Чтение онлайн

— Я никогда не забуду эту доброту, — сказал он, вытирая слезы ладонью.

— Никто из нас не забудет, — сказал Ярви.

Она с улыбкой подняла Ничто на ноги и похлопала его по седеющей щеке.

— Это само по себе награда.

Ральф вышел из-за деревьев с широкой ухмылкой на лице. На одном плече висел лук, на другом жилистый олень. Чтобы никто не сомневался в мастерстве его стрельбы из лука, он оставил стрелу торчащей из сердца.

Сумаэль подняла одну бровь.

— Так ты не только красавчик.

Он подмигнул

в ответ.

— Для лучника — вся разница в стрелах.

— Хочешь освежевать, поваренок, или мне это сделать? — Анкран держал нож, на его лице был намек на ухмылку. Словно он знал, что Ярви откажется. Он не был дураком. Несколько раз Ярви вытаскивали на охоту. Из-за своей руки он не мог держать лук или копье, и его тошнило, когда доходило до разделки туши. Отец доводил его за это до бешенства, брат высмеивал, а их люди едва скрывали презрение.

И так было большую часть детства.

— Давай в этот раз ты, — сказал Ярви. — Я дам тебе пару указаний, если ошибешься.

Когда они поели, Джод с босыми ногами сел у костра и начал втирать жир в трещины между толстыми пальцами. Ральф отбросил последнюю кость и вытер жирные руки об овечью куртку.

— С солью было бы совсем другое дело.

Сумаэль покачала головой.

— У тебя когда-нибудь было что-то, на что ты не жаловался?

— Если не видишь, на что пожаловаться, значит, просто плохо смотришь. — Ральф откинулся на локоть, улыбаясь в темноте и почесывая бороду. — Хотя я никогда не был разочарован в своей жене. Я думал, что помру на этом чертовом весле. Но раз я все еще отбрасываю тень, то неплохо бы увидеть ее снова. Просто поздороваться. Просто узнать, что с ней все хорошо.

— Если у нее есть здравый смысл, она будет жить дальше, — сказала Сумаэль.

— Здравого смысла у нее полно. Слишком много, чтобы тратить жизнь на ожидание. — Ральф шмыгнул носом и плюнул в огонь. — К тому же нетрудно найти мужика получше, чем я.

— С этим мы можем согласиться. — Ничто сел близко к огню, повернувшись к остальным твердой спиной, положил свой обнаженный меч на колени и стал полировать клинок тряпкой.

Ральф лишь ухмыльнулся, глядя на него.

— А ты, Ничто? Ты долгие годы драил палубу, и теперь проведешь остаток дней, драя этот меч? Чем займешься, когда доберешься до Вульсгарда?

Ярви заметил, что это был первый раз с тех пор, как «Южный Ветер» ушел под волны, когда кто-то из них заговорил о том, что будет дальше. Впервые казалось, что у них получится.

— У меня есть счета, которые надо свести. Но они не тухнут уже двадцать лет. — Ничто наклонился, чтобы продолжить свою яростную полировку. — Дождь крови можно пролить чуть позже.

— Что угодно, кроме снега, будет улучшением погоды, — сказал Джод. — Я поищу рейс на юг, в Каталию. Моя деревня называется Наджит, и в ее колодце самая вкусная вода в мире. — Он сцепил руки на груди и улыбнулся, как улыбался всегда, упоминая свою деревню. — Я собираюсь снова попить из того колодца.

— Может, я к тебе присоединюсь, — сказала Сумаэль. — Это не слишком далеко от моего пути.

— Пути куда? — спросил Ярви. Хотя они несколько месяцев спали рядом друг с другом, он едва знал о ней хоть что-то и понял, что хотел бы узнать. Она хмуро на него посмотрела, словно раздумывая, открывать ли дверь, которая так

давно заколочена, а потом пожала плечами.

— В Первый из Городов, наверное. Я там выросла. Мой отец был по-своему знаменит. Корабельный плотник императрицы. Его брат все еще… наверное. Надеюсь. Если он жив. За то время, пока меня не было, многое могло измениться.

Она замолчала и нахмурилась, глядя на огонь, и Ярви тоже, беспокоясь о том, что могло измениться в Торлби, пока его не было.

— Что ж, не буду отвергать твою компанию, — сказал Джод. — Тот, кто точно знает, куда направляется, может изрядно помочь в путешествии. Ну а ты, Анкран?

— На площади Ангальфа в Торлби есть лавка работорговца. — Анкран рычал слова в огонь, и тени играли на его костлявом лице. — Того, у которого меня купила Шадикширрам. Его зовут Йоверфелл. — Он вздрогнул, назвав это имя. Так же, как вздрагивал Ярви, думая об Одеме. — У него моя жена. У него мой сын. Мне нужно их вернуть.

— Как собираешься это сделать? — спросил Ральф.

— Найду способ. — Анкран сжал кулак и стал стучать им по колену, все сильнее и сильнее, пока это не стало болезненно. — Я должен.

Ярви прищурился, глядя через костер. Когда он впервые увидел Анкрана, он его возненавидел. Он его перехитрил, смотрел, как его избивали, и украл его место. Потом он смирился с ним, шел вместе с ним, принимал его милость. Стал доверять ему. А теперь обнаружил чувство, о котором не мог и подумать. Что он им восхищается.

Все, что делал Ярви, он делал ради себя. Свобода, месть, стул. Анкран все делал ради семьи.

— Я мог бы помочь, — сказал он.

Анкран резко взглянул на него.

— Ты?

— У меня есть… друзья в Торлби. Влиятельные друзья.

— Тот повар, у которого ты был подмастерьем? — фыркнул Ральф.

— Нет.

Ярви не знал, почему выбрал этот момент. Возможно, чем сильнее он привязывался к этой компании отбросов, тем тяжелее была его ложь. Возможно, какой-то остаток гордости в нем выжил и выбрал этот момент, чтобы засвербеть. Возможно, он думал, что Анкран все равно поймет правду. Или возможно он просто был дураком.

— Лаитлин, — сказал он. — Жена мертвого короля, Утрика.

Джод вздохнул, выдохнув пар, и завернулся в свой мех. Ральф даже не хихикнул.

— И кто ты Золотой Королеве Гетланда?

Ярви удалось говорить спокойно, хотя сердце внезапно сильно застучало.

— Ее младший сын.

После этого все замерли.

И в первую очередь Ярви, потому что он осознал, что мог оставаться поваренком и идти куда угодно. Тащиться за Ральфом, чтобы поприветствовать его жену, или за Ничто, к чему бы ни стремился его безумный разум. Пойти с Джодом, чтобы попить из того колодца в Каталии, или с Сумаэль, к чудесам Первого из Городов. Вдвоем, вместе…

Но теперь было некуда идти, кроме как к Черному Стулу. Разве что через Последнюю Дверь.

— Меня зовут не Йорв, а Ярви. И я законный король Гетланда.

Долгое время было тихо. Даже Ничто прекратил полировать и повернулся на своем камне, чтобы посмотреть своими лихорадочно-яркими глазами.

Анкран тихонько прочистил горло.

— Это объясняет, почему ты хреново готовишь.

— Ты ведь не шутишь, так? — спросила Сумаэль.

Ярви долго и пристально на нее посмотрел.