Параллельный мир № 1
Шрифт:
Илья попал в деканат факультета журналистики только после обеда и увидел сидевшего там методиста, пышногрудую мило улыбающуюся ему блондинку лет сорока пяти.
— Скажите, пожалуйста, могу ли я узнать, есть ли в списке поступивших в этом году на ваш факультет моя, — тут на долю секунды Илья запнулся, — троюродная сестра Ирина Потапенко?
— Так уж и троюродная сестра, — всё так же мило отвечала блондинка, — сейчас посмотрю. А что же Вы не знаете, где Ваша сестра учится? Нехорошо, братец.
— Да я, понимаете, — Илья покраснел, он очень не любил оправдываться, особенно если его поймали на лжи, — в армии был и только пару дней как демобилизовался, а она писала, что собирается
— Как Вы сказали её фамилия? Потапенко? Нет у нас таких студенток. Подождите. Подождите минутку, я ещё в других документах посмотрю.
Пауза затянулась, методист подошла к шкафу, достала толстую папку и принялась её перелистывать. Илья с почти скучающим видом наблюдал за её ловкими движениями. Несмотря на внешнюю безмятежность, внутренне он был напряжён и сосредоточен. По мере приближения к концу папки, напряжение всё больше возрастало. Папка закрылась оглушающе громко, словно выстрел прогремел в тишине комнаты.
— К сожалению, молодой человек, вашей Ирины Потапенко нет даже в списках тех, кто подавал в этом году документы для поступления на наш факультет. Театральным жестом блондинка развела руками и сочувственно покачала головой — увы, увы. Вас, вероятно, ввели в заблуждение.
— А Вы не подскажете, — широко улыбаясь, спросил Илья, — может, ещё какие-нибудь ВУЗы в Минске готовят журналистов?
— Настоящих и самых лучших журналистов готовят только здесь. У нас такие прекрасные традиции и самые лучшие преподаватели. А другие, это просто смешно, ну каких они могут подготовить журналистов, не имея такой базы, как у нас, — женщина раскраснелась — было очевидно, что эта тема сильно затрагивала её чувства.
Илья понял, что она «подсела на своего любимого конька», и если её не прервать, то придётся слушать ещё долго.
— Да, да, Вы, безусловно, правы, — успел вставить Илья несколько слов как раз в тот момент, когда она решила набрать побольше воздуха для продолжения тирады. И кто же это посмел составить вам конкуренцию?
— Конкуренцию? Да они нам не чета, какие они нам конкуренты? Нет никакого порядка, выдают лицензии сейчас кому угодно, без разбора — всё не унималась блондинка.
— Ну надо же? И много их выдали?
— Чего, — спросила дама, слегка сбитая с толку внезапным вопросом?
— Лицензий выдано, — пошёл в атаку Илья.
— А, лицензий? Две.
— И кому, если не секрет?
— Да какой же это секрет? Это не секрет — это позор. Одна лицензия выдана какому-то частному ВУЗу. Шарашкина контора, а не ВУЗ, с красивым рекламным названием «Академия лингвистики и журналистики». А вторая — лингвистическому университету, но, правда, только на международную журналистику.
Илья вежливо откланялся и поспешил в «Академию лингвистики и журналистики». Поиски заняли несколько больше времени, чем ожидал Илья. И когда он приехал туда к 16.00, то обнаружил, что дверь деканата заперта. Внезапно, как привидение, появившаяся уборщица не то с презрением, не то с сочувствием посмотрела на него.
— Поздно пришли «хвосты» свои сдавать. В это время в пятницу здесь никого не бывает, — и, подумав, добавила, — и до понедельника не будет. А то, в прошлую субботу, Степаныч рассказывал, ломился сюда один умник в девять утра, не ты случайно?
— Не я, — улыбнулся Илья, — спасибо за информацию.
Илья вышел в задумчивости.
«Действительно, — размышлял он, — сегодня же пятница, значит, два ближайших дня в плане поисков будут просто потеряны».
