Полис подонков
Шрифт:
– Почему Юлой? – подняв кверху брови, выразил так непревзойденное удивление отставной полицейский, разглядывая невероятно красивые очертания своей новой знакомой (они покинули глухой переулок и вышли на свет, поэтому такая возможность ему как раз и представилась).
Подрастающая особа также с нескрываемым интересом разглядывала стоявшего перед ней сейчас человека, ради которого ей пришлось рискнуть, без прикрас сказать, своей жизнью, – не говоря уже! – красотой; и хорошо еще, что обошлось только подбитой губой, где в этом плане, – к чести Лисиной, не обращавшей на такие, по ее мнению, «мелочи» никакого внимания, стоит заметить, что держалась она исключительно стойко – лишь, как и всякая представительница прекрасного пола, испытывая душевное негодование от наглости бессовестных личностей, покусившихся на самое святое – на неприкосновенность
– Потому что кручусь по жизни словно волчок, но если не нравится так, то можешь звать меня и Лисой – это потому, что я хитрая.
Здесь юная плутовка расплылась в своеобразной улыбке, где, чуть подкашивая правым глазом, своим выражением, действительно, стала похожей на рыжую пройдоху – представительницу животного мира. Далее, не испытывая какого-либо стеснения и не спуская с лица игривого выражения, она в свою очередь посчитала нужным осведомиться:
– Я себя назвала, а ты, дядя, чего никак не представишься: получается как-то невежливо?
– Да, да, извини, – спохватился мужчина, обычно не пускавший такие детали на самотек, – раз уж мы с тобой на такой «короткой ноге», то можешь обращаться ко мне запросто – Павел.
– Хорошо, Павел, я очень рада знакомству, – промолвила молодая прелестница и здесь, словно о чем-то таком значительном вспомнив, добавила: – Но постой, а отчество… отчество у тебя есть?
– Борисович, – ухмыльнулся полицейский в отставке, продолжая восхищаться странным образом возникшей знакомой, – но, судя по твоей бравости, – он не стал употреблять в этом случае «наглости», – оно тебе не понадобиться, – и тут же, уже считая, что разговор, проводимый вблизи недавних «горячих» событий, несколько затянулся, добавил: – Ты сейчас куда, а то, мне кажется, мы здесь как-то сейчас не на месте?
– Я, Борисыч, – почему-то отчество красавице полюбилось намного больше, – направлюсь по личному делу, которое – в свете последних событий! – осталось у меня незаконченным, – просить денег у этого человека у нее почему-то не поворачивался язык, – ну, а захочешь меня найти – разыскивай в каком-нибудь казино; под каким псевдонимом искать – это ты теперь знаешь. А ты?
– Я отправлюсь домой, – не замедлил «отчитаться» отставной полицейский, все больше проникаясь душой к этой юной и где-то даже дерзкой особе, – я живу здесь в лесном массиве, неподалеку, правда, финансами сейчас особо не располагаю: поиздержался, поэтому такси нанять не смогу и придется идти пешком, – далеко? – знаю; но делать нечего – я человек закаленный. Ребятки же, кстати, – здесь он кивнул в пустоту переулка, – не дали мне слова сказать и объяснить им всю бесперспективность и бесполезность всей задуманной ими затеи, но они оказались какие-то глупые, скорее даже, лучше сказать, необдуманно жадные, – за это и поплатились. Так что, давай, что ли, прощаться, или тебя куда проводить?
– Нет, – кивнула подрастающая красотка в сторону отстоящего чуть в стороне играющего иллюминацией здания, – я уже на месте, и уверена – там со мной ничего не случится.
Павел посмотрел в сторону заведения, манящего к себе людей, по большей части уже больных «игроманией», и крикнул начавшей двигаться в направлении роскошного места девушке:
– Ты не боишься?
– Нет, – ответила юная бестия, лишь слегка обернувшись назад и исказившись игривой усмешкой, к удивлению бывшего полицейского, давно уже поставившего крест на своей личной жизни, заставившая тем самым стучать его сердце неестественно быстро, – я уже здесь привычная и, кроме всего прочего, имею необходимый мне опыт: с тринадцати лет обитаю на «улице».
***
Аронов еще несколько секунд смотрел вслед удалявшейся быстрым шагом красотки, после чего и сам отправился в единственно правильном направлении, ведущем к отчему дому. Лисина же, как и обещала, подошла к зданию казино и беспрепятственно – поскольку ее здесь уже давно знали и она своей дерзкой и вздорной натурой сумела заслужить определенную славу – прошла внутрь игорного заведения. Там ей оставалось только выбрать себе на этот вечер очередного клиента, что она с успехом и сделала, сразу определив, что одному пожилому мужчине потребуется в этот вечер сопровождающий.
