Поступь Повелителя
Шрифт:
Я не хотел обременять тебя просьбами в такой момент...
—Ну что ты, я посмотрела еще утром...
– И?
Я его видела...— медленно, словно ей трудно было подобрать верные слова, начала Морриган.— Но... хм... как бы тебе точнее сказать... Нет, он жив и здоров... просто, скорее всего, ты его больше не увидишь. Это грустно, конечно, но все же знать, что твой сын где-то есть, лучше, чем просто похоронить его...
Прости, можно точнее? — переспросил Рельмо, начиная подозревать, что как раз сейчас ему собираются вернуть моральный долг — то есть насовать за уши каких-нибудь утешительных фиалок и других травянистых растений.— Что ты все-таки видела?
Я видела его в каком-то мире, не похожем на наш,— печально поведала
—Ну для него это естественное состояние,— попробовал пошутить Макс— Но почему ты решила, что мы с ним больше не увидимся? Может быть, он найдет способ вернуться. Или мы придумаем, как ему помочь. Может, эльфы...
Морриган еще печальнее покачала головой:
Дело в том, милый Макс, что они говорили... не так, как обычно разговаривают люди. Диего говорил по-мистралийски, девушки — на своем языке, а выглядел разговор так, словно они друг друга полностью понимают.— Она виновато подняла глаза на собеседника.— Не мне тебе объяснять, что это значит. Кажется, ты видел достаточно переселенцев...
Ты права,— серьезно кивнул Рельмо, для которого описанная ситуация не была столь однозначной и допускала иные толкования.— Конечно, лучше знать, что он где-то живет и разговаривает с какими-то девушками из мира, не похожего на наш... Девушки-то хорошенькие?
Да так себе... Одна на Шелларова шута похожа, такая же рожица перепуганная, а вторая вообще дитя.
О! — вдруг спохватился Макс. Описание девушек что-то зацепило в его сознании, но смутное, мимолетное воспоминание было сразу же погребено под грузом более насущного и понятного.— Кстати, насчет Шеллара! Морриган, я понимаю, мой вопрос может прозвучать глупо, но не просил ли он у тебя случайно локон на память? Примерно перед той самой провалившейся операцией? Или, может, ты слышала что-либо насчет других знакомых дам? У кого Шеллар мог взять прядь черных волос?
Ну ты спросил ! — огорченно взъерошила свои локоны лондрийская коллега.— Да все население Мистрали и и половину Ортана, Эгины и Голдианы надо перебрать, чтобы найти... Нет, у меня не просил, и я не слышала, чтобы просил у кого-то еще. А это важно?
О, не беспокойся, просто Шеллар вечно затеет что-нибудь и никому не скажет, и догадывайся потом, что он имел в виду...
Так свяжись с ним самим да спроси.
Свяжусь, конечно, не переживай об этом. Просто это потребует времени и усилий, вот я и попытался...
Попробуй еще и Мафея спросить, вдруг он знает. Если Шеллар затеял то, о чем ты так не хочешь мне говорить, до всей этой заварухи, и если это как-то связано с магией...
Рельмо вздохнул:
Да нет, с магией... с классической магией это никак не связано. Да и Мафей... тебе еще не успели рассказать?..
Опять зеркало? — обреченно произнесла Морриган, страдальчески закатив глаза.
Хуже. Он просто удрал. Его высочество, видите ли, счел своим долгом лично проверить, не навлек ли он какой беды на приютивших его людей. А мы все теперь должны ломать головы — то ли самоуверенный юнец поспешил эту беду с ними разделить, то ли просто между мирами потерялся...
Вот паршивец! — Волшебница огорченно всплеснула руками, словно бабушка, обнаружившая последствия шалостей любимых внуков.— Теперь еще и его искать...
Да что, в Поморье больше поискать некому? — досадливо двинул бровью Макс— Было бы нужно — Пафнутий уже торчал бы под твоей дверью...
Молча,— робко, словно не решаясь шутить в такие тяжкие времена, добавила Морриган и слабо улыбнулась.
А кстати,— подхватил Рельмо,— ты замечала, что молчание Пафнутия по силе воздействия на неподготовленного слушателя почти равняется многословию Шеллара?
