Чтение онлайн

Дерек подошёл к советникам.

— Что думаешь? — обратился он к купцу.

— Передовой отряд, — сплюнул Ильм. — Бараны на убой. Две дюжины без трети. Основные силы должны сейчас на лошадях на дороге стоять — чтоб доскакать, когда вампиры испепелятся. И неважно, знают ли они о ликвидации наводчиков. Вампиры нас так или иначе потрепать должны, наших шестеро раненых, один сильно, остальные кровят — этим скотам, видать, приказ был дан любой ценой хоть кого из обоза ранить.

Они перевязали своих, уложили под повозки и завесили сверху шкурами. Разобрали три телеги и закрыли доступ под кибитки со всех сторон, поставив вокруг лошадей.

— Терпите, ребята, — рыкнул Корум, —

кинжалы у вас серебряные, а повозки — из осины, должно обойтись. Арбалет за спину мне закинь, — обратился он к охраннику. — И колчан не забудь.

Пёс с арбалетом за спиной исчез в лесу, и Хант скомандовал:

— Окружаем раненых. Залп по команде. Если вампиров больше дюжины — второй. Не забудьте — дайте им присосаться. Как обычно. Дерек, ты ждёшь за повозками: как ребята выстрелят — сразу выскакивай и руби. Тебя не заденут. Погано, что до рассвета далеко… ладно, выкрутимся.

Он взял колчан, вручил Хельму стрелы с серебряными наконечниками, и советники с охраной вновь растворились среди деревьев. Дерек остался за повозками вместе с возницами. Вскоре опять донёсся знакомый вой.

Они налетели внезапно: ветер, хлопанье крыльев, и — раненых накрыл сгусток тьмы. Секунд через пятнадцать послышался свист, вслед за ним ударил арбалетный залп. Дерек перескочил через повозку и бросился к вампирам. Твари полностью обезумели от вида крови — расчленить их на мелкие куски труда не составило. Из почти дюжины кровососов оторваться от горла раненого разбойника и оказать сопротивление смог только один. Ещё семерых поразили арбалетные болты. Дерек осмотрелся и принялся за разбойников — один уже начал отращивать клыки и крылья.

Небо постепенно светлело — солнце ещё не показалось, но мрак уже исчез. Дерек лег на дорогу, приложил ухо к земле. Их не десяток, больше. И лошади тяжёлые. И едут со стороны города. И рассчитали точно к восходу солнца.

— Корум! — крикнул Дерек — из всех оборотней тот нравился ему больше всего. — Ты уверен, что впереди — именно разбойники?

Оборотень принюхался. И взвыл — коротко, злобно, двумя длинными низкими и одним коротким высоким воющим переливом.

— Дружина! — раздался крик. — Из Путаря! В лес, ребята!

Все врассыпную кинулись в чащу, вытащив раненых из-под телег и помогая им уйти. Пленных же развязали, и те поползли и поковыляли к обочинам, прихрамывая на затёкшие ноги. А Дерек бросился к единорогу. Цалеар стоял в овраге — живой и невредимый. Напротив него лежало шесть трупов, причём первым, похоже, был маг нападающих — у Дерека не было времени разбираться. Он отвязал жеребца, закрыл крышку кожуха и вывел на дорогу. Только бы Цалеар не насытился. Только бы он не наелся.

Дерек вскочил на вороного и встал посреди дороги.

— Владыка, я с тобой! — подлетел к нему тайный советник. — Позволь быть рядом!

— Владыка… — Вот уж кого Дерек не ожидал увидеть, так это господина Ханта. Хотя с телепортационным амулетом на шее, или где там ещё, смелым быть легко. — …Не надо ему рядом, он стреляет прекрасно, ты встреть их на дороге, а мы выстрелим с деревьев, только щит возьми. Мы тебя прикроем, а ты… ну заодно и проявишь себя как владыка, они ж пристрелят или зарубят любого — против городской дружины в доспехах купеческая охрана не выстоит… и потрепали нас всё-таки. Мои ребята распределят дружинников между собой — дождись выстрелов, владыка, а потом атакуй.

