Ожерелья Будды
Шрифт:
– Да, замедление скорости нашего спутника длилось семьсот двадцать часов и прошло удачно.
– На Фате, следующей за нами тоже всё благополучно. Они передали, что программа выхода на орбиту Земли ими выполнена успешно.
– Земля очень красива, посмотри. Вся в голубой дымке.
Покрыта облаками. Видны снежные вершины гор.
– А океаны? Как много на планете воды! Неудивительно, что на ней столько растительности и живых существ.
– Скоро мы узнаем, как прижились субъекты, которых мы отправили сюда триста лет назад.
– Ингард, я хочу сказать тебе, только не удивляйся, в записях профессора сказано, что
этой вакцины. Её будет нетрудно найти, она должна быть в последней цепочке ожерелья, подходящей к медальону, так называемой дэтапластинке. После этого мы достаточно быстро сделаем вакцину в лабораториях спутника.
– Там так написано?! Ты не говорила мне об этом.
– Если удастся найти эти ожерелья, то Земля быстро станет нашим домом.
– Я бы хотел этого. Ты не представляешь, как мы будем все счастливы, поселившись на Земле! Свобода! Свежий воздух! Натуральные фрукты и ягоды богатые витаминами, выращенные под яркими лучами Солнца. Это не то, что наши – тепличные. Мы будем купаться в живой воде, в реках и морях, плавать по необозримым просторам океанов на построенных нами кораблях.
– Я бы тоже хотела верить в это. Только мы не знаем, как прижились на Земле субъекты, отправленные нами триста лет назад. Может быть, они уже все умерли от какой-нибудь неизвестной нам болезни.
– Не стоит думать об этом, – сказал Ингард. – За это время на планете могли произойти всякие катаклизмы. Но надо верить, что у нас всё получится.
– А я часто думаю о тех пилотах, которые не побоялись лететь первыми. Наверно они погибли. Ведь не могли же они всю жизнь ходить в масках.
– Латэра! Они – герои! Они знали, на что шли! Мы не забудем их подвиг! Но не стоит думать сейчас об этом. Мы идем следом и совершим то, что нам предназначено. Вот ты сказала про эти ожерелья, и я начинаю понимать для чего был осуществлён этот эксперимент с субъектами?! Подумай! Их кровь уже имела иммунитет, позволяющий сохранять их жизни. На первом этапе. Ведь для этого были использованы приматы доставленные с Земли. Так что не беспокойся насчёт этого. Сначала, конечно, мы будем дышать через фильтры не пропускающие бактерии. А когда найдём ожерелья, то создадим вакцину, сделаем прививки. Ведь созданные когда-то субъекты замечательны тем, что во всём похожи на нас.
– Это понятно. Только тревожные чувства не покидают меня. Когда мы приземлимся, нас ждёт встреча с теми, которые отличаются от нас мировоззрением и нам будет нелегко. Меня пугает не встреча с аборигенами, а с теми, кто летит на спутнике Фата.
– Ты драматизируешь, Латэра. Оставь эти печальные мысли. Надо надеяться на лучшее и верить в наши силы, как верили наши предки и в том числе Латаэр – твой прадед.
– Ты прав, Ингард. У меня иногда падает настроение,
и посещают подобные мысли. Ты не обращай на это внимания. Это пройдёт. Просто мы в этом спутнике, как птицы в клетке.– Понимаю тебя, – кивнул Ингард. – Я надеюсь, что Ладаар включит нас в группу первых темлян, которые спустятся на Землю. Желающих, наверно, будет много. А я не дождусь того момента, когда нам удастся встать на ноги и вздохнуть полной грудью воздух Земли.
– Да. Сразу спуститься на Землю всем сразу не удастся.
Приятный звонок сообщил о том, что включилась автоматическая информация. Ладэра и Ингард застыли в ожидании.
– Сообщение от системы наведения, – сообщил приятный женский голос. – Замедление спутника завершено успешно и соответствует заданным параметрам. Приступаю к выводу механизма на заданную орбиту планеты Земля. Данные о наличии топлива и энергетических ресурсов на экране.
Спутник вздрогнул. Включились боковые сопла, выводящие спутник на орбиту. На экране высветилась таблица с параметрами энергоресурсов.
– Топливо ещё есть, – сказал Ингард. – Хватит даже на возвращение.
– Скажи, капитан, а если мы найдём звездолёт Пионер 1, отправленный триста лет тому назад с нашими пилотами – суперменами Авелем и Кайном, мы сможем их заправить этим топливом, которое доставило нас сюда?
– Конечно! Двигатели спутника и наших звездолётов, построенных нами в этом тысячелетии абсолютно схожи. Только звездолёты были рассчитаны на большие скорости, равные скорости света и даже более, а спутник от такой скорости мог бы разрушиться, в этом их разница. А почему ты спрашиваешь об этом?
– Просто так.
– Латэра, ты темнишь. Скажи мне правду.
– Я не могу сообщить тебе неоформленные мысли. У меня в голове какая-то тревога, а сердце как птица – вещун тревожно бьётся.
– Ты, наверно, думаешь, что на Фате тоже знают об ожерельях, Латэра?
– А почему нет?
– Если они знают о нём, то наверняка постараются опередить нас. Ты думаешь, среди наших людей есть предатель – равнодушный?
– Кайн был равнодушным в окружении сотрудников лаборатории, где выращивали неравнодушных субъектов, и скрывал это продолжительное время. Я читала об этом в дневнике профессора.
– Интересно. А мне ты не говорила об этом и не показывала его дневник.
– Мой отец перед смертью сказал мне, чтобы я не говорила об этом никому до самого конца нашего путешествия. Мне показалось, что такой момент наступил. Мы много лет с тобою вместе, и я знаю, уверена, что ты неравнодушный. Поэтому я открыла тебе сейчас нашу тайну. Никого рядом нет. Пробуждение остальных членов нашего экипажа состоится через несколько часов. Нужно будет готовить их к полёту на Землю. Не думаю, что это будет лёгким делом. А наша с тобою задача, о которой будем знать только мы с тобой, это найти ожерелья.
– Мне бы хотелось самому прочитать этот дневник. Он далеко? В каком месте ты хранишь его?
– Зачем тебе знать? Ты мне не доверяешь?
– Почему ты так решила?
– Ты слишком быстро отреагировал на то, что я сказала тебе. Слишком быстро.
– Ты считаешь, что я тугодум и это не свойственно мне – быстро соображать?
– Дело не в этом. Но я пока не скажу тебе больше того, что сказала и не требуй того, чего я не захочу сама.
– Ты вся в своего отца! Он никому не доверял, был таким же подозрительным.