Пик Гамлета
Шрифт:
– Алексей Алексеевич - я от своих манагеров новых клиентов уже полгода не видела. И не надеюсь. Я, знаете ли, занимаюсь в основном не манагерами, а... гм... скажем так - эффективностью бизнес-процессов. А новые клиенты будут, когда нефть будет по сто.
– Да при чем тут новые? Это ясно... Да, я их требую, но только потому, что иначе все вообще обнаглеют. А если требовать того, что невозможно - чувствуют себя виноватыми и хоть что-то делают... Я не про новых. Я про то, что работать не с кем. Старые манагеры, которые давно работают - мухлюют, научились. Берешь молодых - они вообще ничего не хотят, их мама-папа кормят. Уроды... Говоришь -
– он снова хмыкнул, - потерянное поколение, да...
– Я тоже росла при "нефть-по-сто", - сказала Ксанти, - а ведь работаю. И не только работаю. Еще и кручусь...
Собеседник снова хмыкнул, теперь уже одобрительно:
– Ну, ты у нас девочка уникальная... Сезон-то открыла?
– Байкерский?
– Да.
– Открыла. Недели две уже как.
– Слушай... ты это... ну, нормально ездишь? Только честно, без понтов?
– Я, Алексей Алексеевич, ездить училась. Реально, не за бумажку. Без понтов. И на треке, и на дороге... Нормально.
– А технику знаешь?
– Сразу точно не вспомню, но байков пятнадцать купила и продала. На всех ездила. А что?
– Старший опять стал долбать. Сезон, типа, настал и все такое. Короче, требует купить. Я его в прошлом году послал, но в этом обещал...
– Рост и вес.
– Ну... сто восемьдесят, наверное, пять. А весу под девяносто... отожрался...
– А с головой как? Я в смысле - гонять сразу не будет?
Собеседник снова хмыкнул - с не вполне определенным выражением:
– А хер его знает. Когда просит - он умный, примерный. А когда уже купишь - чего я, прослежу, что ли, за ним? Да они все гоняют...
– Купите чоппер кубиков на четыреста. Чтобы выглядел круто, а ехал потише... в смысле скорости. Звук можно настроить погромче. Чтобы компенсировать скорость...
Собеседник засмеялся:
– Чтобы компенсировать... Чоппер - это как "Харлей"?
– Ну да. Начинают обычно не с этого. Но на том, с чего начинают, чувак с таким ростом-весом будет, как на мопеде. Не смотрится. А самоуважение молодежи надо беречь.
– Ты сама-то на чем ездишь?
– На британском классическом антиквариате. Помните, какие "Ижи" были?
– Помню. На старье, что ли?
– Они и сейчас выпускаются. И как ни странно, даже лучше стали, чем раньше.
Собеседник усмехнулся с наигранным снисхождением:
– Я думал, ты крутая...
– Я была крутая. Лет несколько назад.
– Чего так?
Ксанти убрала из голоса блуждающую улыбку:
– Я испугалась. Когда привыкаешь к тому, что "двести" - это не быстро, значит - пора немедленно прекращать. Это значит, что какая-то фигня в голове научилась обманывать инстинкт самосохранения. Для меня это слишком сильный наркотик. Как будто в другой мир уходишь... тут слова подобрать сложно... Но так делать нельзя. Когда так ездишь - на самом деле не можешь все контролировать. Слишком много всего может случиться... Поэтому я просто продала свой тогдашний аппарат, и больше ничего такого не покупаю.
Она замолчала; собеседник тоже молчал - секунду, вторую - и она сказала:
– А насчет манагеров -
не беру я ни старых, ни молодых. Только тех, кто до этого не работал в торговле. Интеллигентных дам в возрасте за сорок. У меня почти все такие. Когда я купила "Длинный чулок", то очень скоро разогнала всех "эффективных менеджеров", и нашла неэффективных. Они лучше работают.– "Длинный чулок"?
Ксанти улыбнулась:
– Название моей компании в узком семейном кругу.
Собеседник хмыкнул - на сей раз с оттенком оценки в изданном звуке:
– Слушай... я все хотел спросить... Ты ведь у Саврвсовых фирму купила? Когда они развелись и разделились?
– У Андрея Семеныча. Его половину. Он в деревню уехал. Дом получил по наследству и землю. Говорил: если не уеду - с тоски сдохну.
– Я его иногда понимаю... А куда Саврасиха делась? Она, вроде, сейчас не работает.
– Я ее закрыла. Менеджеров нормальных переманила, клиентам хорошим поставляла со скидкой... стали мои. То, что у нее осталось, себя не окупало. Вот она и закрылась.
– Это деньги надо иметь - большим клиентам со скидками поставлять.
– Я у отца взяла. Наполеон говорил: Бог всегда на стороне большой армии. Отец дал под низкий процент. Банки так не дают.
– У отца - в долг под проценты?
– Отец не ворует. У него тоже бизнесы. Лишних денег нет, чтобы мне дать, брал из нелишних. И потом - они же все наши семейные, деньги-то - что его, что мои. Лаве должно давать доход. Брать просто так - себя обманывать.
– Позавидовать можно отцу твоему. "Деньги семейные"... Мои умеют только клянчить и тратить... Ладно, черт с ними...
– помолчал, усмехнулся, - это такому в английских университетах учат?
– Жизнь этому учит. Желание жить этому учит.
Он снова усмехнулся:
– Верно... Ты умная девочка. Особенная. Поэтому встречаться с тобой интересно. Просто за деньги таких не достанешь.
Она засмеялась:
– Так ведь все равно получается за деньги. За третью колонку...
– Нет. Не то. Сколько ты сейчас получила за свою третью? В смысле, сэкономила?
– Тридцать с чем-то... лень считать. Но все равно ведь не дешево.
– Да ладно тебе! Не дешево... Для шлюхи недешево. А для бизнеса... Могла бы сказать папе - подожди, мол, месяц с очередной выплатой. Не трахаться же мне с поставщиком за эту скидку!
Она усмехнулась:
– Я иногда думаю - в том-то и смысл, что за скидку. Самоутверждение бабское. Много дали. Нужно, не нужно - все равно приятно, что не задаром... А может...
Она замолчала.
– Чего - может?
– Игра в зависимость. Этого иногда хочется. Иногда очень хочется.
– Избалованная ты.
Она засмеялась:
– Почему?
– Потому, что ни от кого ты на самом деле не зависишь. Делаешь, что хочешь. Говоришь, что думаешь. Если баба зависит, она правду не говорит. Отец, наверное, нянчился с тобой, ни в чем не отказывал.
– Это да. Я всегда папина дочка была. А сестра старшая - мамина... А про зависимость... Мама в своей жизни дня не работала. Все деньги - отцовские. У нее - ноль. И семья ее - бедные советские интеллигенты. А счастливее ее я женщины не видала. Это, знаете, чувствуется. Она не думает, что от кого-то зависит. Она живет так, как для нее естественно.
– Для этого своего мужика любить надо, чтобы естественно было. А это не всем дано. Ни за деньги, ни без денег. Это талант довольно редкий.