Чтение онлайн

Не дождавшись моего ответа, баргат продолжил:

— Ты можешь не скрывать, что оказалась здесь из-за брата. Это ясно как белый день, — Шаян сощурил глаза и нахмурил брови. — Нашла дракона, заявилась сюда, добилась обучения — и всё ради того, чтобы обеспечить Ромусу поддержку. В этих стенах ты первая с подобного рода мотивами.

Я молчала, впитывая каждое его слово и ожидая вердикта, к которому он вёл.

— Однако, Ребекка, ты скрываешь слишком много тайн. Одновременно яростно желаешь жить и в то же время молишь меня позволить тебе умереть. Это вызывает подозрения.

Горечь растекалась по языку. Так хотелось спросить:

«И что же ты сделаешь? Устроишь проверку или уже понял, кто я, но ждёшь подходящего момента?»

Но я не задала ни один из этих вопросов.

— Ты просила передать свой шанс брату, — продолжил Шаян. — Я расспросил наставников Лармара о Ромусе и о его успехах. Его физическое здоровье слабое, однако он обладает блестящим умом.

— Ромус всегда был очень способен к наукам, — подтвердила я.

— Ум такое же оружие, как и сила. Нам нужны такие люди. Поэтому я вношу поправку в наше соглашение: твой брат получит индивидуальное обучение согласно имеющимся у него предрасположенностям, а ты перестанешь растрачивать свои навыки на присмотр за ним. Моё распоряжение будет касаться всей продолжительности обучения Ромуса в Лармаре вне зависимости от того, кто будет здесь комендантом.

Что он только что сказал??

Моё сердце забилось сильнее, а мысли заметались в голове.

Баргат правда предлагал для Ромуса индивидуальное обучение, скорректированное под его слабое физическое здоровье?!

Он получит шанс выжить здесь, реализовать свои мечты и не скрываться после побега из академии всю оставшуюся жизнь?

Шаян предлагал мне то, о чём Ромус просил меня. О чём мечтал мой брат.

Но я знала, что за таким щедрым предложением последуют ответные условия, которые я должна буду выполнить. Смогу ли?

— Вы дадите Ромусу шанс, господин, но что в обмен?

Шаян хмыкнул. Усмешка коснулась его губ, обозначив ямочки на щеках.

— Ты сосредоточишься на прохождении испытаний и пройдёшь их всех за ближайшую неделю.

Что ж, это мне было по силам.

— В противном случае я выставлю тебя из академии, и твой брат будет проходить все то, что и другие кадеты его возраста. Без поблажек, — добил меня Шаян.

Эта фраза будто отвесила мне оплеуху, заставив вспомнить, с кем я сейчас говорю.

С верховным баргатом Шеррувии, верным псом Императора.

Воином, в сердце которого нет жалости.

— Разумеется, — резче, чем планировала, ответила я.

— И помни: в Лармаре нет кровных уз, — завершил разговор Шаян. — А теперь перейдём к тренировке, — он указал л на брошенное на полу оружие. — После неё ты отправишься в купальни и приведёшь себя в порядок. Вечером прибудет Император и, затерявшись в общей толпе кадетов второго курса в своей кожаной форме, ты будешь тиха, словно мышь, — его голос снова стал жёстким и властным. Будто момента, когда он разговаривал со мной относительно… мягко (?) не было и вовсе. — В свою комнату явишься до комендантского часа и утром придёшь ко мне в кабинет для занятий. Исполняй.

— Так точно, господин, — подтвердила я, вставая в боевую стойку.

Мы снова вернулись к нашим ролям баргата и ученицы. Вот только, сам того не предполагая, самый жестокий человек Империи даровал мне то, что до этого не мог ни один человек.

После этого разговора я почувствовала лучшее в мире ощущение: спокойствие. И впервые я могла сосредоточиться на себе, зная, что мой брат будет в порядке.

У

меня болело всё тело, когда я выползала из тренировочного зала. И мне уже было откровенно плевать на то, что сопровождающего меня Кая не было поблизости.

Честно — в глубине души я и ранее предполагала, что Шаян настолько зверь в тренировках. Но до конца надеялась, что это не окажется столь жестокой правдой. На практике же выяснилось, что в рейтинге моих мучений в Лармаре эта тренировка заняла почётное первое место.

Шаян был слишком силен, быстр и вынослив. А еще сдержан и собран, в отличие от меня.

Пока я ковыляла к купальне, я успела прочувствовать каждую мышцу своего тела. Да, выполнить поручение баргата «не высовываться» было крайне просто, ведь теперь я просто мечтала весь вечер провести в большом зале академии, слившись со стеной и не двигаясь.

У входа в купальни я услышала голоса, поэтому решила дождаться, пока оттуда выйдут кадеты. В памяти тут же всплыла фраза Шаяна, брошенная им при нашей первой встрече в Лармаре: «У Ше'ру одна купальня. Там ты тоже будешь просить всех отвернуться, чтобы ты могла искупаться без прожигающих взглядов изголодавшихся по женской ласке мужчин?».

Низкие мужские голоса стали громче и из купальни начали выходить высокие, сильные мужчины, мгновенно привлекая на себя моё внимание.

Все они были Ше’ру. В этом я уже не сомневалась — от каждого веяло невероятной силой, настолько, что меня вжало в камень стены.

С их мокрых волос стекала струйками вода на голый торс, очерчивая литые мускулы — все Ше’ру были лишь в одних кожаных штанах. Их глаза горели, и я могла поклясться: всех их в стенах Лармара я видела впервые.

Обе их руки овивали узоры татуировок, беря начало с ладоней. Моя, довольно бледная из-за неполной связи с драконом, смотрелась рядом с их татуировками весьма жалко.

От количества кубиков пресса у меня тут же задвоилось в глазах. Мои щёки стремительно вспыхнули.

— О, а что здесь за мышка такая прячется? — хмыкнул один из Ше’ру, опаляя меня жаром своих тёмных глаз и взъерошивая свои тёмные волосы.

После этого замечания все Ше’ру тут же обратили на меня внимание, а я словила себя на мысли о том, что хочу провалиться сквозь землю.

— Ребекка?! — я услышала удивлённый голос Кая. И следом он неожиданно возник рядом со мной. — Что ты здесь делаешь?

Рунфрид присвистнула у меня в голове. В этот раз я не стала выгонять её из своих мыслей, хотя и знала, что эта бесстыдная дракониха сейчас вместе со мной смотрела куда-то в районе мускулистой груди Кая.

«Вот дьявол, а он хорош…» — второй раз присвистнула Руна. — «Ты тогда была права: он чертовски привлекателен».

«Че-е-его?!» — у меня чуть было не отвисла челюсть от слов Руны. Она же дракониха!

«Не «чегокай». Очень сексуальный человекоподобный экземпляр».

— Так это та самая Ребекка, — расплылся в лукавой ухмылке тот, кто назвал меня «мышкой». — Как интересно…

— Гаяр, — очень вкрадчиво оборвал его Алакай, да таким ледяным тоном, что даже у меня по позвоночнику пробежался холодок. — Иди куда шёл.

— Не обращай на него внимания, Кай, — положил ему на плечо свою руку другой светловолосый Ше’ру. Алакай на данный жест никак не отреагировал. — Ты же знаешь характер Гаяра.