азии. Эти географические тонкости ярко проиллюстрированы картами, которые Скотт-Элиот перерисовал из оккультных записей и которые вложены в кармашки на обложках его книг.

В свое время Гиперборея «разрушилась», и образовался равный ей по размеру южный континент Лемурия. Пик ее расцвета пришелся на мезозойскую эру, с той поры ее наводнили динозавры и прочие опасные рептилии. В воздухе на кожистых крыльях парили птерозавры. В болотах плескались ихтиозавры и плезиозавры.

Ману, один из сверхъестественных правителей теософской Вселенной, решив, что человеческой эволюции пора делать шаг вперед, взял за образец обезьяноподобных существ, которые уже развились на других планетах. Результатом первой попытки Ману стало нечто медузообразное с мягкими костями, которое не могло стоять, однако со временем его тело стало тверже. Эти первобытные недалекие лемурийцы оказались не более привлекательными, чем их соседи-рептилии.

Автор приводит описание лемурийца из некоего неназванного источника. Ростом он был где-то 12–15 футов, кожу имел темную, лицо плоское, с выступающей мордой, глаза небольшие, посаженные так широко, что он мог смотреть не только вперед, но и в стороны. Лба у него не было, зато он обладал третьи глазом на затылке, который у нас сохранился в виде шишковидной железы мозга. Он не мог до конца выпрямить свои длинные конечности, кисти и ступни у него отличались большим размером, пятки выдавались так далеко назад, что он мог ходить не только вперед, но и назад. Одевался он в свободные накидки из кожи рептилий, с собой носил деревянное копье и водил питомца-плезиозавра на поводке.

По странному совпадению за последние десятилетия ученые обнаружили в Юго-Восточной Азии кости и зубы огромного обезьяноподобного человека раннего плейстоцена, гигантантропуса или мегантропуса. Самые крупные его экземпляры превосходили размером взрослых горилл весом в 500 фунтов. Эти монстры соответствуют теософским лемурийцам, по крайней мере по величине. Разумеется, это не доказывает, что теософы знали, о чем говорят. Так же как упоминание Платона о «Внешнем континенте» не свидетельствует о том, что он догадывался о существовании Америки.

Вполне возможно угадать научный факт просто случайно, хотя бессистемные догадки не рекомендованы в качестве метода научных исследований.

Изначально лемурийцы были яйцекладущими гермафродитами, но в период четвертой подрасы узнали о существовании полов и уже в период пятой подрасы размножались так же, как и мы. Не имея разума, они скрещивались с животными, в результате такого мезальянса появлялись крупные человекообразные обезьяны. Сей грех столь возмущал Лха, сверхъестественных существ, которые в соответствии с космическим планом должны были на этом этапе воплотиться в человеческих телах, что они отказались исполнить свой долг.

Соответственно, другие существа с Венеры, на которой уже появилась высокоразвитая цивилизация, вызвались занять место Лха. Эти «повелители огня» повели заблудшее человечество к тому барьеру, за которым лемурийцы смогли достичь личного бессмертия и реинкарнации. Венерианцы также научили лемурийцев искусству поддерживать огонь, металлургии, ткачеству и сельскому хозяйству. К периоду седьмой подрасы лемурийцы внешне уже были вполне похожи на людей. Их потомками на земле в наши дни являются такие первобытные народы, как лэппы, аборигены Австралии, и жители Андаманских островов. Их язык – прямой предок китайского языка, хотя сами китайцы произошли от более поздней турэнской расы.

К концу мезозойского периода Лемурия, как когда-то Гиперборея, начала распадаться, некоторые ее части уходили под воду, а полуостров, выдававшийся в северную часть Атлантики, стал Атлантидой. В то же время появилась четвертая коренная раса – атланты. Первая подраса этой основной расы, рмоагалы, перебралась с остатков Лемурии на Атлантиду, хотя некоторые из них остались и смешались с выжившими лемурийцами. В результате появились полукровки с голубой кожей, внешне похожие на американских индейцев.

Первые рмоагалы, чернокожие люди 10–12 футов ростом, обосновались на южном побережье Атлантиды и стали вести бесконечные войны с шестой и седьмой под-расами лемурийцев. Организованное ведение войны было изобретено именно в это время, хотя лемурийцы и раньше занимались бессистемными набегами и убийствами. С течением веков рмоагалы стали ниже ростом, некоторые ушли на север Атлантиды, где их кожа осветлилась, однако наступление льдов дважды откидывало их назад в тропики. Кроманьонцы, раса крепких людей старого каменного века Европы, были их прямыми потомками. По всей видимости, каждые 30 тысяч лет случался легкий ледниковый период, а каждый 3 миллиона – суровый. Один из суровых пришелся на период существования рмоагалов.

Следующая подраса, тлаватли, была представлена выносливыми людьми с красновато-коричневой кожей, ниже ростом, чем рмоагалы. Появились они на острове у западного берега Атлантиды, где в наше время находится Мексика. Тлаватли перебрались в горный район Атлантиды, а оттуда распространились по всему континенту и вытеснили рмоагалов. Если дикие лемурийцы и неразвитые рмоагалы не были способны к самоуправлению, то траватлы достигли такого уровня, на котором избирали вождей или царей голосованием.

Следующая подраса, толтеки, ознаменовала величайший период расцвета Атлантиды, в начале эпохи млекопитающих. Они были краснокожи, всего лишь восемь футов ростом и хороши лицом. (Миссис Безант, любившая развивать идеи Скотта-Элиота, приписала им рост в 27 футов и тела каменной твердости.) Они открыли принцип наследственной монархии. Тысячи лет их цари правили мудро, поскольку поддерживали связь со знатоками сверхъестественного, как легендарный римский правитель Нума Помпилий, по некоторым сведениям, принимал советы от нимфы Игерии.