И купец протянул ему позолоченный щит — такой же парадный, как упряжь или кубок.

— Хорошо, — кивнул Дерек, — Хельм, от тебя одного рядом толку никакого, целься лучше. И не особо высовывайтесь из-за деревьев — Цалеар не различает, где свой, где чужой.

Советники

забрали из кибиток все болты и арбалеты и исчезли в лесу. Дерек остался посреди дороги верхом на Цалеаре. Хотелось надеяться, что птиц единорог убивает не случайно и найдёт брешь в броне дружинников.

Взошло солнце. Лёгкий ветерок принёс хлопья пепла на копыта чёрной лошади. Пепел, улыбнулся Дерек, его здесь почти нет, он не запорошит глаза и не забьётся в нос… Пепел стелется по земле, и можно на мгновение забыться и представить, что ты — дома… Пепел… как напоминание того, что воевода не знал поражений… И он не будет их знать.

Дружина показалась на дороге, чернея силуэтами в лучах солнца, восходящего за их спинами. Сражаться против света неудобно. Зато его парадные шлем и щит должны сиять, подтверждая звание светлого владыки.

Закованных в броню воинов было около двадцати, ехали они по четверо в ряд, значит — две дюжины, как принято здесь. Дружинники не остановились, не замедлили ход — взяли копья наперевес и ринулись на Дерека. Переговоров не будет, понял воевода. Это действительно дружина из Путаря, и свидетели и выкуп им не нужны. Сомнительно, чтобы они не чуяли стрелков за деревьями, но страха не проявляли.

Когда всадники были в двадцати шагах от Дерека, ударил арбалетный залп с деревьев. Охрана господина Ханта не подвела: болты выкосили первый ряд лошадей, несмотря на закрывающую тех броню, и уложили трёх коней во втором ряду. Двое не успели свернуть и рухнули на землю, споткнувшись о товарищей. Остальные пустили лошадей вбок, объезжая упавших. Дерек выждал еще несколько секунд, рванул на себя прут, откидывающий крышку кубка, и выхватил меч.

Цалеар не подвёл: лошади нападающих начали замедляться и падать — одновременно. Единорог не тянул жизнь из кого-то одного: он медленно истощал сразу всех, кто попадал в поле его зрения.

Споткнулся первый жеребец: рыцарь ещё не понял, что произошло, ему казалось — конь зацепился за подстреленную лошадь, а его собственная уже не дышала. Единорог высосал следующих, предпоследний ряд осадил коней, и тут по нападающим ударил ещё один арбалетный залп. Оставшиеся всадники спешились и спрятались за щитами, встав в круг и закрыв собой двоих — скорее всего князя и мага. Дерек пустил единорога вперёд, но жеребец насытился — видимого вреда нападающим он не наносил. Владыка опустил крышку — неизвестно, как быстро проголодается единорог, а в бою некогда думать как бы не задеть своих.

Дерек ринулся на первых дружинников, рассчитывая лишь попробовать мечом крепость их щитов и копий. Но наконечники копий полетели на землю, срезанные подчистую, щит же первого воина распался на две половины, а вместе с ним упала и отсеченная рука. Дерек даже не понял, как успел остановить клинок. Следующий удар надо рассчитать тщательнее.

Взмахнул мечом ещё раз — тот не встречал препятствий: рассекал щиты и людей за ними, как до того — алмаз. Дерек рубил, пытаясь загнать в память картину боя, чтобы проанализировать на досуге. Маг вскинул руку в боевом жесте — владыка безотчётно подставил клинок под удар, а сам отклонился — лезвие полыхнуло, поглотив шаровую молнию. Следующим взмахом он свалил мага и обезоружил находившегося рядом с ним — то ли князя, то ли рыцаря, командующего отрядом. С этим надо будет потолковать отнюдь не по-хорошему. Ударил князя щитом в лоб, надолго лишая возможности бежать и соображать, и повернулся к пытавшимся подняться воинам. Лезвие проникало сквозь латы и кольчуги так легко, словно это были миражи. Он добил последнего и дотронулся рукой до разрезанного вражеского нагрудника — стальной, и очень неплохого качества.