Полночь
Шрифт:
Раздался крик Пейзера – пронзительный, отчаянный. Он снова начал терять человеческие черты. Опять послышался хруст перестраиваемых костей, опять плавящаяся плоть с хлюпаньем принимала новую форму – дикая природа возрождалась на глазах; спустя некоторое время Пейзер вновь предстал перед ними в том образе, в котором они застали его, – в образе адского создания.
Создание, хоть и было адским, отличалось завидной силой и необычным, гармоничным в своем роде, телосложением. Хищная посадка большой головы была вроде бы неуклюжей по сравнению с человеческой, мощный загривок казался грубее человеческой шеи,
Они смотрели друг на друга и молчали.
Пейзер съежился на полу, втянув голову в плечи.
Шолник, продолжавший стоять в дверях, нарушил молчание:
– Господи, он – в ловушке.
Скорее всего Майкл Пейзер пал жертвой какого-то технологического сбоя, возникшего в процессе его обращения в Нового человека, но Ломену все казалось, что Пейзер просто не в силах преодолеть соблазн, скрывавшийся в образе дикого, не подвластного никому существа. Он хочет вернуться к самому себе, у него еще есть для этого возможности, но другое, более острое желание пересиливает, не пускает его наверх, тянет вниз – к примитивной, но возбуждающей животной жизни.
Пейзер поднял голову и посмотрел на Ломена, затем на Пенниуорфа, затем на Шолника и снова уставился на начальника полиции. Его поза уже не выражала отчаяния. Ужас и затравленность исчезли с лица. Казалось, его перекошенная пасть смеется над ними, глаза дикаря, пугающие и притягивающие одновременно, пронизывали их взглядом. Пейзер поднес руки к лицу, согнул свои длинные пальцы, когти клацнули друг о друга, он рассматривал их с изумлением, если звери могут изумляться.
– …охота, охота, охота, погоня, убивать, кровь, кровь, жажда, жажда…
– Как же, черт побери, мы сможем взять его живым, если он не собирается сдаваться? – голос Пенниуорфа звучал странно, он говорил тихо и невнятно.
Пейзер с отсутствующим видом почесал у себя внизу живота. Он снова скользнул взглядом по Уоткинсу, затем по окну, сквозь которое в комнату заглядывала ночь.
– Я чувствую… – Шолник не договорил. Пенниуорф также не мог связать двух слов:
– Если мы… ну, мы можем…
У Ломена все сильнее сжимало грудь. Что-то немыслимое творилось с горлом, он весь обливался потом.
Пейзер издал тонкий, воющий крик; такого крика Ломен никогда прежде не слышал. Это было выражение жажды, тоски по чему-то, но одновременно и вызов, бросаемый животным в ночь, утверждение своей силы и уверенности в своей хитрости и могуществе. Звук от этого крика должен был резать слух, но вместо этого Ломен испытывал то самое неизъяснимое чувство искушения, которое охватило его у дома Фостеров, когда он услышал вой трех «одержимых», доносящийся из ночной мглы.
До боли сжав челюсти, Ломен собрал все свои силы, чтобы и на этот раз устоять перед адским соблазном!
Пейзер вновь закричал, а затем принялся бормотать:
– Бежать, охотиться, свободен, свободен, жажда, со мной, идемг идем, жажда…
Ломен понял, что помимо его воли рука с револьвером опускается вниз. Теперь ствол был направлен не на Пейзера, а в пол.
– …бежим, бежим, свободны, жажда…
Из-за спины Ломена раздался судорожный, победный вздох облегчения.
Он обернулся и увидел Шолника – тот бросил на пол свою винтовку.
Лицо и руки его помощника начали слегка изменяться. Он сорвал с себя свой черный китель, отбросил его в сторону и разодрал на себе рубаху. Его щеки и скулы словно расплавились и потекли вперед, а брови ушли назад. Он превращался в зверя.Глава 53
Когда Гарри Талбот закончил свой рассказ о «призраках», Сэм снова склонился к телескопу. Он переместил его влево и остановился взглядом на пустыре, на котором Гарри в последний раз видел этих тварей.
Не то чтобы он искал там кого-то, нет, он вовсе не предполагал, что «призраки» вернутся на то же самое место и именно в то время, когда он туда смотрит. И конечно же, среди теней, в траве и кустарнике не осталось никаких следов их пребывания, никаких указаний на то, откуда они взялись и зачем появились здесь. Возможно, Сэм пытался просто привязать фантастический образ «призраков» к действительности, связать воедино в своей голове обезьяноподобных волков и этот пустырь, связать, чтобы представить их себе и понять, какую тактику избрать при столкновении с ними.
У Гарри было что добавить к сказанному. Как если бы они сидели у камина, слушая страшные истории, он рассказал им о том, что увидел в доме Симпсонов, о том, как Денвер Симпсон, док Фиц, Риз Дорн и Пол Готорн набросились на Эдду Симпсон, поволокли ее наверх и насильно сделали ей укол при помощи огромного шприца с золотистой жидкостью внутри.
Гарри показал Сэму, где находится дом Симпсонов. В этом доме к тому времени все было спокойно, свет погашен.
Тесса продолжала сидеть на кровати, поглаживая пса. Она включилась в разговор:
– Все это явно каким-то образом связано между собой: все эти «случайные» трагедии, этот укол, эти… «призраки».
– Да, это все взаимосвязано, – согласился Сэм. – А узел всех этих связей находится в компании «Новая волна».
Теперь была его очередь рассказывать. Он поведал им о том, что ему удалось обнаружить при работе с компьютером в полицейской машине.
– «Лунный ястреб»? – удивилась Тесса. – Обращения? В кого же они обращают этих людей?
– Не знаю.
– Не в… «призраков» же?
– Нет, я что-то не вижу в этом никакого смысла, а кроме того, по моим подсчетам, около двух тысяч человек в этом городе прошли… были обработаны, превращены черт знает в кого. Если этих «призраков» так много и они свободно бегают повсюду, то мы бы натыкались на них на каждом шагу, город был бы похож на огромный зоопарк для чудовищ из Диснейленда.
– Две тысячи! – воскликнул Гарри. – Это две трети всего населения.
– Остальных они предполагают обработать к полуночи, – добавил Сэм. – Через двадцать один час все будет закончено.
– Я догадываюсь, что и я буду в их числе? – спросил Гарри.
– Да. Я увидел вашу фамилию в их списках. Вы намечены к обращению в последней группе, в период от шести часов сегодняшнего вечера до полуночи. То есть до того момента, когда они придут за вами, остается четырнадцать с половиной часов.
– Голова идет кругом, – сказала Тесса.
– Да, – согласился Сэм. – Полное безумие.
– Неужели это происходит наяву? – спросил Гарри. – Если же это сон, то почему у меня на голове волосы дыбом встают?