В гостиницу Илья приехал около семи вечера. На улице уже было довольно темно. Он заказал ужин в номер и включил телевизор.
— Вы смотрите передачу «Загадочное и необъяснимое», —
объявила девушка в ярко-синем костюме.— Оставайтесь с нами, и после рекламной паузы мы продолжим рассказывать о сверхъестественном, загадочном и необъяснимом, — продолжил её напарник, — во второй части нашей программы вы увидите…
Илья вдруг остолбенел, увидев по телевизору свою фотографию. Фотография была точь-в-точь, как та, что висела в школе на доске спортивных достижений.
— Все его родственники погибли. По свидетельству очевидцев, они находились в доме в тот момент, когда в него ударила молния, после чего произошёл мощный взрыв, — продолжал диктор, — на месте взрыва не было обнаружено никаких останков погибших.
— А сейчас, реклама, — объявила девушка.
Илья посмотрел программу телепередач в газете.
«Ух ты — это даже не белорусский канал. Что-то здесь не чисто», — подумал он.
Илья поудобнее устроился перед телевизором и даже подготовился к видеозаписи передачи.
В этот момент пропал свет. Илья метнулся к телефону.
«Надо срочно позвонить на Reception», — подумал он.
Телефон не работал.
«Что за чертовщина, — Илья подбежал к окну, — может авария, какая?»
Свет был везде.
«Не понял».
Илья открыл окно и высунулся по пояс: было совершенно очевидно, что в соседних номерах люди пользовались электричеством.
«Что ж, придётся спуститься на первый этаж».
Илья закрыл окно и бегом помчался к входной двери. Надо было успеть до конца рекламы. Он распахнул дверь и выскочил в коридор босиком.
«Скорее всего, выбило автомат. Может быть, самому включить, — промелькнуло у него в голове, — а, то, три этажа туда, потом три этажа обратно — целая вечность, и ещё неизвестно, будет ли там электрик?»
Пробежав по инерции несколько ступенек, Илья притормозил. В коридоре было почти так же темно, как и в его номере. Вдруг он услышал какие-то шорохи на верхнем этаже.
«Там кто-то есть, — подумал Илья, — ситуация начинает обостряться. Не нравится это мне. В номере осталась шкатулка».
Илья на цыпочках вернулся в номер, но дверь закрывать не стал. Он хотел снять со стола шкатулку и задвинуть её под кровать, но только он направился в сторону спальни, как на лестничной площадке послышались тихие приглушённые шаги. Илья вернулся в коридор и спрятался за углом. Через пару секунд в коридоре появился силуэт человека, который, крадучись, пробирался в номер, держа пистолет в вытянутой руке. Человек не сильно маскировался, видимо, был уверен, что Илья внизу. Поравнявшись с Ильёй и, получив хук справа в челюсть, человек почти бесшумно упал на мягкий ковёр.
«Кто он такой», — думал Илья.
Он нащупал пульс на шее у незнакомца.
«Жив, но без сознания, так, хорошо, а где второй?»
Илья поднял пистолет, проверил обойму и выскочил в коридор, но никого там не обнаружил. Затем он вернулся в номер и обыскал незваного гостя. Арсенал Ильи пополнился ножом, двумя запасными обоймами и электрошокером. Документов при нём, естественно, не было, но воткнутая в воротник иголка с чёрной ниткой говорила о многом.
«Должно быть, это национальная или иностранная спецслужба. Скорее НСБ, раз заказали телепередачу, — размышлял Илья, — Видимо, им нужна шкатулка, но они не могут её открыть, раз так, то Петрович у них под контролем и я, наверное, тоже. Кажется, понятно, зачем он приходил — хотел посмотреть, открыл я шкатулку или нет. Так, ясно, надо отсюда ноги уносить. Вот только куда пойти-податься на ночь глядя? О, кажется, я знаю куда, но без приглашения вламываться не стоит. Илья собрал самые необходимые вещи и быстро вышел в коридор, поднялся на чердак и по пожарной лестнице спустился вниз.