Пирамида
Шрифт:
Мне подмигнул Квестор Земного Союза?!
Я быстро отвела взгляд, потому что это не могло быть правдой, лишь галлюцинацией на почве моего нервного перенапряжения. Когда затемнилось окно с великолепным видом на старый город, я поняла, что допрос начат.
— Итак, запись включена, ваша биометрия прошла проверку, можем приступать. Начнем с… Командор, начнем с вас. Сегодня я не буду джентльменом. — Расков не поднимал головы от электронного документа, усевшись прямо на подоконник. Казалось, что штатная процедура вызывает у него скуку и он совсем не горит желанием ее проводить, но в то же время документ он просматривал очень внимательно, взгляд его был цепким и сосредоточенным.
— Зачем вы уничтожили записи, командор?
Вадим Расков поднял глаза, и в них больше не было
Казнили бы за сговор и измену?
— Моя миссия была секретна и я не ожидал, что со мной свяжется представитель системы Аквариус. Я не мог отказать в помощи, но подставлять свою команду тоже не собирался. Нарушение протокола ведет к огромным последствиям, но там не учитывается человеческий фактор. Мой обман — это и есть человеческий фактор.
Расков кивнул, помолчал какое-то время, разглядывая пол под ногами и продолжил допрос:
— Это как-то связано с тем, что вы питаете определенные чувства к майору Арве — вашему объекту наблюдения?
У меня пересохло во рту. Я знала, вернее, узнала уже на корабле командора, что они вели тайное наблюдение, но я думала за основной планетой Сехрум, а не за мной. Помощь Рю, моя навязанная должность помощника, эти намеки — все обретало больший смысл.
— Напрямую, — не менее спокойно ответил Вархаммер. — Я подал прошение о разрешении на брак.
Перед глазами потемнело, но я быстро взяла себя в руки. Как удобно, Эрик! Тут тебе и получение баллов за налаживание контакта, и мое уважение за наше спасение, и возможность по-тихому максимально меня обездвижить, чтобы я и голову повернуть в сторону Рю не могла.
Как же мне сейчас хотелось что-нибудь разбить или сломать. А лучше всего швырнуть это прошение на брак тебе в лицо. По внутреннему регламенту для высокопоставленных земных чинов еще лет десять назад ввели такую процедуру в целях сохранения генофонда — они могли сами выбирать себе партнеров для брака и отказ второго рассматривался в судебном порядке и только при наличии очень веской причины. А ее у меня не было. Но ведь Вархаммер сам. Сам! Предлагал Рю представить нас истинной парой. Я теряла нить логики, но понимала, что где-то Эрик меня обманул, или не только меня…
— Майор Арве, вы расстроены?
Я дернулась от вопроса, совершенно не ожидая, что Расков так легко перейдет к моей персоне. Что ж, по степени напряжения это был действительно допрос, хотя квестор не пытался давить так, как мог.
— Я считаю, командор Вархаммер забыл, что я уже являюсь невестой Рю из Дома Ура.
Расков смахнул на электронном листе информацию, открывая новую страницу, внимательно прочитал что-то в файле и холодно улыбнулся.
— «Элия Арве являлась моей заложницей из-за личных целей», — процитировал квестор слова Рю. Слова были жесткие и сухие, но в них я слышал заботу обо мне, о моем будущем, попытку защитить, и так, возможно, было бы, если бы Вархаммер не сделал свой ход. Что-то я теперь сомневалась, что идея с такой «удачной» для него позицией Рю была выбором акварианца.
— Эти слова ложь, майор Арве?
— Нет. Это правда, но не вся. Нас связывают эмоциональные отношения, — уверенно заявила я и посмотрела на потолок, следом за Расковым, который почему-то не смотрел на меня, а что-то рассматривал наверху. Мысль моя улетучилась, когда я увидела изображение Рю через голопроектор.
Все это время в кабинете нас было четверо!
— Господин Рю, — уже ничего не скрывая, проговорил Расков. — Как видите, майор настаивает, а ваша биометрия всегда колеблется при упоминании имени или взгляде на Элию Арве. Как и у командора Вархаммера. Эти сигналы слишком очевидны. Я обязан зафиксировать ваш тесный контакт в целях безопасности и для протокола собрания по вопросу Акварианского взаимодействия. Если вы будете отрицать данный факт, то мне придется выдвигать от своего подразделения вотум недоверия вашей делегации. Вы этого добиваетесь? — голос квестора стал жестким, никакого
снисхождения, настоящая карательная сила.Голограмма пошла рябью, потом сигнал выровнялся и Рю ответил:
— Нет, отрицать контакт я не буду. Я лишь хочу, чтобы Элия Арве была в безопасности. Если это сможет гарантировать мне только командор Вархаммер, значит, я поддержу его прошение, тем самым доказав, что мой эмоциональный фон не влияет на принятые решения, Расков — рубум, — сказав это, Рю отключился.
