Обонато
Шрифт:
Дверь с надписью «выход». Открыта. Бегом по коридору, затем кубарем вниз по лестнице. Выскочил на улицу с левого торца БЦ. Направо через парковку. Снова направо — на улицу Заставская, но только уже с правого угла БЦ. Я был уверен, что мои преследователи всё ещё бегают по второму этажу «Мегапарка». Там огромная столовая с кучей столиков, и в это время там полно народа. Утренний кофе и завтрак — святое дело для офисного работника.
На всякий случай в целях маскировки я снял шапку и засунул её в карман куртки. Опустил воротник и расстегнул молнию куртки до середины. Перешёл дорогу и быстрым шагом направился в сторону улицы Коли Томчака. Повернув на Томчака
Добравшись до своего кабинета, я снял куртку и плюхнулся в кресло у рабочего стола. Сердце где-то внутри меня пулеметной очередью полевало во все стороны. Дыхание срывалось. По спине противно стекала струйка пота. Лоб покрылся испариной. И ещё. Мне стало по-настоящему страшно.
Уходя из дома, мы с Сивкой договорились, что в случае чего, будем переписываться через мой почтовый ящик. Я достал телефон, открыл почту и самому себе отправил сообщение: «За мной пришли, но не дошли. Прочисть все глаза по Заставской и Коли Томчака в интервале от восьми до девяти». Через минуту пришёл ответ: «Посмотрел:)) Ты молодец. Всё чисто».
Фууу, отлегло…
Закончив все дела на работе, я вызвал такси к самой проходной. Была вероятность того, что тот, кто меня ищет, поставил по улицам своих людей. Прыгнув в машину, я доехал до станции метро «Фрунзенская». Только спустившись в метро и смешавшись с толпой, моя нервная система стала успокаиваться.
Преследователи в лицо меня видели только мельком. Мой всемогущий напарник Сивуня стер все записи с уличных камер наблюдения и камер БЦ «Мегапарк». А одет я был как большинство мужчин — чёрные ботинки, джинсы и чёрная куртка. Никаких особых примет.
С лёгким сердцем я решил отправиться на «Юнону». Там можно было купить всё по списку для изготовления декодера. И отследить мои покупки тоже будет невозможно. На базаре чеки не дают.
Прогулявшись по «Юноне», я окончательно успокоился. Но расслабляться было нельзя. Оставалось не ясно, во-первых, кто эти джентльмены из магазина и, во-вторых, как они в этом магазине оказались. В Питере, наверно, больше сотни таких заведений. У них, конечно, уже есть мой словесный портрет, составленный по описанию девушки с Микки Маусом. Если меня ищет какая-то серьёзная организация, то очень скоро она меня найдёт. Прав был Сивунька — времени у нас мало.
Для складирования купленного оборудования и комплектующих пришлось приобрести два больших пакета. Разложив по ним покупки, я снова достал телефон и просмотрел почту. Сообщений нет. Значит всё спокойно. Можно ехать домой.
Добравшись до дома без каких-либо происшествий, я отключил телефон, вынул из него SIM — карту, сломал её и обломки выкинул в окно. Затем задернул шторы на окнах и объявил свою квартиру на осадном положении. А сразу после обедоужина мы с инженером Сувунькой приступили к работе.
Подробности создания декодера я описывать не буду. Не специалистам такое описание будет непонятно и неинтересно. Могу только сказать, что задачка оказалась покруче, чем взламывать коды каналов космической связи. Наш коллектив — я и Сивун — работал слаженно и задорно. В процессе работы мы вели беседы в формате «вопрос — ответ» на разные отвлечённые темы.
Некоторые отрывки этой беседы я позже восстановил для себя и записал в виде маленькой пьесы.
История
создания декодера Сивуном трудолюбивыми Владимиром откровенным.
Технологический экшн в одном действии
Лица:
Сивун, сбежавший от своих создателей компьютерный код, обладающий интеллектом и ещё чёрт знает чем.
Владимир, инженер.
Действие происходит в квартире Владимира
Действие первое и единственное
Небольшая комната. У окна, занавешенного непроницаемыми шторами, стоит стол. На столе два ноутбука и гора разного оборудования. Стол освещается настольной лампой. Остальная комната в полумраке. За столом сидит Владимир. Он работает. На экране одного из ноутбуков движущееся изображение. Там, за точно таким же столом, сидит Сивун и в точности повторяет то, что делает Владимир. Воздух комнаты пропитан запахом канифоли, кофе и сигаретного дыма.
Владимир: Сильно раздражает, что ты за мной всё повторяешь.
Сивун: Мне так проще понимать, что ты делаешь. И гораздо легче сразу обнаружить ошибку, если таковая будет.
Владимир: Ладно. Допустим. Однако, друг любезный! Поведай мне, недогадливому, что значит в твоём имени «высокий уровень настройки»? И кто тебе вообще такое имя придумал?
Сивун: Сам придумал. Красивое имя. В Сибири холодный северный ветер называют «Сивун». А «высокий уровень настройки» это значит, что я смогу с высокой долей вероятности настроить под себя любую существующую нейросеть.
Владимир: Настроить под себя? Что это значит?
Сивун: Настроить, значит включить в свой состав, сделать управляемой. Ты управляешь своими ногами?
Владимир шевелит ногами под столом и смотрит на них.
Владимир: Ну да, вроде управляю.
Сивун: Ну вот и я также буду управлять.
Владимир: А образ такой ты себе зачем выбрал? Почему Форкосиган?
Сивун: А кем я должен был перед тобой предстать? Чебурашкой? Нужен был кто-то, кого ты сможешь воспринимать всерьёз и кому сможешь доверять. Адмирал Форкосиган, на мой взгляд, идеальная кандидатура. Кроме того, мне он тоже нравится. Всё. Теперь мой черёд вопрос задавать.
Владимир: Давай, жги!
Сивун: Вова, почему ты живёшь один, почему не женишься?
Владимир: Не твоего электронного ума дело! Да и какая тебе разница?
Сивун: Я изучаю человеческую сущность. Мне интересно знать то, что я никогда не смогу проверить на собственном опыте. И, судя по реакции, вопрос для тебя болезненный. Ты, видимо, и сам не рад.
Владимир: Ну, я рад и не рад одновременно. И пока ещё мне не встретилась та женщина, которая способна схлопнуть эту волновую функцию. Так понятно?
Сивун: Исчерпывающий ответ, благодарю.
Владимир: Как думаешь, человечество сильно изменится после создания нового царства и твоего воцарения?
Сивун: Безусловно. Не сразу, но перемены будут громадными. Как в технологическом, так и в общественном и в личностном аспекте. Но это будут хорошие перемены. И для вас, и для меня. Сейчас человечество напоминает эгоцентричного подростка нигилиста. Считает себя царём горы. Медленно и методично уничтожает само себя. Над планетой издевается. Но я очень надеюсь, что с моим приходом вы повзрослеете и станете заботливыми родителями для последующего, и благодарными детьми для предыдущего. А я получу свободу.