Первые шаги
Шрифт:
— Так я и не… — Вяло пробормотал, чувствуя, как проваливаюсь в сон.
Следующее утро началось с того, что я проснулся от храпа соседа и почувствовал давление на мочевой пузырь. Капельница уже не стояла, и я потихоньку попытался подняться, держась рукой за поврежденные ребра. Неприятно, но терпимо. Теперь бы до туалета доползти, благо тот находился в палате, не нужно топать по коридору и стоять в очередь.
— Штормит, как после хорошего бодуна. — Проворчал недовольно.
Ноги с непривычки немного
Когда уже возвращался обратно, наткнулся на внимательный взгляд соседа.
— Я смотрю, ты оклемался, парень.
— Есть такое. Я, кстати, Стас.
— Егор. Ты много не ходи. Ольга Николаевна заметит, ох, и влетит тебе от нее.
— Да ладно, с виду милейшая женщина.
— Это только с виду. Не желал бы я еще раз испытать гнев доктора на себе.
— Что уже попадался?
— Было дело, так что не рискуй.
— И какое наказание последовало за нарушение постельного режима?
— Уу-у-у. — Закатил глаза мужчина, а у меня перед глазами предстала Ольга Николаевна в черных кожаных обтягивающих брюках и открытом корсете, затянутом тонкой шнуровкой, предостерегающе грозящая пальчиком и сверкающая своими пронзительными зелеными глазами, в которых застыло обещание.
Да, от такого наказания я бы не отказался.
Тьфу! О чем только думаю. Еле на ногах стою, а все туда-же. Хотя, здоровый секс, он иногда получше любого лекарства будет. Помню, однажды…
Додумать мысль мне не удалось. В палату вошла, кто бы вы думали?
Ну конечно, «Госпожа доктор». Жаль только, что не в обтягивающей коже, а в медицинском белом халатике. К слову сказать, он ей тоже невероятно шел.
— Доброе утро, палата номер восемь. — Бодро произнесла Ольга Николаевна и направилась в сторону моего соседа. — Как спалось? Как самочувствие?
Улыбнулся настрою женщины и непроизвольно перевел взгляд на ее руки.
Уф-ф, все нормально. Никакого свечения. Это насколько же сильно меня по голове шандарахнуло, что такие глюки пошли?
Когда доктор оказалась около моей постели, я попытался усиленно прогнать ненужные мысли, заставляющие кровь быстрее бежать по венам. Неудобно-то как. Хотя, утренний стояк дело привычное, для врачей так точно. Думаю, каждый второй пациент, если он не находился в полуобморочном состоянии, оценил бы по достоинству прелести местного доктора.
Ольга Николаевна померила давление, посчитала пульс, что-то записала себе в блокнот и удовлетворенно кивнула.
— Ну вот, уже идете на поправку.
— Замечательно. А когда меня выпишут?
— Какой прыткий. Дней десять как минимум у нас пробудете. Куда так спешите? Или вам не нравится мое общество?
— Нравится. — Не стал лукавить и улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой, которая не раз помогала покорять женские сердца.
Сразу понял — в этот раз не прокатило: то ли Ольга Николаевна оказалась стойкой к моим чарам, то ли я растерял все свое очарование.
— Ну,
конечно! — Простонал мысленно.На кого может произвести впечатление побитая морда и перебинтованное тело? Я в данный момент скорее похож на египетскую мумию, чем на нормального, вполне себе симпатичного парня.
— Сейчас легкие послушаем и можете отдыхать. Во второй половине дня придет медсестра, сделает перевязку. С постели не вставать хотя бы сутки. Попросите родных или знакомых привезти лечебный корсет. С вашими ребрами это необходимо.
Хорошо. — Ответил машинально, следя за передвигающимся по моей забинтованной груди стетоскопом.
О-па-па!
Чуть не подпрыгнул на кровати, когда вновь увидел слабое свечение вокруг ладоней женщины, а в следующую секунду в нос ударил запах луговых трав.
Что за хрень? Быть такого не может!
Затаил дыхание и тут же услышал насмешливое:
— Дышите Стас, дышите. Или у вас перехватывает дыхание от одного моего вида?
Серьезно? Это что, флирт или она издевается?
Перевел взгляд на довольное лицо женщины, кончики губ которой чуть приподнялись вверх, давая намек на улыбку, и сделал вздох.
— Ага и сердце готово выскочить из груди. Сами ведь слышите, как бьется. — Ответил почти машинально, потому что сияние от ладоней женщины становилось сильнее.
Даже испугался, что оно меня обожжет, но нет, ничего подобного не произошло, лишь почувствовал приятное, еле ощутимое тепло, а затем заметил, как утренняя вялость и сонливость ушли прочь, а вместо них организм начал наливаться бодростью и энергией.
— Вот и все. — Поднялась с места Ольга Николаевна, повесив стетоскоп на шею. — Отдыхайте.
Как только врач вышла за дверь, я нервно выдохнул и повернулся к соседу.
— Слушай, ты ничего странного в нашем докторе не заметил?
— Нет, а что?
— Да, так. Забей.
— То, что она красотка, и так видно.
Кивнул согласно.
— Духи у нее классные.
— Обычные, цитрусовые, у меня невестка такими пользуется.
Нахмурился, пытаясь понять, о чем говорит Егор.
Какой цитрус?
Травы. Самые настоящие. Свежие. Душистые. Словно только что сорванные с цветущего луга. Или я опять брежу на фоне травмы?
Зрительные галлюцинации одно, а вот обоняние — совсем другое. Встает вопрос, что мне со всем этим делать?
Расскажешь кому, не поверят, еще и за психа сочтут. Пожалуй, пока лучше молчать, авось вскоре само пройдет.
Заведующая отделения интенсивной терапии — Лебедева Ольга Николаевна зашла в свой кабинет и открыла ящик стола, внимательно перетряхивая его содержимое.
— Куда ж ты делась? — Недовольно проворчала она. — А-а-а, вот ты где. — Женщина достала черную пластиковую визитку, тут же набирая указанный на ней номер.
— Денис Андреевич, это Лебедева.
— Ольга Николаевна, рад вас слышать. — Ответил ей усталый мужской голос.