Плач Абалона
Шрифт:
Однако все удовольствие испортил подъехавший Тапвелл. Вежливо кивнув Кимбелин, он пристроился рядом, не говоря ни слова. Халь прожег овиссийца взглядом, всем своим видом показывая, что третий тут лишний, но тот и виду не подавал, что понимает намек. Ко всему прочему появился еще и Кеовульф. Выглядел он обеспокоенно, хотя тоже ничего не сказал.
Тапвелл потянул носом воздух и опять повторил то, что утверждал раньше:
– Определенно пахнет волками.
Халь уже было собирался сбить с овиссийца спесь, сказав, что это лишь его трусливая выдумка, но тут тоже почувствовал отчетливый
Кеовульф проверил оружие.
– Миледи, полагаю, нам следовало бы сопроводить вас поближе к середине колонны.
– Не стоит, мне хорошо и здесь, – возразила она. Рыцарь покачал головой.
– Нет, миледи. Вы можете оставаться в седле, однако должны на время переместиться вперед. Здесь для вас слишком опасно.
Принцесса молча уступила, в основном, как подозревал Халь, потому, что ей надоело общество Тапвелла.
– Лорд Халь, вы поедете со мною? – спросила Кимбелин, на что он, к ее радости, с любезной улыбкой и поклоном ответил:
– Следом за вами.
Сперва ему хотелось переброситься парой слов с Кеовульфом, а потом уже продолжать охоту за сердцем принцессы.
Кимбелин ускакала вперед, и Халь уже почти начал говорить, но осекся. Кеовульф смотрел на него весьма мрачно и неодобрительно.
– Полагаю себя обязанным предупредить, что неразумно…
– Запах! – перебил друга Халь, не желая выслушивать очередной реприманд по поводу своего поведения. – Тапвелл все говорит о волках, но это ведь что-то другое, да?
Кеовульф, не переставая хмуриться, покачал головой.
– Сначала я думал, что с наветренной стороны попросту какое-нибудь застоявшееся болото, но тогда мы бы его в конце концов проехали, и дело с концом. А запах нас как будто преследует.
– Может, вивьерна? – предположил Халь.
– Нет. Не вивьерна и не волки. Просто смерть. Пахнет смертью.
Глава 20
– За нами следят, – прошептал Абеляр. – Посмотрите на Папоротника – он весь дрожит и раздувает ноздри. Чувствует хищника, хотя сам этого уже не понимает.
– Охотники! – вздрогнул Каспар. Абеляр покачал головой.
– Нет, мы бы услышали их трубы. Папоротник успокоился, будто опасность миновала, и беглецы поспешили дальше. Они шли через лес, пока не стало слишком темно, а тогда укрылись в ложбинке, но, как ни устали, поспать смогли лишь урывками: по всему лесу кто-то стонал и выл, порой доносились крики неведомых зверей. Вот над деревьями разнеслось, будто гром, раскатистое рычание, и на долгую тягучую минуту все остальные звуки стихли. Дракон, в страхе подумал Каспар. Спустя несколько часов, еще до рассвета, путники заставили себя подняться и двинулись дальше. Ветви деревьев, тяжелые от листвы, густо переплетались между собою и свисали едва не до земли, так что приходилось подлезать под них и колоться о шипы кустарника. К тому времени, как поднялось солнце, щеки у Брид покрылись глубокими царапинами, из которых сочилась, не запекаясь, кровь.
– К концу пути от нас мало что останется, – заметил Абеляр, ковыляя на своих искалеченных ногах.
– Надо остановиться передохнуть, – тяжело дыша, выговорил
Каспар.– Нет, мы должны идти, – не согласилась Брид.
– У нас у всех в голове плывет от усталости, – настаивал юноша. – Надо остановиться. Посмотри на себя. Нужно время, чтобы подумать, а не то мы, в конце концов, будем ходить кругами.
Брид тревожно взглянула на кусочки голубого неба, проглядывавшие сквозь зелень листвы, и кивнула.
– Ты прав. Мы зашли слишком далеко к северу. Не удивительно, что устали уже несколько часов идем вверх. Будь мы дома, в той стороне находилось бы Ваалаканское плато. Впрочем, здесь все по-другому, я сбиваюсь.
Она рухнула на землю и принялась растирать ноги. Все, кроме Папоротника, сели рядом.
Абеляр взглянул на лёсика, нетерпеливо крутившегося на месте, потом на лук, висевший у Каспара за спиной.
– Я, наверное, четыре сотни лет не натягивал лука. Говорят, один раз научившись, никогда не забудешь.
Каспар не знал, так ли это. В Торра-Альте он тренировался каждодневно.
– Тетива запасная есть, Спар? – спросил его лучник.
– Конечно. И не одна.
– Хорошо. Хоть этот обычай в Торра-Альте не забыли, – усмехнулся Абеляр, хотя Каспар не понял, как тому удалось сохранить чувство юмора. Сам он от усталости не мог и улыбнуться. – А нож найдется? Я бы себе вырезал лук из тиса. Получится, конечно, не ахти, но это лучше, чем ничего.
Брид тут же принялась делать из остатков покрывала колчан, а Каспар поделился с лучником стрелами. Спустя некоторое время Абеляр решил, что из такого плохого дерева ничего более путного не выйдет.
– Стрелять, конечно, будет, но до торра-альтанского боевого лука ему далеко. И маловат, конечно, да уж ни чего не поделаешь иначе твоей тетивы не хватит.
Он повел затекшим плечом и, упершись ногой, согнул тисовую палку, чтобы натянуть на нее тетиву, по том, наконец, взял стрелу и наложил на лук. Тщательно прицелившись в бородавчатый нарост на коре кривого орешника меньше чем в тридцати шагах от них, Абеляр выстрелил и лишь чуть задел край мишени. С сожалением, покачав головой, старый солдат сказал:
– Я думал, получится лучше. Папоротник при виде луков пришел в ужас.
– Это же нечестно!
– Нечестно, – со смехом согласилась Брид. – Человек существо слабое, и чтобы убивать, использует палку с веревкой.
– Ты до сих пор думаешь по-оленьи, – проворчал Абеляр. – Олени глупые, а вот у человека есть мозги. Страшнее оружия не придумаешь. Правда, у тебя они еще маленькие.
Крошка лёсик вдруг застыл на месте, раздувая ноздри. Лучник схватил Каспара за руку и указал на него.
– За нами опять следят, Спар.
– Кто? – спросила Папоротника Брид. Тот испуганно потряс головой.
– Похоже на волков. Обходит сбоку, как волки, но пахнет по-другому. И он там один, ну, может, двое их.
– Почему раньше не сказал? – спросил Каспар.
– А ты что, сам не знаешь? – недоверчиво нахмурился лёсик. – Должен знать!
Все четверо невольно подались поближе друг к другу – Глядите, за боярышником – тропинка направо и просвет, – прошептала Брид. – Быстрее туда! Нам нужно больше пространства, чтобы защищаться.