Первый
Шрифт:
Мои друзья по воле случая тоже оказались в гостинице, которую я же им когда-то и советовал. Приехали после обеда, заселились в соседний корпус в единственный отменившийся накануне стандарт.
— Я смотрю — лицо знакомое! — восторженно делится Юлька. — Думаю, ну ладно, отдыхает себе девочка. Но то, что с тобо-ой… В жизни бы не подумала, Бакурин!
— Сюрприз, — развожу руками.
Подруга произносит слова без капли осуждения в голосе, затем переключается на Женю, заваливает её предложениями и вопросами.
С Алиной они давно не ладили и старались лишний раз не пересекаться. Думаю,
С Меркуловой Юля тоже предельно честна. Она такая всегда: открытая, активная. Боюсь, иногда чересчур.
— А что такое свинг? — чуть краснеет Женя.
— Блин, хватит, — обращаюсь к подруге, вклиниваясь в разговор. — Не развращай мне девушку.
Я и сам потом справлюсь.
— Прости, — Юлька кусает губы. — Просто поясню, никакой агитации.
Жека прижимается ко мне, пьёт коктейль из трубочки. Иногда оборачивается, чтобы спросить, не буду ли я против, если они с Юлей выйдут утром встречать рассвет, и какие у нас планы на завтрашний вечер. Против не буду. Планов никаких.
Телефонный звонок заставляет меня отвлечься от обсуждения. Я смотрю на экран, хмурюсь и тут же встаю из-за стола.
Быстрым шагом прохожу вдоль перил, направляюсь к более-менее тихому месту в заведении. Им оказывается выход на балкон в сторону моря.
Вдохнув прохладный солёный воздух, автоматически снимаю трубку. В деле о разводе остались формальности — всего лишь пережить срок, данный для примирения, но я никак не могу заставить себя игнорировать долбаные звонки Алины.
— Привет, — звучит сломленный голос пока ещё жены. — Мне сказали, что ты уехал. Надолго?
— Не имею понятия. У тебя что-то срочное?
В динамике тихо. Музыка на заднем фоне тоже как будто встаёт на паузу.
— Андрей, возвращайся. Я так больше не могу.
В последнее время наши отношения напоминают крутые, но тошнотворные качели. Алина то угрожает, что отожмёт у меня всё до последней копейки, то приезжает в общую квартиру и, пока там никого нет, устраивает полнейший хаос. Всё это сопровождается скандалами и слезами.
Я смотрю на правую руку и впервые за долгое время ощущаю лёгкость из-за того, что на безымянном пальце нет обручального кольца. Как будто ему там больше не место.
— Я беременна, Андрей, — произносит Аля на одном выдохе. — И мне очень-очень страшно.
— Прекращай. Это пиздец как дёшево.
В попытке удержаться за последний шанс пока ещё жена знатно перебарщивает. Причем не в первый раз. В ход идут изощрённые манипуляции. Она уже заявляла, что покончит с собой. Затем, что уничтожит любую, кто будет рядом со мной.
— Это ты прекращай! — истерично взвизгивает. — Мы ссорились миллион раз, а потом всегда-всегда мирились!
— В миллион первый уже не
прокатит, Аль. Я занят. Если есть что сказать по делу — говори. Если нет, я вынужден отключиться.Сжав телефон до хруста, впервые жалею, что не курю, а алкоголь, как назло, выветрился из крови.
Отец предупреждал, что с Алиной у меня не выйдет ничего толкового. Чётко видел её пренебрежение к моей профессии и подмечал многое из того, чего не видел я. Он всегда говорил, что мужчина не умеет вырабатывать счастье и может получать его только от женщины, от её любви, уважения, признания его заслуг и достоинств.
Пап, ты был прав. Доволен? Но кто тебя слушал, да?
Я залип после первого знакомства. Так сильно, что сам себе удивлялся. После нескольких свиданий уже определённо знал, что Алина рано или поздно станет моей женой.
— Мне плохо, — звучит родной голос в динамике. — А ещё больно и одиноко, Андрей.
— Позвони Фролову. Вы уже вышли из режима онлайн в оффлайн?
Я слышу довольный смешок.
— Ты ревнуешь, а значит, всё ещё любишь.
— Ну и на хуй мне нужна такая любовь? — взрываюсь в ответ. — Что в ней хорошего? Ты едва не плясала от радости после ДТП, а мне всего лишь требовалась твоя поддержка. Так ведь должны вести себя, когда любят? Или я ошибаюсь?
В динамике снова тишина. Звенящая, раздражающая. Я продолжаю:
— … вела интимные переписки с моим другом, светила гениталиями на всю сеть. Ты читала, что писали о нас? Шлюха и рогоносец. Заебательская пара!
Алина не сразу отвечает, мешкает.
— Знаешь, я всегда была уверена в твоей верности, несмотря на частые командировки. Теперь же сгораю от мысли, что мой муж трахает каких-то посторонних девок. Как ты себя при этом чувствуешь? Сравниваешь? Меня представляешь? Это всего лишь месть с твоей стороны. И, должна признать, достаточно жестокая.
Я не спешу отрицать. Может, и месть — потом разберусь.
— Адекватного диалога у нас не выйдет, Аль. Когда трахаю другую — возможно, в чём-то сравниваю. Но тебя не представляю, извини.
Завершив вызов, прячу телефон в карман. Не успев выдохнуть после утомительного разговора, чувствую, как кто-то обнимает меня со спины. Судя по ненавязчивому сладкому аромату, который мгновенно проникает в ноздри — Жека.
Оборачиваюсь, притягиваю её к себе и обхватываю лицо ладонями. Глаза полыхают, щёки раскраснелись. Я хочу её весь грёбаный вечер.
— Юля и Антон уже попрощались, — сообщает Женя. — На твой номер я не дозвонилась. И… вдруг испугалась.
— Не волнуйся, я без тебя не уйду.
На алых губах тут же расцветает улыбка. Я веду большим пальцем по нижней, надавливаю. Меркулова покорно приоткрывает рот и соблазнительно лижет. В памяти вспыхивают картинки. Надо повторить.
— Пойдём в номер? — спрашиваю.
Снова покорно кивает, ластится.
Удивительная вещь. Я отталкиваю её словами и поступками. Порой так грубо, что хочется самому себе втащить. Она же никуда не уходит. Стремится сильнее, льнёт ближе. Дарит тепло, ласку и добро. С лёгкостью отдает в мои руки своё хрупкое девичье сердце. Можно слегка переусердствовать и разбить, а можно надежно защитить.