В кабинете повисла тишина.
Его фон, может, и не влиял на принятые решения и он с легкостью мог принимать решения за других, за тех, кого сейчас немилосердно трясло, как меня, но от такой заботы мне хотелось выть!
Когда Расков закончил с нами, он выдал специальные пропуска и сообщил, что завтра нас будут ждать на генетической проверке, а затем на дипломатическом консилиуме. Уже в коридоре я впервые позволила себе такую вольность — схватила командора за предплечье и дернула в нишу с большим панорамным окном. Здесь была зона отдыха с мягкими креслами, голонетом и бесплатной водой, а еще ниша оказалась совершенно пустой.
— Командор Вархаммер, я старалась быть вежливой с вами, я терпела ваш тяжелый характер, понимая, какую нагрузку вы несете, но прошение! Скажите мне прямо: это вы предложили Рю изменить сценарий? — Внутри меня все клокотало от еле сдерживаемой злости, которую я всю выразила в болезненной хватке на руке Молотка.
— Элия, вы можете звать меня Эрик, — спокойно ответил командор и медленно отцепил мои пальцы, а затем сразу поцеловал. Я выдернула руку и прижала к груди, сжимая в кулак.
— Не могу и не буду, командор. Мы не возлюбленные, не друзья и не коллеги. Я ваш ассистент, вы — мой начальник. Между нами есть устное соглашение, что я помогу вам, но и вы дали обещание — отпустить меня. А теперь играетесь со мной?
Взгляд Эрика стал серьезным, не привычно тяжелым, а каким-то иным. В нем всплыла боль и печаль. А еще злость, и совсем не меньшая, чем у меня.
— Элия, вы понимаете в каком положении находитесь? — начал жесткую отповедь Вархаммер. — Вас могут сослать на рудники, казнить, отдать Раскову на опыты. С вами могут сделать все что угодно! Потому что вы зависимы от Рю, от его удачного или нет сотрудничества с Земным Союзом. Почему, как вы думаете, акварианцы так долго не шли на контакт?
Я сглотнула, собираясь ответить, что не знаю этого напрямую, но Эрик не ждал моего ответа. Это была просто высказанная мысль.
— Они слабее в вопросах обороны, но не войны. Их технология камуфляжа превосходит нашу в десятки раз. Их кибернизация давно ушла вперед. Один только Сет чего стоит! Но за сотрудничество Рю придется что-то отдать, как и Земному Союзу. И каждая сторона знает, что неистово хочет другая, но проблема в том, что получив это, каждая из сторон становится опаснее в несколько раз. Да, я предлагал играть другую партию, не показывать слабость. Я даже был готов изменить отчеты, Элия. Я! Тот, кто стремился к месту Трибуна Земного Союза. И все ради твоей. Да, не смотри так на меня, твоей безопасности! Но Рю сам предложил другую партию, с другим исходом, я виноват только в том, что использовал его и твое положение.
— Я не люблю вас, Эрик. Я же не люблю вас, — уже не сдерживая слезы, я прохрипела в ответ, не в силах совладать с голосом. Мне было страшно, больно, обидно, невыносимо тяжело, что они оба страдали из-за меня. Как такое могло случится, что двое таких разных мужчин, растворились в чувстве ко мне?! Я всегда считала себя обычной, холодной, где-то слишком прямолинейной… и не способной любить. А теперь мое сердце разрывалось на атомы от эмоциональной бури.
— Я это прекрасно знаю, Элия, — его голос был полон скорби по мечтам, по желаниям, которые никогда не станут реальностью. В ушах зазвенело от перенапряжения. Я зажмурилась, и слезы брызнули из глаз, я схватила ртом воздух, но остановиться уже не могла — чужая боль накрыла меня с головой. Эрик притянул меня к себе и стал бережно гладить по спине. — А еще я ужасный человек, который никогда не упустит своего. На что я надеюсь? Ни на что, Элия. Но тебе придется дать согласие на брак, а я, как и обещал, отпущу тебя… в свое время.