Да, имея уже кой-какой совсем
даже не детский опыт, эта рано повзрослевшая девушка безошибочно научилась определять психологическое состояние, которому были подвержены люди, не ладившие в определенные моменты с фортуной. Как правило, такие «невезунчики» в такие периоды слишком перебирали со спиртными напитками, становясь легкой добычей для кишащих в Рос-Дилере темных личностей, если, конечно, при них чего-нибудь оставалось и они не спускали за один вечер все сбережения. И вот как раз за этим обстоятельством и следила внимательно юная бестия, выбиравшая себе следующего клиента, чтобы самой не «поработать» впустую и чтобы у него обязательно осталось то, чем можно было бы впоследствии поживиться.Таким образом, наметив себе потенциальную цель, она, как маленькая липучка, прилипла к одному очень азартному игроку, изрядно подвыпившему и, не зная счета, сорившему на игру в рулетку деньгами. Он оказался человеком, уже давно перешагнувшим отметку шестидесятилетнего возраста, явно был очень богат и имел при себе значительные финансы как в наличном эквиваленте, так и содержащиеся в электронном виде на картах. Касаясь его внешних данных, следует указать, что он был невысокого роста, достаточно худощав и выделялся кипучей энергией и невероятной для своих лет подвижностью; лицом представлялся смуглым, с обветренной кожей, где блестели яркие, серо-зеленые, казавшиеся чрезмерно живыми глаза, выпирал острый, словно клюв у ворона, нос и периодически расплывались в улыбке тонкие, выдающие своенравную надменнность, практически бесцветные губы; волосы являлись седыми и, зачесанные назад, совсем не скрывали средних размеров ушей, слегка топорщащихся в стороны от ровной, небольшой головы; одет он был в черный, отливающий блеском костюм, под белую, конечно, сорочку, уже запачканную спиртным, не содержащую галстука и распахнутую в месте воротника на две верхние пуговицы. Игрок этот представлялся невероятно азартным и, несмотря на выпитые в многочисленном количестве спиртные напитки, выглядел возбужденным, жаждущим выиграть. Вместе с тем, как уже сказано, удача в этот день явно была не на его стороне, и, потратив все свои наличные средства, он уже делал ставки, снимая деньги с кредитной карты, которых, следует уточнить, у него было с собой в количестве пяти штук, где две уже полностью «опустошились» и очередь плавно дошла до третьей. Именно в этот момент, когда он уже начал обналичивать электронные средства, заменив их на фишки, к нему и присоединилась восхитительная красотка, выглядевшая никак не на пятнадцать, а, как минимум, девятнадцать лет.
Сначала Юля ненавязчиво наблюдала за игрой этого человека, становясь к нему все ближе и ближе, пока наконец не оказалась от любителя пошвырять деньгами по правую руку. Неудивительно, что, обладая невероятно прекрасной внешностью, она тут же привлекла внимание выбранного для жертвы мужчины, а начав подзадоривать и страстно переживать за результат его ставок, еще и заручилась некоей благосклонностью, так необходимой для успешного завершения ее коварного замысла, позволившей ей «разжиться» небольшой частью фишек, в изобилии находившихся на столе перед ее новым знакомым.
– Меня зовут Виталий Семенович, – представился мужчина, передавая кареглазой красотке десяток кругленьких разноцветных предметов, – на вот, деточка, поиграй, может быть, тебе повезет, а то у меня сегодня какой-то полный провал: столько холостых «сбросов» и не одной ответной «отдачи».
– Спасибо, – кокетливо состроив глазки, промолвила очаровательная плутовка, – а меня можете звать Юлой – именно под таким именем здесь все меня знают.
Дальше пошли следующие стопки, заполненные дорогим коньяком, а также очередные ставки, где и Лисина, и пожилой человек полностью проигрались, и наставала очередь четвертой кредитной карты, но тут, видя уже изрядно пьяное состояние выбранного клиента, вмешалась опытная кареглазая бестия:
– Нет, Семеныч, – как оказалось, девушка предпочитала ко всем, кто старше ее, обращаться только по отчеству, – хватит на сегодня: ты уже изрядно потратился, постоянно проигрываешь и вряд ли сможешь уже отыграться, – сегодня день явно не твой! – а еще ты очень набрался и не отдаешь отчет своим действиям. Мне кажется, завтра ты будешь обо всем этом жалеть, поэтому, позволь, я провожу тебя до твоей квартиры, – за определенную плату конечно! – чтобы ты вконец не «опустошился», а главное, чтобы тебя не ограбили какие-нибудь ушлые таксисты либо простые бомжи, промышляющие наряду с профессиональными «гопниками».