Пирамида
Шрифт:
Стиснув кулаки, Генри откинулся на спинку сиденья. Кровавые ритуалы. Он даже не учел их возможность, но, принимая во внимание религиозные обряды инков, должен был учесть! Сэм и остальные студенты попали в дьявольские тиски: с одной стороны — инквизиция, с другой — затерянное племя инкских воинов...
Из окна было видно, как аббат показывает пилоту поднятый большой палец, а партизаны подкатывают к вертолету две запасные бочки горючего.
Прищурив глаза, Генри догадался, что, меняя план, аббат руководствуется вовсе не добротой душевной. Если Сэм с остальными погибнут, месторождение Sangre может потеряться
Корпум вертолета вздрогнул: запасные бочки с горючим заняли свое место. Аббат поспешил обратно в кабину.
Генри откинул голову назад, и из его горла вырвался сдавленный стон.
Время пошло — для всех них.
Мэгги следила за тем, как Сэм меряет комнату шагами, словно бык, ожидающий выхода на арену. Сэм сжал шляпу так, что побелели костяшки пальцев, и время от времени хлопал ею по бедру. Как только их одежду постирали и высушили, он сразу же переоделся в джинсы и жилетку. Мэгги догадывалась, что Сэм сделал это от досады и злости на инков.
Хотя девушка понимала его, они с Деналом остались в той же свободной одежде, не желая обидеть хозяев.
Весь день Сэм пытался уговорить шамана, чтобы их впустили в храм или вернули Нормана назад. Камапак отвечал одно и то же. Теперь Сэм и сам мог это перевести: «Нельзя». Понятия не имея, где скрыт священный храм, ребята не могли строить планов по спасению. Лесистая долина простиралась на тысячу акров. Студентам оставалось лишь уповать на милость инков.
— Я связался с Филиппом и описал ему наше положение, — задыхаясь, проговорил Сэм. — Но какой от него толк?
Мэгги шагнула вперед и, схватив его за руку, остановила бесцельное хождение.
— Успокойся, Сэм.
В его глазах застыло чувство вины и отчаяние.
— Это все из-за меня. Не надо было оставлять его одного. О чем я только думал?
— Они приняли нас в свое племя, со всей теплотой. Откуда ты мог знать?
Сэм покачал головой.
— Все равно нужно было подстраховаться. Сначала Ральф... теперь вот Норман. Если бы я только... если бы только...
— Что? — спросила Мэгги, крепко сжимая его руку. Девушке нужно было, чтобы он ее выслушал. Его самобичевание не приносило пользы никому. — Ну что бы ты сделал, Сэм? Если бы ты оказался рядом с Норманом, когда за ним явились инки, как бы ты, по-твоему, сумел их остановить? Любое сопротивление привело бы к тому, что перебили бы всех нас.
Сэм вздрогнул, его взгляд прояснился.
— Что же нам делать?
— Пользоваться мозгами, вот что делать. Надо хорошенько подумать. — Мэгги отпустила Сэма, надеясь, что теперь он ее выслушает. — Во-первых, по-моему, они вовсе не собираются причинять нам вред. Норман ранен, поэтому его и забрали в храм. Мы все здоровы.
— Возможно... — Сэм посмотрел на Денала. Стоя возле камышовой циновки, тот выглядывал на улицу. Сэм понизил голос. — Но как насчет него? Они забирают туда и детей.
— Денал не ребенок. Для инков он уже взрослый. Вряд ли ему грозит опасность.
Но ты замечала, как они на него смотрят, когда он проходит мимо? Как будто с любопытством и смущением.
Мэгги кивнула. «И еще с опаской», — молча добавила она. Но ей не хотелось
расстраивать Сэма еще больше.Денал бросил с порога:
— Сюда идут.
Мэгги тоже услышала, как кто-то, не таясь, приближается. За стенами их укрытия звенели взволнованные голоса. Некоторые пели.
Сэм подошел к Деналу.
— Что там творится?
Мальчик пожал плечами, но Мэгги заметила, как его пальцы, придерживавшие камышовую циновку, задрожали. Сэм обнял его одной рукой за плечо, а в другую взял винчестер. Вооружившись, он отодвинул циновку и шагнул за порог с готовностью принять бой.
Мэгги поспешила к товарищам, не желая, чтобы Сэм сгоряча наломал дров.
Солнце совсем ушло за горизонт. Пока они думали о спасении Нормана, на деревню опустилась ночь. Повсюду зажигались яркие, словно звезды, факелы, а сверху светила полная луна.
Соседняя площадь постепенно наполнялась инками. Некоторые несли факелы, другие высекали искры, ударяя кусочками кремня. Послышалась ритмичная барабанная дробь, и стайка женщин принялась танцевать. В середине площади внезапно вспыхнул костер.
— Опять праздник, — заметила Мэгги.
К ним приблизился инка с кремнями и, белозубо улыбаясь, застучал ими в такт барабанам. К хору присоединились флейты и трубы.
— Такое впечатление, будто у этих ублюдков День независимости, — буркнул Сэм.
— Смахивает на вечеринку, — согласилась Мэгги. — Но по какому поводу?
Увидев лицо Сэма, она пожалела о своем вопросе. Мэгги подошла к юноше, догадываясь, о чем он думает. Она тоже изучала культуру инков. Кровавый ритуал всегда сопровождался у них деревенским праздником. Жертвоприношение считалось радостным событием.
— Мы ведь не знаем, имеет ли это какое-нибудь отношение к Норману, — сказала Мэгги.
— Вот именно, — проворчал Сэм.
Жавшийся к порогу Денал вдруг рванулся вперед.
— Смотрите! — сказал он, показывая рукой.
Входившие на площадь расступились, пропуская одинокую фигуру, одетую в темно-коричневую рубаху и черную накидку, наброшенную на одно плечо. Казалось, человек пребывает в оцепенении: он шел слегка пошатываясь, словно пьяный.
Сэм недоуменно пролепетал:
— Норман?
Мэгги ухватила его за локоть.
— Пресвятая Дева, да это же он!
Переглянувшись, они кинулись к Норману. Вокруг полным ходом шло веселье. Музыка и пение стали громче. Друзья еще не добрались до Нормана, когда из толпы появился Камапак и преградил им дорогу. В свете факелов они увидели на его щеках и шее сеть татуировок: символы власти и изображения драконов с причудливым оперением.
Сэм вскинул было винтовку, однако Мэгги оттолкнула ее.
— Выслушай его.
Шаман торжественно заговорил. Денал переводил его слова:
— Боги ханан пача сочли вашего друга достойным. Теперь он айлью, родственник Верховного Инки.
— Верховного Инки? — переспросила Мэгги, все еще придерживая ствол винтовки. — Кто это?
Но шаман уже отвернулся, приглашая их присоединиться к Норману. Фотограф наконец заметил своих товарищей. Слабо помахав рукой, он заковылял к ним. Его лицо оставалось бледным, но уже не пепельным от болезни, а скорее побелевшим от какого-то сильного потрясения. Сэм поспешил к товарищу, а Мэгги с Деналом остались возле шамана.