Поступь Повелителя
Шрифт:
Ну, может, хоть для дочери постараешься? Вырастет, выучится — спасибо скажет.
Да с чего вы вообще взяли, что это дочь, а не сын?
Ай, детка, мальчик ведьмой быть никак не может. Дочь у тебя будет, это ее Силу я почуяла, да не различила сразу, за твою приняла. А раз так, у тебя должны быть в роду старшие ведьмы: мать, или бабушка, или тетка. Странно, что ты о ремесле совсем ничего не знаешь.
Ага, щас... мама-бабушка...— До Ольги дошло наконец, что происходит.— А папа-дедушка не хотите? Это у Диего в роду мужики — маги неклассические. Может, мэтр Максимильяно вашу книжку заценит, я ему скажу, чтоб наведался. Или, если хотите, первую ведьму,
– И на том спасибо,— грустно прошелестела толстуха и, сразу подобрев, посоветовала: — Вон там, на полке, возьми желтую коробочку с мазью. От ушибов и растяжений. А вон там, в сундуке, платок себе найди. Не так в глаза бросаться будешь. А пока вы не ушли, хоть поговори со мной, что ли... Скучно призраком быть, сил нет...
Этот дворец и этот город все больше нравились Харгану. Хотя изначально планировалось сделать его резиденцией Лютецию, наместник был близок к тому, чтобы передумать. Пусть Даэн-Рисс несколько южнее центра, зато здесь приятно находиться. Даже правая рука бога может позволить себе маленькие житейские удовольствия. Например, выбрать дом, в котором будет жить, и женщин, которых желает на свое ложе.
Впрочем, женщиной он пока обходился одной и не испытывал желания ни убить ее, ни сменить на другую. Подобный тип отношений — с живой женщиной по ее добровольному согласию — все еще ошеломлял Харгана бесконечностью непознанных тонкостей и разнообразием ощущений. В первый вечер он еще сохранял привычный, годами отработанный контроль над нечеловеческой частью своей сущности. На второй красавица Камилла проникновенно мурлыкнула, нежно поглаживая основание хвоста: «Ты такой сдержанный, зажатый, словно на тебе две сотни стоун железных цепей намотано... А мне говорили, что демоны славятся неукротимым темпераментом и безудержной страстью...»
И сделала нечто такое, от чего «железные цепи» беспомощно осыпались мертвыми змеями, и ученик Повелителя впервые за много лет с непреодолимой ясностью ощутил, что он — демон, что он очень, очень молод, полон дикой, не поддающейся контролю силы и сейчас либо разрушит парочку миров в окрестностях, либо его самого порвет на дюжину маленьких демонят...
Либо просто обрушит на легкомысленную красотку ту самую «безудержную страсть», о которой ей так мечталось...
«А ты ее выдержишь, глупая женщина?» — торопливо спросил он больше для очистки совести, так как остановиться все равно не смог бы. Нечто подобное он уже испытывал пару раз в бою, и заканчивалось это плохо как для врагов, так и для попавшихся под руку своих.
Камилла уверенно и даже с некоторым оттенком снисходительности опустила ресницы.
На третий день Харган и сомневаться не стал. Томительно долгие часы до вечера он прожил в странном болезненном ожидании, которое, казалось, путешествует внутри тела и рвет его изнутри острыми звериными зубами. Разъяснения духа Генри о ста шестидесяти с хвостом поправках полностью ускользнули от внимания наместника, донесения верных соратников о ходе обращения он выслушал вполуха, отчет о ревизии в казне подписал не глядя, о Шелларе даже не вспомнил.
Весь этот день был прожит лишь ради того, чтобы вечером ворваться в знакомую комнату на третьем этаже, швырнув на пол алый с золотом плащ, одним рывком смахнуть со стульчика у зеркала вожделенную женщину и прямо здесь же, у ближайшей стены, выпустить на волю истосковавшегося в заточении демона...
Когда безумная вспышка сменилась невесомой пустотой прострации и настало
время куда-нибудь упасть... да вот хотя бы на этот мягкий, как трава, ковер, если станет лень добираться до кровати... Харгана внезапно вернуло в реальность вежливое покашливание над ухом.Встряхнувшись всем телом, чтобы окончательно прийти в чувство, он оглянулся и первым делом увидел свое отражение в зеркале. Этой похожей на помятую маску рожей в сочетании с прической, превратившейся из просто щетки в щетку растрепанную, можно было успешно пугать упорствующих неверных.
Затем Харган разглядел расплывчатые очертания духа и первым делом обругал «дохлым извращенцем», после чего послал туда, куда принято во всех мирах.
Кхм... простите, что побеспокоил, господин наместник...— ничуть не смутился дух,— но вас срочно ждут в департаменте Безопасности. Случилось кое-что, требующее вашего личного... гм... участия.— Затем добавил, наблюдая, как господин силится что-то сообразить: — А подсматривать за вашим времяпровождением мне вовсе неинтересно. Думаете, будучи бесплотным духом, приятно видеть вот такое хард-порно? Только душу травить...
Жить надо было немного иначе,— язвительно заметила Камилла, даже не выказывая намерения подняться с пола и одеться.— Кстати, драгоценнейший мой Харганчик, радость моя, прелесть моя... Ты порвал мне платье на совершенные лохмотья. В чем же я буду встречать тебя завтра?
Оно что у тебя, одно? — не остался в долгу вредный дух.— Или ты хочешь, чтобы господин наместник тебе возместил материальный ущерб? Не успела переспать, уже доить начинаешь!
Молчать...— тихо прошипел демон, не в силах сосредоточиться из-за их перебранки.— Завтра встречай меня голой. Иначе мы платьев не напасемся. Где моя рубашка?.. О-о... Н-да... ладно, подай камзол... Дух, что там случилось?
Сейчас расскажу. Не при ней.
Наместник бросил прощальный взор на покойную рубашку, вспоротую крыльями, набросил камзол и обнаружил рваные дыры на месте пуговиц. Покосился на единственную выжившую одежку, прикидывая, не будет ли смотреться глупо в нарядном плаще на голое тело. Пообещал себе впредь быть разумнее.
Ну вы даете, босс...— хихикнул вредный дух.— Всегда так разрушительны в сексе?
Заткнись...— прорычал Харган.— Камилла, быстро что-нибудь надень и сбегай в мои покои за одеждой. Как-то все же не подобает шляться голым и пугать подданных...
Когда дама испарилась с проворством хорошо вышколенной служанки, он неохотно пояснил, чтобы любознательный Генри не додумался обсуждать интимную жизнь босса с кем-то еще:
—Демоны так разрушительны во всем. Ты еще не видел меня в рукопашной, и не доведи тебя Повелитель увидеть. Думаешь, зря меня так боится советник Блай?
Да, кстати, вот о советнике я и хотел вам сказать,— подхватил дух.— Тут небольшая неувязочка получилась... В общем, Шеллар его сделал... во всех смыслах... боюсь, дальше он продолжать работу... мм... не сможет...
Если ты не перестанешь мямлить и не начнешь называть вещи своими именами, я тебя разжалую в дворцовые призраки без всяких прав на новое тело!
Если называть все своими именами, то, кажется, он его убил.
Кто — кого?
Я же сказал — Шеллар... Правда, я не ручаюсь, вам лучше взглянуть, как специалисту, насколько там жив или мертв бедный советник, спасать ли его, поднимать ли — или сначала добить, потом поднять...
Там что, врача нет?
Откуда там врач? Охрана побежала за палачами, те хоть немного в медицине смыслят, а я — за вами.