Паутина сердец
Шрифт:
Симка расхохоталась так, что у Семена по спине забегали пупырчатые мурашки. Ее короткие, отрывистые «ха-ха-ха» прозвучали жестко и хлестко, как удары хлыста.
– Так мы едем или предаемся ностальгии? – нетерпеливо спросила Симка.
– Как прикажет госпожа, – пошутил Семен.
В дороге они почти не разговаривали. Семен только удивленно наблюдал, как в такт собственным мыслям, меняется выражение лица Симки, и по нему пробегают тени. Неизвестно, о чем думала Симка, но она погрустнела.
– Приехали, – стараясь казаться веселым, сказал Семен.
Он вышел из машины, обошел ее и, как воспитанный джентльмен, открыл своей даме дверцу машины. Симка
– Добро пожаловать! – с индийским поклоном приветствовал их на входе обнаженный по пояс швейцар в красной чалме и блестящих оранжевых шароварах.
Прошли внутрь. В легкой дымке от курящихся ароматических палочек, терпких благовоний и пряных ароматов из кухни у Симки закружилась голова. Они с Семеном сели на подушки около низенького столика с резными ножками, брошенные прямо на большой ковер. Официантка в старомодном ярко красном сари принесла меню. Пока Семен с деловым видом изучал меню, Симка рассматривала ресторан и публику. Она увидела, как за соседним столиком несколько настоящих индийцев не слишком аккуратно ели руками желтый от куркумы рис. С другой стороны сидела пожилая пара. Женщина что-то увлеченно говорила, а мужчина смаковал неизвестный напиток из зеленого пупырчатого стеклянного стакана. Вокруг столика напротив, сидела группа молодых людей, весело отмечавших какое-то событие. Симке стало нехорошо от царящей в этом заведении душной атмосферы. Ее даже замутило. Симка резко поднялась.
– Мне плохо… Уведи меня отсюда, пожалуйста, – сказала она тихонько. – Если я здесь останусь еще хоть минуту, я потеряю сознание от всей этой вони.
Семен пытался привыкнуть к ее причудам и резкой смене настроения, но каждый раз Симка заставала его врасплох.
– Тебе плохо? Да, конечно же, уйдем отсюда. На воздухе тебе станет лучше, – сказал Семен, предупредительно поддерживая ее под руку.
– А что она, собственно, ожидала увидеть в индийском ресторане? – раздраженно думал он, когда они выходили на улицу. – Из-за этой дуры я, кажется, сегодня останусь без ужина.
Он сжимал кулаки от бессильной ярости и нежно улыбался «своей принцессе». Странно, что при всем своем уме, Симка совершенно не замечала двуличность Семена, равно как и его подлинное к себе отношение. На воздухе ей действительно стало лучше. Симка взяла Сему за руку, приблизилась к нему и нежно положила голову ему на плечо.
– Давай немного пройдемся, – шепнула она ему на ухо.
– Конечно, малышка, – таким же шепотом ответил ей Семен.
– Да… Ужин на сегодня отменяется, – с тоской подумал он. – Может хоть с «десертом» ночью повезет?
Хотя бы в этих своих ожиданиях Семен не обманулся. Были мгновения, когда ему казалось, что ближе и роднее Симки для него на целом свете нет человека. Он ее так любил… В его объятьях эта необычная девушка могла быть огоньком пламени или нежным ветерком, ласкающим своим легким дыханием. Этой ночью Сима была удивительно нежной и беззащитной. Неужели это та же девушка, которая в прошлую их пылкую встречу привязала его к кровати и в шутку пару раз отстегала по спине кожаным ремнем? В голове не укладывалось!
– Вот бы она всегда оставалась такой милой и симпатичной, – с нежностью гладя голову спящей на его плече Симки, подумал Семен. – Надо же, она сейчас похожа на спящего ангела. А как проснется, начнет нести всякий вздор и вредничать.
