Помещик
Шрифт:
Это понятное дело не давало ни воде, ни снегу скапливаться на крыше и порывы ветра легко уносили любой мусор.
— Те мужики говорили, что эти крыши простоят лет сто, а то и больше, — Федор покрутил головой обозревая крыши. — Меня когда на дворницкое дело поставили, особо про крыши наказывали. Но ухода за ними всего ничего. Я два раза в год чищу их от мусора и всё, слава богу.
Крыши действительно были почти в отличном состоянии, жалко конечно что сейчас нет нормальных красок или лаков. Если такую крышу мне поручили бы привести в порядок в моем прошлом прорабстве, то про неё
— Двадцать лет простояли, — я тоже покрутил головой вслед за Федором. — А выглядят как новые, почернели только.
А вот внутри всех сараев и прочего был откровенный бардак и запустение. Во многих местах грязь и такой слой паутины, что невозможно разглядеть что она скрывает.
Но везде сухо и нет запахов плесени, а самое главное следов обитания грызунов и летучих мышей.
Федору похоже вид внутренностей сараев был неприятен, он скорее всего счел, что я начну предъявлять ему претензии и начал оправдываться:
— В одни руки, барин много не сделаешь. Тут мне помощник нужен.
— Найдем мы тебе помощников, не оправдывайся. Ты вот скажи почему грызунов тут нет?
В этот момент я услышал характерные «ух-ух» и «ух-ух-хыч» и подняв голову, увидел ответ на свой вопрос.
Под самым перекрытием сидели две совы и в одна из них держала еще трепыхающуюся мышь.
— Тут барин и другие охотники есть, ежи и ласки, — Федор ткнул палкой в полутемный угол. — Вон глазками сверкает.
Кто там сверкал глазками я не увидел, но сторожу наверное виднее.
Осторожно обойдя все сарая, я в конечном итоге остался доволен, не увидев ничего страшного и негодного.
Конечно надо будет потрудится и не один день, подметание только чего стоит, а ведь надо сделать еще и влажную уборку, дезинфекцию и прочее.
Один из сараев стоящий на отшибе, привлек моё наибольшее внимание. Возле него росла большая настоящая корабельная сосна и было странно, что её еще никто не спилил.
Под ней был толстый частично уже перепревшей слой хвои. Я палкой разворошил её и увидел не растаявшие характерные крупнозернистые крупинки старого снега.
— Федор, а в глубине леса сейчас можно найти не растаявший прошлогодний снег?
— Конечно можно. Граница нашего имения со стороны Торопово Дунькин овраг. Так там есть места, где снег под листвой и землей иногда до следующей зимы лежит. Только он в это время часто в лед превращается.
— А топорами и пилами его можно взять?
— Можно взять, ума большого не надо.
Я с малолетства помнил, как в деревне мы, мелкая ребятня, собирались в конце лета и шли искать в лесных оврагах старый, слежавшийся с прошлой зимы снег. Иногда, когда лето бывало особенно жарким, наши поиски заканчивались неудачей.
Но это бывало редко, чаще всего нам удавались наши поиски и мы довольные набивали этим снегом и льдом специально прихваченные для этого хозяйственные ведра.
Зачем мы это делали, я не знаю. Но это был какой-то почти священный ритуал. Снег и лед почти всегда мы находили в одних и тех же местах и постоянно заключали пари: растаял ли он в этом году.
Глава 22
Ревизию своего
хозяйства я закончил на току. В поле основные работы закончены, осталось убрать только небольшой клин господской картошки, да на своих огородах убрать этот второй русский хлеб.Пять лет назад во время прошлой голодухи мужики оценили достоинства картофеля и сейчас не надо никого уговаривать и заставлять для себя его выращивать.
На току работали преимущественно женщины и молодежь. Командовал всеми староста. Господский урожай уже почти весь довели до ума и мешки заполненные зерном стояли рядами в одном из овинов.
— Сколько примерно тянет каждый мешок? — спросил я Сидора, который лично контролировал их наполнение.
— Три пуда барин, фунт в фунт. У меня глаз такой, что не ошибаюсь. Ну, а когда обществом зерно делить начнем, тут уж каждый мешок взвешивать будем.
Сидор вопросительно посмотрел на меня, одобряю ли я такое решение.
— Хорошо будет если вы это дело без меня сделаете по совести и без обид, — вмешиваться в мужицкую дележку урожая мне не хотелось бы.
Я надеялся что они во всем должны увидеть плюсы совместного труда. Сидор молодец, своим крестьянским умом сразу же увидел пользу и надеюсь что на следующий год мне удастся сделать следующий шаг в превращение имения в коллективное господско-крестьянское хозяйство.
— Тороповские утром приезжали. Все удивляются как так получилось, что мы быстрее их управились и собрали больше, — рассказ об том, что соседям нос утерли явно старосте был приятен.
— А ты уверен, что собрали больше?
— Конечно, барин, еще как уверен. Вот возьми от своих мешков десятую часть убери, заметно будут? Вот не меньше этого каждый раз теряется мужиками про уборке своих наделов. Дружно убирать не получается, у кого мужиков мало, да еще то, да сё. Вот и теряется урожай. В ведь еще есть и черезполосица.
— Я слышал, что мужики обсуждают идею на будущий год крестьянский клин обработать целиком, а потом после уборки поделить урожай по величине надела.
Тут я конечно немного передернул и решил все таки форсировать события.
— Я об этом тоже думал. Сколько десятин гуляет из-за межевых борозд, — Сидор покачал головой. — Только из-за этого стоит подумать.
— Думайте. Я дельные мысли только приветствую. Но это всё ближе к весне решать наверное.
— Нет, барин, надо сейчас. Скоро под зиму пахать и озимые сеять. Ведь как получается. У одного трехполка, а рядом клин с двухполье. Не порядок это.
— Тогда не тяните и решайте. Думаю, главное сейчас честно поделить нынешний урожай.
Тонкостей земельных отношений в нынешней России я не знаю. Слышал когда-то бранное слово черезполосица. Но что это зверь, не знал.
Иван Прокофьевич немного разъяснил мне этот вопрос, но тут на самом деле темный лес. Я понял самое главное: от этого большой вред и надо как-то с этим всем бороться.
И тот вариант, который в нашей Сосновки начал неожиданно получаться, очень классный. Главное не спугнуть.
— Мне Сидор работники нужны. Надобно в усадьбе все сараюшки в порядок привести. Грязи там много, везде паутина. А сарай возле большой сосны надо перестроить.