Певчая
Шрифт:
– Это шелк? С ним вы тоже делаете эксперименты?
В этот раз он не отрывался от работы.
– Ты всегда задаешь так много вопросов?
– Ты бы на моем месте молчал?
К моему удивлению, Нат задумался над вопросом.
– Думаю, нет, - он отложил ручку, пытаясь проявить больше терпения, чем прошлой ночью. – Ладно, спрашивай.
– Для чего вам шелк? – спросила я.
– Мы растворяли немного в кислоте, когда изучали цвет. Но чаще он служит фоном для гравюр.
– Гравюр?
– Мы торгуем гравюрами. Ими и часами, если точнее.
– Это из-за Опустошения?
– Да, - Нат покрутил ручку. – После того, как тенегримы нашли виновников, часовщикам приказали закрыть магазины, боясь, что там будут мятежники. Всех, кого подозревали в связи с тем часовщиком, уводили на допрос. Этого мы избежали, ведь не имели с ними дел. Но даже если связи нет, нужно просить у Скаргрейва разрешения открыть заново дело. Доктор Пенебригг решил просто закрыть магазин и переехал сюда.
– Но он оставил часы, - сказала я, слушая их тиканье.
– Да. И он научил меня работать с ними. Но на хлеб нынче мы зарабатываем, в основном, гравюрами, - он что-то записал. – А теперь мне нужно работать.
Он работал над гравюрой? Я шагнула вперед и посмотрела на наклоненный стол с другого конца. Он писал на обычном листке бумаги, лежащем рядом с книгой. Было видно край обложки книги, и она была цвета темного мха.
– Книга из библиотеки? – догадалась я.
Ручка Ната замерла.
– А ты ничего не упускаешь, да?
– Что там? – я посмотрела на перевернутый текст. – Такое я читать не умею.
– Это на латыни.
– Зачем ты ее украл? – спросила я.
– Пока что слишком сложно объяснить, - Нат оторвал взгляд от работы и указал на дальний конец комнаты. – Я говорил, что на том столе еда? Я свою долю съел, как и доктор Пенебригг, так что ешь, сколько душе угодно.
Он пытался меня так отвлечь, я понимала. Но я проголодалась, так что решила пока что оставить расспросы. На столе среди стамесок, гвоздей, кусков металла я нашла корзинку с булочками и кусок сыра. Еда была хорошей, и когда я закончила с ней, я была готова снова слушать ответы Ната.
По пути к его столу я остановилась у сложного прибора, сделанного из медных трубок и стеклышек.
– Что это?
Нат бегло взглянул.
– Микроскоп.
Слово ничего мне не объяснило. Я склонилась ближе.
Теперь уже он посмотрел на меня.
– Осторожно! – предупредил он. – Его долго пришлось собирать.
– Ты его сделал? – я посмотрела на трубки с новым интересом. – Для чего он?
– Чтобы смотреть на мелкие вещи. Если все настроить, муха выглядит огромной, как овца.
Я была поражена.
– Но это невозможно.
– Так же невозможно, как твоя магия, - фыркнул Нат. – Но для этого требуются труд и терпение, а не пара спетых нот.
Он посмотрел на меня с презрением, и я отпрянула от силы его взгляда. Моя решимость спрашивать его рассеялась.
– Тебе не нравится магия? – сказала я. Нет смысла уходить от темы.
– Не нравится.
– Даже хорошая магия?
Нат пожал плечами.
–
Скаргрейв скажет тебе, что тенегримы – хорошая магия. Так для него и есть. В этом вся магия. Она позволяет нескольким людям нагонять страх на всех нас.– Значит, ты хотел бы, чтобы я никогда не появилась.
Он уклонился.
– Я этого не говорил.
– Ты ненавидишь магию, этого ответа мне хватило.
– Какая разница, ненавижу или нет? Нам нужна твоя магия. Я бы хотел другого, но этого варианта нет.
– И ты будешь зажимать нос и оставаться рядом, пока я полезна? – я скривилась. – Очень благородно с твоей стороны.
– Ты тоже участвуешь в сделке, - он скрестил руки. – Мы нужны тебе для безопасности.
– Безопасность? – я негодующе посмотрела на него. – Странно от тебя слышать. Ты бы расправился со мной как со шпионкой, если бы не доктор Пенебригг.
– Бред, - не поддавался Нат. – Я просто осторожничал. Если бы ты была шпионкой, и Скаргрейв узнал бы, что мы делаем…
Он замолчал и взял ручку.
Я шагнула к его столу, обойдя лодку и груду костей.
– Что ты делаешь?
– Не могу сказать, - он не смотрел на меня. – Пока что. Когда доктор Пенебригг вернется…
– И когда это будет? – спросила я. – Я думала, он уже должен быть здесь.
– Должен, - Нат посмотрел на ближайшие часы. – Он опаздывает. Не знаю, почему.
– Куда он пошел?
– Не могу сказать, - повторил он.
Меня охватил страх. Его арестовали? Или он оказался не другом?
– Ты не знаешь?
Нат упрямо покачал головой.
– Не могу сказать.
Я сжала кулаки. Сначала Норри, теперь это. Куда бы я ни пошла, люди пытались скрывать что-то от меня.
– Не люблю оставаться в неведении.
– Я тоже, - вдруг сказал Нат. – Терпеть не могу это.
Наши взгляды пересеклись, я ощутила искру, словно касание магии или начало песни.
Или это было мое воображение? Искра коснулась моей спины, а Нат отвел взгляд и заговорил все тем же холодным голосом.
– Я бы сказал больше, если бы мог. Но я не могу. Подожди доктора Пенебригга.
– Но…
– Я все сказал, - Нат склонился к работе. Но что-то беспокоило его. Его лицо покраснело, и я увидела, как он ослабил воротник.
Я заговорила и замолчала, потрясенная тем, что заметила, когда воротник опустился. Шрам на его горле был таким же белым, как моя метка Певчей.
– Привет, привет! – дверь распахнулась, и вошел Пенебригг, его щеки были розовыми от спешки в пути и волнения. – Вот ты где! – он улыбнулся мне. – Мы возьмем тебя с собой на встречу Невидимого колледжа сегодня. Что думаешь?
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
ЛУННЫЙ ШИПОВНИК
– Что такое Невидимый колледж? – спросила я.
– Не что, а кто, - Пенебригг сел у камина, его бархатная кепка съехала. – Мы – группа математиков, инженеров, философов и алхимиков, решивших свергнуть Скаргрейва. Не сказать, что мы достигли успехов. Но это наша цель.