Как и предвидел Семен, утром Симка начала показывать характер. Она возмущалась тем, что в холодильнике у Семена «с голодухи мышь повесилась», в ванной нет сухого
чистого полотенца, да и кофе какой-то стремный.– Не понимаю, как ты живешь в этом свинарнике? – удивлялась Симка, пытаясь найти чистую рубашку для Семена.
– Ну, извини. Не твой дворец, конечно. Куда уж мне, голодранцу, до Вашего Величества! – сквозь зубы прошипел Семен.
– Ты же говорил, что за последнюю книгу тебе прилично заплатили?! Разве не так? – спросила Симка, удивленная сарказмом Семена.
– Заплатили, может, и прилично, это как посмотреть, вот только за ипотеку платить нужно неприлично много, чтобы хоть этот «свинарник» сохранить за собой, – мрачно ответил Семен.
– Ну что ты бесишься? Я, что ли, виновата, что твои книги никто в здравом уме не покупает. Тебе не повезло, Сема! В нашей стране слишком мало сумасшедших, то есть, прости, поклонников твоего творчества, – съязвила Симка и громко засмеялась.
– Тебе, дорогая, повезло, что ты не живешь на средства от продаж твоих сумасшедших картин, иначе бы ты умерла от голода. Знаешь, Симка, ты просто вылитый Ван Гог. – поджав губы, сказал Семен с видом человека, сказавшего какую-то пакость.
– Ван Гог – гений! Мне даже приятно такое сравнение, – отозвалась Симка.
– Ван Гог, может, конечно, и гений, но при жизни он не продал ни одной своей картины, – победно ухмыляясь, ответил Семен.
– Ну, ты и сволочь, Семен! – сказала взбешенная его цинизмом Симка. – Я тебе это припомню! Ты гад!
Семен рассмеялся, но все равно не отважился подойти к Симке. Она бы его сейчас больно ударила, может быть, даже по лицу, он в этом не сомневался. Семен разрядил обстановку, попытавшись перевести разговор на другую тему.
– Симка, а тебе не влетит за то, что ты не ночевала дома? – спросил он.
– Не думаю. Отец еще месяц будет по делам в Европе, а мать всегда молчит, как мороженая рыба, – едва скрывая раздражение в голосе, ответила Симка.
– Ты так не любишь свою мать… По-моему, она довольно симпатичная. Молчаливая только, замкнутая немного, но для своего возраста она прекрасно выглядит. Знаешь, говорят, что если хочешь узнать, как твоя девушка будет выглядеть через много лет, посмотри на то, как выглядит ее мать. Скорее всего, ты станешь такой же. Так что тебе, Симка, ничего не угрожает, – пошутил Семен.
– Вот уж нет! Ни за что не хочу быть похожей на свою мать. Лучше сдохнуть, чем быть такой жалкой, перепуганной курицей. Моя мать боится даже собственной тени. Странно, что она вообще еще жива. С моим отцом это и вправду странно. Последние пару лет он немного успокоился, редко бывает дома. Все у него какие-то заграничные деловые поездки. Я подозреваю, что у отца появилась другая женщина, – сказала Симка, цинично хмыкнув. – Вот уж «повезло» бедняжке.
– Не повезло тебе с предками, – сочувственно сказал Семен. – Хотя, мои не намного лучше. Мать, наверное, до пенсии не успокоится и будет искать «того единственного» мужчину своей мечты.
– А твой отец? – поинтересовалась Симка.
– Мы в последнее время перестали понимать друг друга. Он не одобряет все, что я делаю. Ему не нравится то, что я пишу всякую жуть вместо высокой литературы. Он со своей старой мымрой Марго вечно косо на меня смотрит, – раздраженно сказал Сема.
– А ты не пробовал писать что-нибудь более нормальное, без расчлененки, полных ванн крови и зверских убийц, – спросила Симка, в душе посмеиваясь над литературным убожеством его книг. – Может, тебе лучше прочитать пару книг по психологии и создавать белее глубокие образы своих литературных героев?