Подопечный
Шрифт:
Знаете откуда у людей берутся ночные кошмары? Я подумал и пришел к следующему выводу. Планета, населенная преимущественно нечистой силой, выделяет неимоверно огромное количество энергии. Она расходиться кругами, достигает в какой-то точке Земли и уже там генерируется в умах людей. Может быть я и не прав. Но кто объяснит лучше?
— Мустафа, хочешь расскажу тебе о том, с чем придется нам в дальнейшем столкнуться?
Ангел отозвался на вопрос совершенно неадекватно.
— На черта мне это надо?
— Нет уж, слушай. Чтобы потом не переспрашивать, в какую сторону ноги делать… Про теков ты наслышан.
— Ну да. Привидения там. Лешие, русалки.
— Ничего подобного в этом мире ты не встретишь. Здесь все по другому.
Я подал знак остановиться.
— Существуют только два правила, придерживаться которых здесь просто необходимо.
— Интересно, какие же?— Мустафе мои байки были до фени. Слушал он в пол уха, а все больше глазел на Зинку. Я всегда говорил, что любовь до добра не доводит.
— Запоминай, Мустафа. Первое правило… пригнись, быстро!
Толи коленки у ангела подрагивали, толи еще что-то, но команду он выполнил не слишком ретиво. Ему просто повезло, что я чую всякую гадость на расстоянии пятидесяти шагов.
Черная тень проскользнула сквозь деревья, лихо спланировала на макушку Мустафы, железные челюсти лязгнули по роскошным волосам ангела, отхватила добрый кусок и приготовилось повторить попытку.
Я терпеливо ждал, пока Мустафа не лишиться своего конского хвоста, одним движением руки остановил нападающего, заклинанием Чрева заключил его в подобие мыльного пузыря и плавно опустил все сооружение на землю.
Мустафа испуганно озирался, хватаясь то за лишенную растительности голову, то за меч, притороченный к спине и пытался что-то сказать. Успокаивался он минут пять. После чего на карачках подполз к заключенному в прозрачную сферу существу, потыкал пальцами в оболочку и только после этого приобрел дар речи.
— Это кто? Зачем? Ну ни фига себе!
Зинаида подошла почти вплотную, существо бросилось на нее, только острые, словно лезвия клыки проскользили по пузырю.
— Это черемыш темный.
— Совершенно верно, — похвалили я девушку, — Самый натуральный черемыш. Да подымись, ты, ничего он тебе не сделает.
Мустафа неохотно поднялся, но больше приближаться ближе к беснующемуся в прозрачной клетке зверю наотрез отказался.
— Сделает, не сделает, а без волос оставил.
— Я ж тебе говорил про правило первое. Всегда делай то, что говорит Странник.
Существо продолжало бесноваться, из открытой пасти доносились неясные звуки, приглушенные стенками сферы.
— Если хочешь остаться в живых, то ты должен знать про всех все. Черемыш темный. На земле больше известен как черт. Другое название черт-лысый. Посмотри на его череп, ни единого волоска. Как и у тебя сейчас. Ведет одиночный образ жизни. Очень редко объединяется в небольшие стаи, и то, на период спаривания. Весьма развит интеллектуально. Силен. Основной способ нападения — сверху. Отхватывает голову напрочь и только потом поедает жертву. Практически
трудно убиваем. Не кожа, а броня. Прекрасно летает. Может выпустим?Внимательно слушавший ангел отпрянул.
— Не, не стоит. А он не вырвется.
— Не вырвется. Вопросы есть? Нет? Тогда двинулись дальше. И по сторонам посматривайте. Бывает, что подлецы парами летают.
Ну это то я соврал. Черемши не терпят себе подобных. Точно так же как и не подобных. Но Мустафа должен быть постоянно начеку. Я не всегда смогу предупредить его об опасности.
— А что, мы его так и оставим в шарике?
Зинаида успела первой:
— А ты что о нем заботишься? Он тебе чуть до костей кожу не слизал, а ты? Ничего с ним плохого не случиться. Шар его просто переварит. И все.
— Скушает то есть?
— Ты догадлив, Мус, — и уже обращаясь неизвестно к кому, — А я столько энергии сожгла, создавая эти волосы.
Мустафа еще немного постоял, посмотрел на черта, а потом догнал меня и сквозь зубы проскрежетал:
— А ведь ты, Странник, браконьер порядочный!
И смехом ему был ответ.
Остаточный путь до конечной цели нашего небольшого путешествия не изобиловал приключениями. Я терпеливо рассказывал Мустафе про местную флору и фауну. Изредка роль педагога брала на себя Зинка, но я старался пресекать подобные попытки. После двух-трех информационных фраз, разговор незаметно перетекал в попытки поднять боевой дух ангела. Типа:
— А как ты на него прыгнул! Ох, ах! Как заблестели твои глаза! Ах, ох! — тьфу на влюбчивые компьютеры.
— Ребята, заканчивайте болтать. Конечная.
Мы находились на краю леса. Дальше располагалась ровная, ничем не защищенная местность. Как на ладони. А вдалеке виднелся город.
— Кажется это Таброс? — я все еще не полностью доверял тем знаниям, которые прыгали у меня под черепной коробкой. Хотя случай с черемшой заставил меня взглянуть на себя с новой позиции. Да что там говорить! Я был горд.
— Совершенно верно, Странник, — отозвалась Зина, — Таброс. Мы собираемся войти в него?
— Э?! Не было такого уговора, — Мустафа, — Ты сам говорил, что мы не собираемся воевать с теками. Их много, нас мало. Пойдемте своей дорогой.
Даже Зинаида не выдержала.
— Мус, заткнись. Пойми одно. Здесь, в этом мире, не выживешь ни ты, ни я. Только держась рядом со Странником мы можем быть спокойны.
— Да кто он такой, этот Странник, — ангел подскочил ко мне и уперся здоровенной грудью в меня, — Что вы все заладили, Странник, Странник! Оборванец ты. Из деревни. Подопечный мой. И все.
Я устал. С некоторых пор ангел стал действовать мне на нервы. Нет, я не был против его выходок, но его полное непонимание ситуации раздражало меня.
— Зинаида, объясни этому бестолочи со всей страстью женской логики все, что он не понимает.
Девушка подхватила сопротивляющегося ангела под руку, усадила на кочку и терпеливо, словно мамаша непутевому сыну принялась объяснять :
— Вот ты спрашиваешь, кто такой Странник?
— Убийца он, — заверещал Мустафа, — Все про него знаю. Сам ему эту сказку нашептал. Охотничек! А ты тоже хороша. Хозяин то, Хозяин сё! Равноправие у нас. Полное. И не сметь меня дергать за руку. Думаешь если создала это тело, так теперь можно руками щипать? Не сметь, я говорю!