Огнеборец
Шрифт:
Осколки стекла медленно вышли из моей плоти и забарабанили по металлическому полу.
— Очень удобно, — прокомментировал Ленский. — А игнитом ты, случайно не станешь?
Он спрятался от атаки за ледяным щитом, который воздвиг прямо перед собой.
Я чувствовал, что буквально на грани. Ещё маленький толчок — и я потеряю над собой контроль, как тогда. И тогда вновь откроется очаг, и один игнит окажется меньшей из проблем.
Девушку же словно парализовало. Потеряв дар речи, она не отрывала от меня ошарашенный взгляд.
— Прячься! — прорычал я ей.
Голос был совсем не мой.
Она вздрогнула и будто пришла в себя. Изумленно посмотрела на меня глазами, затем на Ленского, и он кивнул ей.
— Охлади меня! — прорычал я ему.
— Мохито или пина колада?
— Сейчас же! Потом твои тупые шутки!
— Как скажешь!
Дыхание со свистом вырвалось из моей груди, когда ледяная глыба, выросшая из ниоткуда, сковала меня в ледяных объятьях.
Вокруг меня всё зашипело, и взгляд заволокло непроглядным облаком пара. Но белую пелену тут же сорвала с нас налетевшая новая ударная волна от игнита, сопровождаемая очередным нечеловеческим воплем.
Выходец из Бездны никуда не делся и, медленно, покачиваясь в такт движению поезда, шёл на нас по пылающему в адском огне вагону-ресторану.
— Лучше? — словно издалека донёсся до меня голос Ленского.
В ушах звенело, а сердце всё ещё бешено стучало в висках. Я припал на одно колено. Чувства начали возвращаться ко мне после того, как я чуть не потерял сознание после этого экстренного охлаждения.
Но это сработало — я больше не чувствовал, как нечто изнутри меня — нечто голодное, пытается перехватить надо мной контроль.
Я встал и выпрямился во весь рост. Расправил плечи. Дорогая рубашка обгоревшими клочьями висела на мне. От черных волос шёл дым.
— Ну, иди сюда, мерзкая тварь, — прорычал я наступающему игниту.
Я повернул голову к стоявшему рядом со мной Ленскому.
— Я его задержу, а ты отцепляй вагон с этой тварью.
— А ты?..
— Как-нибудь справлюсь. Помирать я ещё не собираюсь.
— Один ты точно помрёшь!
— А какие варианты?
— Я это сделаю, — произнесла девушка, выйдя из своего укрытия между вагонами. — Я смогу отцепить их.
— Сил-то хватит? — прищурил глаза Ленский.
— Они не нужны. Если я разблокирую магзахват через панель управления, — кивнула она на мерцающий дисплей на стене, — стопорный штырь вытащит даже ребёнок.
— Ты уверена? — спросил я её.
— Да, — она на секунду замешкалась. — Только успейте вернуться.
— Непременно, — улыбнулся я, показал ей большой палец.
Её губы в ответ тронула робкая улыбка.
Мы с Ленским переглянулись. Бросив взгляд через раскуроченную стену вагона наружу, я увидел, как поезд неумолимо приближался к грандиозному подвесному мосту, перекинутому через широкую реку. Гладь воды, видная с высокого отвесного берега, пришла на смену тёмным силуэтам деревьев, мелькавших в провалах развёрзшегося от жара и пламени вагона.
Полыхающий огнём ресторан выбрасывал в тёмную ночь снопы искр, отмечая движение состава хвостом, как у кометы.
Игнит неумолимо приближался к нам, неровно шагая среди учинённых им разрушений. В ореоле пламени искажённое, угольно-чёрное подобие человека казалось усмехающимся.
Ну ничего. Мы посмотрим ещё, кто кого.
— Ну что, — хищно
оскалился я, глядя на него, — время затушить эту тварюгу.— С радостью! — кивнул Ленский и закатал рукава.
Я рванул вперёд навстречу нашему противнику.
Игнит зарычал. Из его пасти навстречу мне хлынула струя ревущего багрового пламени.
Ну уж, огонь то мне не страшен. Я остановился, уперся ногами в пол вагона, и выставил вперёд руки.
Как нож, разрезающий воду, я разорвал несшийся мне навстречу поток пламени на две половины. Жалобно застонав, пламя рассеялось в ночи, осветив её всполохами огня, которые тут же унеслись прочь, не поспевая за мчащимся поездом.
Когда волна огня закончилась, я опустил руки и выдохнул густое облако дыма.
— Может, ещё холодку? — возник передо мной Ленский.
Пользуясь замешательством игнита, он отправил в его сторону несколько бритвенно-острых осколков льда, материализовавшихся перед ним по его воле. Стремительными, смертоносными снарядами понеслись они прямо к игниту, целясь в его сердце.
Игнит вспыхнул ярче, и ледяные снаряды с шипение расплавились, превратившись в водяной пар, застилающий ему взор. Только его огненные глаза горели в белесом тумане.
— В порядке, — ответил я.
Я смахнул с плеча занявшийся на остатках рубашки огонёк. Похоже, таки когда мне не нужно регенерировать, я не так сильно разогреваюсь.
— Наш друг, похоже, тоже, — кивнул Ленский.
Потоки воздуха, ревущие снаружи, ворвались внутрь пылающего вагона и рассеяли туман, явив нам пышущего адским огнём игнита, который медленно, но неумолимо надвигался на нас.
Его бритвенно-острые когти на звериных ногах, взрезая металл, впивались в полыхающий пол. Длинный толстый хвост с бритвенно-острым когтем на конце хлестал во все стороны, разнося ту мебель, которая ещё не развалилась от огня.
Он уже прошёл середину вагона-ресторана, и от нас его отделяло не больше десятка метров.
— Как там сцепка?! — крикнул я через плечо.
Взлохмаченная голова девушки показалась в дверном проёме тамбура. Вернее в том, что от него осталось.
— Панель управления почти перезагрузилась! — голос её сорвался, — Ещё немного времени!
— У нас его нет! — прокричал ей Ленский.
— Придется найти, — ответил я, развернувшись к наступающему игниту.
Собравшись с силами, я вытянул руки и сосредоточился на пламени, что пылало в моей груди. Черт, это не так то просто. Во время похищения всё было проще — по наитию. А сейчас… Будто я пытался обуздать бушующую горную реку. Как и ревущая река, пламя не имело хозяина. Оно подчинялось лишь силе.
Её оно и получит.
Вены вздулись на моих висках. Я зарычал от напряжения. Сконцентрировал всего себя на этом ревушем жаре в груди, готовом вырваться наружу.
Наконец пламя поддалось. Сначала нехотя, едва сдвинувшись. Я сначала подумал, что мне показалось. Но затем ещё. Капля за каплей, пробиваясь через невидимую плотину. Камень за камнем вылетал из невидимой стены, уносимый ревущим потоком огня бушуюшего внутри.
Наконец оно сдалось. Вырвалось наружу.
Повинуясь моей воле, поток ревущего огня вырвался из моей груди. И пылающая струя огня врезалась в грудь напирающего игнита.