Мэтресса грациозно покачала головой:
—Нет. Я слушатель более чем подготовленный.— Одним ловким движением поднявшись на ноги, она с небрежным изяществом поправила воротник халата и легким приглашающим
жестом поманила гостя за собой.— Раз уж зашел... Пойдем, покажу. Вдруг и в самом деле найдешь. У тебя ведь есть приятели-эльфы, которые могут путешествовать между мирами... Мало ли, может, они знают этот мир и как-то помогут вам встретиться... Ну хотя бы пообщаться...Она как будто чувствовала себя виноватой и стремилась хоть немного загладить впечатление от известия, хотя никакой ее вины здесь, конечно, не могло быть. Не может маг увидеть в зеркале ничего, кроме горькой правды, которую оно показывает.
Наверное, она просто привыкла в каждой мелочи искать свою вину, вдруг подумал Макс. Она жила с постоянным чувством вины последние триста лет. С того самого момента, когда любимый человек бросил ей в лицо: «Несколько секунд твоих колебаний стоили жизни нашим товарищам!» А потом развернулся и ушел. На добрую сотню лет. Потому она так верно и безропотно хранила его тайну, когда он вернулся, несмотря на то что по возвращении бывшие любовники стали не более чем приятелями и у каждого была своя личная жизнь. Вряд ли, конечно, почтенный мэтр настолько злопамятен, чтобы не простить подруге юности давнюю ошибку, и вряд ли мэтрессе, чтобы это понять, нужно непременно услышать прямым текстом из его уст. Но где-то в глубине души все еще сидит, затаившись, крошечный червячок вины, и стоит произойти какой-нибудь неприятности, как первым делом задает себе мэтресса вечный вопрос: а не из-за того ли самого? А не виноваты ли и в этом те злосчастные несколько секунд?
Мир привык видеть ее сильной, хладнокровной, немного стервозной, и никому бы в голову не пришло, что эта высокомерная и могущественная женщина триста лет безуспешно пытается оправдаться перед собой — при том что никто другой ее ни в чем давно не обвиняет.
Между тем несчастья, со всех сторон сыпавшиеся на божьего посланника последние пару недель подобно камнепаду, и не думали прекращаться. Короткий визит в Галлант оказался не завершением черной полосы в жизни, а всего лишь небольшой передышкой. Да и результаты этого визита вряд ли стоило считать такими уж блестящими.
Галлантского короля Шеллар обработал в течение получаса, получив необходимые подписи на всех договорах и заверения, что «все будет подобающе, ты же меня знаешь, мое слово крепче стали!». Однако, успев за эти полчаса понаблюдать за новым союзничком, Харган убедился в истинности всего того, что прежде о его величестве слышал, и здорово усомнился в последнем. Предположения, будто вечно пьяный Луи IX попытается протестовать или вести какие-то свои личные интриги, не стоило даже рассматривать, но зато забыть, перепутать или вообразить себе невесть что он мог запросто. Спьяну с людьми и не то бывает, уж это Харган знал прекрасно, насмотревшись на своих командиров. Так что в подобающем выполнении договоренностей он не был столь уверен, как ни бил себя в грудь подвыпивший король Галланта.
Что же касается загадочного похищения Блая с необъяснимой транспортировкой оного из Галланта в Мистралию за одну ночь без телепорта, тайна эта так тайной и осталась, несмотря на то что Шеллар чуть ли не носом вспахал половину дворца. В результате верный советник выдал Харгану около пяти версий произошедшего, равно изобилующих фантастическими допущениями, и с сожалением признался, что для более детальной их проработки и сведения к одной, правильной, ему «не хватает информации».
Харган посопел, пофыркал, посверкал глазами и попытался утешить себя тем, что, судя по количеству несчастий, это должно быть последнее. К тому же после Перерождения Блай действительно превратился в безответственного скандалиста, и, согласно прогнозам Шеллара, вреда от бессмысленно-жестоких выходок старого советника предвиделось чуть ли не больше, чем пользы от его опыта и знаний, которые он почему-то перестал приносить на алтарь общего дела, предпочитая подвижническому труду разгульные оргии с безудержным кровопитием и садо-мазо утехами.