Ожоги
Шрифт:
Рухнув на мягкую кровать, Антонова, еще около часа переписывалась с другом, подкидывая ему темы для реферата, да и попросту попутно развлекая, хотя, обычно все было с точностью да наоборот. Никита всегда развлекал Лизу, но сейчас был какой-то грустный. Девушка чувствовала это, даже не слышал его голос, хотя парень также и утверждал, что у него все просто прекрасно. Заснули ребята под утро, и соответственно, подъем выдался довольно трудным. Как обычно, Никита встретил Лизу у подъезда, крепко обняв. Антонова зевала каждую вторую минуту, и на первом уроке, которым был русский, девушка просто умирала. А учитывая то, что у ребят не самые хорошие отношения с их классной, урок выдался совсем ужасным. Людмила Васильевна следила за ребятами очень пристально, Лиза боялась даже сомкнуть глаза хотя бы на секунду. Никита и того хуже, держал веки пальцами,
– Что, Антонова, Васильев, ночь была веселой? Аж измучились все бедные, сидите, едва не спите, да, Васильев? А вот спать по ночам надо, а не заниматься черт знает чем. Точно надо бы с вашими родителями пообщаться, а то совсем распустились.
– Ну, Людмила Васильевна, у Вас вот, к примеру, тоже мешки под глазами, я же не спрашиваю, чем Вы ночью занимались, так чего ко мне лезете с этим вопросом? – фыркнул Ник, будто на секунду позабыв, что говорить с учителем. Женщина стукнула кулаком по столу, указав другой рукой на дверь.
– Васильев, вон из класса! Без родителей не пущу, и теперь, учти, я свое слово сдержу!
– Да-да, запомню. – лениво скинув учебники в рюкзак, шатен закинул его на плечо, и попрощавшись с Лизой, ушел, хлопнув дверью. Класс обреченно вздохнул, а учитель продолжила урок. От ее монотонного голоса, Лиза просто уронила голову на парту, тихонько прохныкав.
Настроение у парня было ни к черту. Не выспался, выгнали с урока, так теперь еще и без родителей точно на урок не пустят. Чертов бред! От злости, Ник ударил кулаком в стену, но вдруг услышал, как кто-то пискнул у него за спиной. Обернувшись, парень увидел перед собой Кристину, смотрящую на него испуганным взглядом. Никита завел руку за голову, почесывая затылок. Костяшки были разбиты, что вполне заметно, и, соответственно, это не скрылось от взгляда заботливой Захаровой. Девушка протянула Нику платок, аккуратно сложенный в треугольник. Приняв платок, парень приложил его к ране, сказав негромкое «спасибо», на что Кристина лишь улыбнулась. Девчонка спросила, что случилось, и Никита, то ли из-за ужасного настроения и злости, то ли от одиночества, выдал ей все, что скрывалось внутри. Парень чувствовал себя слишком ужасно и поговорить ему было не с кем. Конечно, есть Лиза, но вытягивать ее с урока парню не хотелось. Захарова слушала, затаив дыхание, потому что ей нравилось слушать это. Для нее, услышать от Никиты какую-либо историю, это уже как признак того, что он ей доверяет, как самой родной и любимой, но, конечно, это было далеко не так. Он просто выговорился.
Следующим уроком – такая нелюбимая для многих физра. На нее Антонова не просто плелась, как зомби с обрубками, вместо ног, она буквально ползла туда, не желая видеть Матвея, но увы, встреча неизбежна. Класс переоделся и построился, а Лиза, как и полагалось человеку после больничного, сидела на скамеечке освобожденных, но это не спасло ее от Вяземского. Раздав каждому по заданию, брюнет сел на скамейку, рядом с бывшей девушкой.
– Привет. – робко начал он, не решаясь подсесть чуть ближе.
– Что-то хотели, Матвей Константинович? – безразлично, и даже не смотря в сторону физрука, спросила блондинка, подперев щеку рукой и наблюдая за классом.
– Да, хотел. Я хотел с тобой поговорить на счет того случая. Я много думал и наконец, принял решение.
– Ясно, рада за Вас.
– Даже не спросишь, что я там надумал и решил? – приподняв в удивлении бровь, поинтересовался парень, но Лиза ничего не ответила. Что ж, Антонова, мы тоже умеем показывать характер, браво.
– А почему должна? Мы расстались и больше друг другу никто. Меня не волнует, что ты там надумал на счет своей жены и семьи.
– Я подал на развод, ушел от жены и живу у Лехи.
Закатив глаза, Лиза посмотрела на парня взглядом, который задавал только один вопрос «И что дальше-то?». Но не получив ответ в течении тридцати секунд, Антонова просто ушла в раздевалку, решив, что, хотя бы там, посидит в спокойствии. Но не тут-то было, потому что Матвей настроен решительно, и в этот раз он не отступит. Огласив классу еще пару заданий, физрук покинул спортзал, заходя в женскую раздевалку. Запрещено, но что тут сделаешь, когда девушка такая…сложная. Брюнет снова сел рядом с Лизой, но теперь уже на пол, обняв колени руками.
