Олаф-сотник
Шрифт:
– Они приходили к вам в Темьен?
– удивился Люсьен.
– Да, зимой. Тогда раско... То есть господа смертоносцы замерзают, особенно по ночам. Не совсем, конечно, а просто становятся грустными и вялыми. Тогда джеты и подбираются, иногда налет устроить, а иногда - просто с рабами поговорить, позвать к себе.
– Странно, что вы все не убежали, - удивился Олаф и для Зижды добавил: - Вас ведь ели живьем.
– Не всех сразу, высокий господин сотник. Мы уж знали: если с нашей улицы кого-то взяли, то потом несколько дней живи спокойно. А еще я - плотник, хотя им такой и не нужен, а все же восьмилапые уважали
"Темьен сгорел, потому что жил без Договора," - высказался Зижда, и Мешш согласился с ним коротким эмоциональным всплеском.
– "Если бы вы сражались на стороне восьмилапых, победа была бы не с нами. Слава Повелителю!"
– Слава, - согласился сотник, и тут же вскрикнул, когда смертоносец провалился в яму.
Он хотел было остаться в седле, но Зижда не торопился вылезать.
"Нет опоры лапам!" - выкрикнул он.
Олаф соскочил в жидкую грязь, сдернул, ломая ногти, со спины друга мешок с оружием. Паук задергался в яме, ухватился наконец двумя конечностями за кустарник и медленно подтянулся. Олаф, как мог, постарался ему пособить.
"Я спасен," - грустно сказал Зижда.
– "Но это было опасно. С мешком я мог не выбраться. Мешш не довез бы груз один, приказ Повелителя не был бы выполнен. Впредь я буду осторожнее."
– Да, я хотел тебя попросить о том же, - облегченно вздохнул чивиец.
Мешок с оружием был самой тяжелой частью груза. Сперва его нес Мешш, но Зижда почувствовал усталость и решил его подменить. Сотник остался на смертоносце, а вот Михаш пересел к Люсьену.
"Давайте, я пойду вперед," - предложил Мешш.
– "На мне два человека, они могут спрыгнуть. Вещи не тяжелы."
"Я справлюсь!" - прикрикнул по праву старшего Зижда, но тут же успокоился: - "Пусть решит Око Повелителя."
– Я думаю, Зижда просто будет идти осторожнее, - сотник решил не обижать паука.
– Ну что вы там сидите? Помогайте положить обратно мешок. Ох, не много ли это за Стаса? Он столько не весит.
– Как знать, - прохрипел Люсьен, когда они втроем подняли груз и болота. Мешок промок и стал еще тяжелее.
– Сильда вкусно готовит.
– Что-то ты мало ел, предпочитал ругаться с ней. Садитесь, едем дальше.
Крохотный караван продолжил путь. Двигались они медленно, но гораздо быстрее, чем если бы шли без пауков. Скорее всего, Олафу с Люсьеном и Михашем просто не удалось бы пересечь болота, решил сотник.
– Михаш, а как бы ты шел здесь один?
– Не знаю, - вздохнул тот.
– Вообще-то рабы обычно с джетами убегают. По ручью до устья Каменки, туда их ладьи добираются. То есть мимо болота плывем.
– Что же ты нас-то повел по болоту!
– расстроился Люсьен.
– Лучше уж вдоль реки!
– Там берега каменистые, - объяснил темьенец.
– Потому река так называется. Господа смертоносцы там просто не смогут идти. Большие камни, с четыре головы величиной, навалены как горох. Под восьмилапыми они раскатываются, получается безобразие.
– А здесь - не безобразие? Загнал смертоносцев в болото!
– Так быстрее, - виновато пожал плечами Михаш.
Спустя еще несколько часов барахтанья в грязи и тине смертоносцы оказались перед полоской черной
воды. В броске копья впереди зеленела трава, росли деревья.– Вот это она и есть, коса, - доложил темьенец.
– За ней озеро. Только надо переплыть эту воду, она глубокая.
– И как ты поплывешь?
– мрачно спросил Олаф.
– Ну...
– замялся бывший раб и огляделся.
– Я бы плот сделал.
– Из чего, позволь спросить? Из кустов?
– Я не знаю, высокий господин, - признался Михаш.
– Я ведь хотел бежать зимой, когда придут джеты. А вышло раньше, да еще с вами. Вот я повел напрямик, как знал.
– А что коса отделена от болта этой водой - ты не знал, - уточнил Олаф.
– Замечательно. Будем искать обход.
– А может...
– начал было Люсьен, но тут в воде плеснула такая большая тварь, что он осекся.
Разгонять импульсами ужаса жителей вод пауки не умели, реки и озера, не говоря уже о морях - совершенно чуждая для них среда. О том, чтобы плыть, не могло быть и речи. Погибли бы даже люди, а не только еще более беспомощные в воде восьмилапые.
– И мешок тяжелый...
– в такт мыслям сотника добавил стражник.
– Обход искать можно долго, отсюда я ничего не вижу.
Смертоносцы стояли на самом берегу этого неожиданно возникшего на их пути водоема, ровная линия черной воды уходила в обе стороны, насколько хватало глаз. Сотник хмурился, Михаш не знал, куда деть глаза.
– Пошли направо. Если уж искать, то в сторону этой реки.
– Каменки, - подсказал темьенец.
– Только к ней не пройти, там косогор, колючками заросший, и высокие господа смертоносцы...
– А может, ты меня за нос водишь?
– внезапно рассвирепел сотник.
– На Джемму хотел? Вот она, твоя Джемма, впереди! Иди, плыви, что стоишь?
– Один я бы по Каменке...
– чуть слышно пробормотал Михаш.
Из воды высунулась огромная вытянутая голова со сравнительно маленьким, круглым, толстогубым ртом. Оба паука мгновенно ударили ее импульсом ужаса и гнева, болотное чудовище разинуло пасть и исчезло.
– Все равно пошли направо, - решился Олаф.
"Мы могли бы разойтись," - подал голос Зижда.
– "Ты Око Повелителя, твое желание закон, но я..."
– Расходиться не будем!
– прервал его сотник.
– Направо, и идите осторожно.
По прежнему глубоко проваливаясь лапами в жижу, пауки пошли в указанном направлении. Вскоре на горизонте показались верхушки деревьев. Олаф решил было, что им повезло, но маленькая роща была отделена от косы все той же ровной черной линией. Смертоносцы все с большим трудом сдерживали неприязненные эмоции, сырость выводила их из себя. Если в ближайшее время пересечь уйти из болота не удастся, придется возвращаться, иначе у кого-нибудь из восьмилапых начнется истерика.
Роща оказалась обитаемой. Непонятно как очутившаяся здесь семейка шатровиков почти сплошь затянула деревья паутиной, в меру сил уменьшая поголовье болотных мух. Навстречу пришельцам выскочили несколько самцов, угрожающе затопали, завертелись, поднимая брызги.
"Мы отгоним их," - пообещал Зижда.
– "Но лучше бы убить, если ты хочешь войти в рощу. Там есть много других, и их тоже надо убить, потому что старая самка очень сильна. Ее будет трудно удерживать на расстоянии."