Острые перья
Шрифт:
– У нее были и свои деньги, – пробормотала Рика, поморщившись. – Не выставляй ее содержанкой.
– Зарплата музейного работника не покрывала и трети расходов Наоми, – Арен протянул снимок обратно, – это уже не имеет значения. Почему ты сразу не позвонила родителям?
Старшая Ито поджала губы и отвела взгляд в сторону, помедлила немного, но нехотя призналась:
– Наоми страшно поругалась с отцом. Я думала, что она вернется сама и…
– Разозлится, когда узнает, что ты нажаловалась папочке, – кивнул Арен. – Ясно. А это что?
Он нахмурился, глядя на
– Что? – Рика подошла ближе, взглянула на перо. – Похоже, птичье.
Она аккуратно взяла находку в руки, предположила:
– Воронье?
– Я не орнитолог. Пойдем, здесь больше нечего делать.
Арен шагнул к выходу, стремясь быстрее покинуть квартиру, в которой удушливо пахло духами и еще чем-то, что он затруднялся определить. Рика взволнованно поспешила следом, на ходу спрашивая:
– А как же Наоми? Что же теперь? Ты заметил что-нибудь полезное?
– Разве я похож на сыщика? – Арен устало взглянул на нее.
Он не до конца понимал, почему Рика смотрит на него так, будто он обязан что-то сделать. Они с Наоми – чужие друг другу. Знакомые незнакомцы. Ее пропажа – не более чем досадное происшествие, которое принесло ему немного грусти и кучу хлопот – в ближайшее время его непременно вызовут в полицию.
– Но…
Рика уставилась на него, прикусив губу до крови – он видел, как алая капля показалась из прокушенной плоти.
– Я сделаю, что могу, – Арен нажал кнопку вызова лифта. – Мои люди проверят, нет ли Наоми в борделях, прошерстят притоны, хотя вряд ли найдут ее там. Остальным пусть занимается полиция.
Это все было так глупо, по-идиотски – и вполне в духе Наоми: заявиться к нему, бросить нелепое заявление о том, что ей нужна помощь, словно он должен немедленно броситься ее спасать, а потом – исчезнуть.
Чем больше Арен думал, тем сильнее убеждался в том, что это какой-то дешевый фарс. Ну, да – в стиле Наоми.
Не исключено, что она вообще не пропадала. Его бывшая жена была эгоистичной до мозга костей и считала себя чуть ли не центром вселенной – поначалу это забавляло, позже – начало утомлять.
– Я позвоню тебе, если полиция что-то узнает, – Рика продолжила смотреть на него умоляюще. – Хорошо? И ты позвони мне, если будут новости.
Ему ничего не оставалось кроме как кивнуть – глаза Рики переполняли страх за сестру и отчаяние. Арен много раз видел такой взгляд, но никогда – в зеркале; а сейчас он почему-то остро представил себя на месте Ито, и это вынудило немного приспустить завесу холодного равнодушия.
Мысли о бывшей жене преследовали его на протяжении всего оставшегося дня – пока разговаривал с управляющим, он думал о том, что Наоми, вероятно, либо вляпалась в гигантские неприятности, если ее заявление – не бред воспаленной фантазии, либо решила таким образом проучить… Кого? Его? Родителей? Подобной жестокости, при всей ее тяге к оружию, раньше Арен не замечал.
Наоми могла быть циничной, экзальтированной, истеричной – но не жестокой.
– Все нормально? Какие-то проблемы в
ресторане? – Ринджи, зашедший к нему в кабинет, чтобы обсудить текущие дела, резко осекся на середине фразы и внимательно взглянул на брата.– Так заметно? – недовольно сдвинул брови к переносице Арен.
Он считал, что пропажа Наоми не могла отразиться на его жизни – их уже ничего не связывало, кроме жалкого куска воспоминаний, однако Ринджи уверенно кивнул:
– На тебе лица нет.
Между бровями Арена пролегла морщинка, пальцы чуть крепче сжали лист бумаги, содержащий отчет о прибыли.
– Сегодня ко мне приходила Рика Ито.
– Сестра Наоми? Зачем?
– Наоми пропала, – Арен сказал это и внезапно осознал, что его бывшая супруга действительно пропала.
Ее нигде нет – если бы он захотел увидеть ее прямо сейчас, то не смог бы этого сделать. И, скорее всего, никогда не сможет.
Горло сдавила невидимая рука. Игараси был реалистом и прекрасно понимал, что раз требований о выкупе никто не выставил, то Наоми с вероятностью в девяносто процентов мертва.
– Что? Объясни, – потребовал Ринджи. – Что значит – пропала?
Арен рассказал все, начиная с визита бывшей супруги в пятницу и заканчивая встречей с Рикой сегодня – на протяжении пересказа лицо брата становилось все более мрачным и обеспокоенным, выдавая тревогу за жизнь Наоми.
Ринджи терпеть не мог – как он их сам называл – пустоголовых эгоистичных дурочек, однако – парадокс – Наоми ему нравилась. Несколько раз он защищал ее – во время бракоразводного процесса именно Ринджи уговорил брата не принимать поспешных решений, благодаря чему Наоми удалось оттяпать немало денежных средств и остаться при этом целой и невредимой.
– Ты уже связался с Макото? – уточнил Ринджи.
Арен кивнул. Макото, старый друг их семьи, имеющий непосредственное отношение к якудза, не сказал ничего дельного.
– Да. Безрезультатно, – добавил он, опережая следующий вопрос брата.
– Но ведь куда-то же она делась, – резонно заметил Ринджи. Встал, бесцельно обошел кресло по кругу и выругался: – Почему ты не выслушал ее?
– Было не очень интересно, – признался Арен. – Я решил, что это один из способов Наоми потрепать мне нервы.
– Давно ли она трепала тебе нервы? – рявкнул брат. – Три месяца прошло с вашего развода, и с тех пор Наоми почти не беспокоила тебя.
– Вот именно – почти, – Арен потер виски. – Расслабься, Ринджи. Не исключено, что Наоми сама устроила этот спектакль.
– Чего ради?
– Понятия не имею.
– Кровь свою она тоже разлила?
– Наоми обычно внимательна к деталям. Ее любимый фильм – «Исчезнувшая».
– А ты обычно не такой мудак, – Ринджи уселся в кресло, закатывая рукава рубашки. – В ее квартире не было ничего необычного?
– Нет. Разве только… Перо.
– Перо?
– Птичье перо в ящике. Похоже на воронье.
– Зачем Наоми воронье перо?
– Не знаю, – с раздражением повысил голос Арен. – Может, это какое-то особенное перо. Наоми была помешана на всяком старье и древних вещицах.