– Лиз, давай все же поговорим, ладно? Пожалуйста. – тишина. – Что ж, молчание – знак согласия. Послушай, я знаю, что у меня много косяков
перед тобой, но я правда хочу все исправить, чтобы быть с тобой. Клянусь, что больше никакого вранья. Я больше никогда и ни за что не буду тебе врать.– Я люблю тебя и хочу в это верить, но ты даже не представляешь, как это трудно. Можно сказать, что нужно переступить через саму себя, чтобы простить тебя. Не то чтобы я обижалась, но ты виноват. Очень.
– Лиз…
Одобрительный кивок и радостный крик Матвея. На радостях обняв девушку, брюнет закружил ее в воздухе, а после, крепко прижав к себе, чмокнул в кончик носа. Для обоих это был серьезный шаг, в котором каждый чем-то пожертвовал. Матвей – развелся с женой, бросил семью. А Лиза…Лиза просто смогла переступить эту черту гордости.
Может, все-таки это начало чего-то очень хорошего?
***
Через пару дней, Антонова поехала в больницу, навестить отца перед выпиской. Рана от пули почти зажила, отец был бодрым и веселым, радуясь тому, что его выписывают из этой берлоги. На эту поездку напросился и Матвей, аргументируя это тем, что он очень сильно хочет познакомиться с родителями Лизы, и т.к. он – парень, то лучше начать знакомство с отца. Валерий Палыч оказался вообще довольно юморным человеком, Матвей ему очень понравился, в качестве парня его дочери, и у Вяземского была взаимная симпатия к нему. В общем, мужчины быстро сдружились, как только лучшими друзьями не стали?
Ночью блондинке не спалось, она ворочалась, а кошмары не отпускали разум девушки, отчего та проснулась в холодном поту, и тяжело дыша. Она знала, отчего этого, знала, но не могла сказать Никит. Точнее, могла, но не знала, поймет он или нет. Сегодня ночью Лиза и Матвей ночуют у Валерия Палыча, и, пока все спят, блондинка тихонько встала с кровати, подкралась к балкону, и закрыв за собой дверь, села на стул, закинув ногу на ногу. Было прохладно, кожа покрылась сотней мурашек. Ник взял трубку довольно быстро, и все, что смогла сказать Лиза на одном дыхании…
– Никит, я беременна.
========== 12. ==========
Комментарий к 12.
Да-да-да. Я знаю, что все очень запутано. Чем дальше - тем хуже, но клянусь, в следующей главе все будет понятно. Я очень благодарна всем читателям, которые читают мою работу <3
Надеюсь, что не разочарую Вас! :з
Эта фраза вызвала у парня какой-то взрыв внутри. Ник просто сидел, не в силах сказать и слово. Он пытался переварить эту информацию, осмыслить происходящее и просто придумать, что ответить на это. Конечно, это было глупо, потому что, что тут вообще можно сказать? «Поздравляю»? Сомневаюсь. Было бы куда проще, если бы Никита точно не имел к этому отношения, но это, к сожалению, попросту невозможно. Он спал с ней и тут может возникнуть пятьдесят на пятьдесят. По коже пробежали мурашки, а Васильев нервно сглотнул. Молчание длилось долго, минут десять никто из ребят не проронил ни слова. Никита знал, что подруга уже делала один аборт и, наверное, сейчас следует спросить у нее, что она будет делать дальше. Но с другой стороны, с чего он взял, что Лиза знает, что делать дальше? Сделав глубокий вдох, а после выдох, пытаясь держать себя в руках, шатен потер переносицу, собираясь с мыслями.
– И…что ты будешь делать?
– Не знаю. Вот и звоню тебе, посоветоваться.
– В прошлый раз тебя мой совет не волновал, если ты рассказала мне об этом только спустя два года. – усмехнулся Ник, но понял, что сделал это зря. Все-таки, сейчас не до усмешек и припоминаний ошибок прошлого.
– В прошлый раз мне было шестнадцать, я боялась, ты же знаешь… Ник, я серьезно.
– Да, я знаю, извини.
Разговор длился долго, ребята закончили уже с рассветом, потому что оба устали. Особо сильно в вопросе о ребенке они не продвинулись. Многие, конечно, скажут: «Аборт!», ведь, по сути, у Лизы за спиной – ничего. Нет ни нормальной квартиры, ни работы, ни человека, который был бы рад, если бы она родила ребенка. Матвей? Ох, знаем мы этого лиса. Бросил жену с ребенком, что ему помешает точно также свинтить от Лизы, узнай он эту новость? Его позицию по отношению к детям, Антонова поняла. Он от жены, почему ушел? Потому что устал. Устал от семейной жизни, ребенка и прочих бытовых проблем женатых людей. А если Лиза родит, то и смысл ему был от жены уходить? Разве что, там ребенок уже подрастет, а тут – начинай сначала. В общем, этот разговор решили немного отложить, чтобы уже нормально поговорить потом, а не по телефону. Матвею, конечно, никто ничего не скажет. Во всяком случае – пока что.