Чтение онлайн

Улыбаюсь, потому что вежливая очень. Но он всё внимательно меня разглядывает.

— Что-то ещё? — Спрашиваю, не вытерпев.

— Нет, Камелия, у меня есть всё, о чём я могу пожелать. — Отвечает как-то странно.

О нет, только не сейчас. Моя профессия каким-то чудом совместила в себе искусство готовить напитки и выслушивать людей. Считайте, я местный психолог.

— Вы явно можете собой гордиться. — Улыбаюсь, прибираясь за собой.

— Самим собой гордиться как-то скучно, не находите?

Мужчина отпивает напиток.

— Думаю, если человек не может гордиться самим собой,

то как им будут гордится другие?

Он задумывается, но всё равно продолжает свою мысль:

— Возможно, вы правы, но я к тому, что мне не хватает женской похвалы.

Ох, надеюсь, у него есть мать.

Но я даже не знаю, что на это можно ответить, поэтому молча натираю бокал, глазами показывая, что не против выслушать. Если он сейчас начнет рассказывать, какие тяжелые у него отношения с семьёй, или какие девушки вокруг ужасные — я не удивлюсь.

Мужчина некоторое время внимательно смотрит мне в глаза, при этом почему-то исказив губы во что-то наподобие улыбки. Нет, он красивый, взгляд добрый, просто улыбаться он явно не хочет. Но что-то ему нужно.

— У вас завтра выходной, верно? — Спрашивает спустя некоторое время.

Киваю. Какая удивительная наблюдательность всё-таки.

— Хочу пригласить вас в кино, или куда-нибудь ещё… На самом деле, без разницы куда. Выберете место, всё остальное я сделаю сам.

Ничего себе! Я от удивления чуть бокал не выронила.

— Я даже вашего имени не знаю… — Лепечу неуверенно.

Смеётся. Наконец-то, искренне.

— Дмитрий. — Улыбается, демонстрируя заметно выступающие клыки. Ему идет.

— Дмитрий. — Киваю понятливо. — Я была бы рада составить вам компанию, но эти выходные у меня уже запланированы, простите.

Смотреть дурацкие сериалы с Женевьевой — важное дело, я считаю.

Мужчина мягко мне улыбается, словно знал, что примерно так я и отвечу.

— Я всё равно вас приглашу в следующий раз. — Говорит, явно не собираясь сдаваться.

— Меня радует ваша настойчивость и льстит желание со мной куда-то сходить, но я всё равно вам откажу.

Наигранно строит грустную моську, но сомневаюсь, что это так сильно его ранит, поэтому только говорю:

— Прошу меня простить, у меня клиент.

Потому что краем глаза действительно замечаю силуэт, присевший как раз рядом с Женевьевой. Подхожу к ним, глазами рассматривая продукцию и предметы вокруг, вертя в руках уже родную тряпочку.

— Добрый вечер… — Начинаю говорить уже зазубренную фразу, но слова застревают где-то внутри, когда я натыкаюсь взглядом на до боли знакомые изумрудные глаза.

Тряпка выпадает из вмиг ослабевших рук.

Магистр Эшфорд смотрит на меня несколько секунд, а потом переводит взгляд на Дмитрия. Смотрит на того серьёзно, даже слишком. Между мужчинами происходит немой разговор, после которого Дмитрий встает и уходит вглубь зала. Что это было? Они знакомы?.. Проректор переводит взгляд на меня, смотрит, как и на всех вокруг, но с легкой улыбкой, словно мы виделись вчера.

— Добрый вечер. — Наконец, отвечает он тихо, никак не изменившись в лице.

Судя по реакции — не помнит меня совсем, как и положено. Значит, наша встреча — совпадение, не более. Киваю сама себе и поднимаю упавший кусок ткани.

—

Определились с заказом? — Спрашиваю будничным тоном, стараясь контролировать голос, который очень хотел задрожать.

Мельком смотрю на Женевьеву, которая сидит рядом с магом и пытается отодвинуться, как можно дальше, или притвориться элементом декора. Вот кого мне действительно жаль — её поданные подменили документы, попадаться на глаза проректору — буквально самоубийство.

Моя нервная система, видимо, совсем сдала, потому что, не дождавшись ответа, я разворачиваюсь к кофемашине и начинаю делать магу Эфира эспрессо. Очень сосредоточенно, двойной эспрессо, как никогда, проговаривая все пропорции, внимательно следя за каждым этапом, несмотря на то, что знаю всё на зубок. Руки дрожали, сердце грохотало в ушах, желудок неприятно болел от волнения. Что он здесь делает? Он за Женевьевой пришёл? Или… за мной? Они все вспомнили, или с самого начала ничего не забывали?

Нет-нет, это невозможно. Нужно успокоиться. Нельзя так поддаваться нервному потрясению, он просто не может меня помнить. Это лишь глупое совпадение, не более.

— Лия, ты что творишь? — Шипит на меня официант.

— М? — Отзываюсь я замедленно, чувствуя густой запах кофе. Поворачиваю голову к высокому, худому, рыжему парнишке. — В чём дело?

— Ты почему у клиента так и не узнала, что он будет? — Возмущается Кирилл.

Точно. Я так и не дождалась ответа. Но волнение и злость перевешивают, поэтому я только шиплю в ответ:

— Сама разберусь со своими клиентами. Говори, что нужно, или иди в зал и не мешай.

Официант смотрит в сторону проректора, явно желая сказать что-то ещё, но после взгляда на мага, только коротко говорит:

— Апельсиновый сок, пожалуйста.

На скоро наливаю сок, прогоняю Кирилла, возвращаюсь к эспрессо, всё не переставая думать о том, что он тут забыл и как бы остаться в живых. И вот если первое меня не касается особо, то последнее очень сильно волнует. Умирать так рано не было в моих планах.

Ставлю фарфоровую чашку перед магом, снова протираю руки. На этот раз уже с нервов.

— Хорошим барменам не всегда нужно говорить, чего вы хотите. Порой, достаточно просто взгляда. Вам повезло — я хороший бармен. — Объясняю своё поведение. На самом деле, выдумала какой-то бред. И, естественно, добавляю: — Если вы хотите, я приготовлю вам новый напиток.

Длинные пальцы обхватывают белоснежную чашку с ароматным напитком, чуть подтягивают к себе. Такие знакомые руки…

— Нет, я выпью. — Говорит спокойно таким знакомым, родным голосом. И спустя секунду добавляет: — Спасибо.

А я так надеялась, что перестала реагировать на него, что всё это давно переболело…

Мы снова переглядываемся с Женевьевой. Уверена, она уже тысячу раз пожалела, что пришла сегодня ко мне. В её глазах — непонимание. Как же я её понимаю. Глазами показываю, что сама ничего не знаю.

— Женевьева Дю Валон. — Медленно говорит проректор, после того, как отпивает крепкий напиток. — Давно не виделись. Вы явно повзрослели и похорошели.

— А вы, как всегда, умеете делать комплименты, магистр Эшфорд. — Отвечает синеглазая, копируя тон проректора. — И совсем не изменились.