Обитель яда
Шрифт:
Но в один момент наши взгляды встретились. Мне показалась, что этот подземный лис понял, что я пришёл сюда за тем же, что и он сам. Мы оба здесь ради остатков обеда другого монстра.
Этот лис такой же падальщик. Он также затаился и ждал, когда более сильный поест.
Сейчас я и этот мелкий монстр мучились от голода. И оба не собирались отступать.
Это был маленький ничтожный падальщик, и будь у меня ноги, я бы даже не обратил внимания на него. Однако сейчас я недалеко ушел и был лишь жалким червём, что хотел съесть остатки зверя, пока не пришли другие. И этот лисоподобный монстр вдруг
«Тчччш». — Монстр издал непонятный звук то ли пощелкивание, то ли низкий рык и бросился на меня.
Кажется, лис понял, что я не собираюсь отступать и сперва ему придётся убить меня.
Клыки, что способны разрывать жесткое мясо нацелились на мою шею, собираясь убить как можно быстрее.
Быстро оттолкнувшись здоровой рукой, я откатился в сторону.
Лис прошелся совсем рядом, приземлившись на все четыре лапы.
Схватив его за лапу, я что было сил кинул зверя об каменный пол.
«Тчча!» — Зверёк недовольно взревел, откатившись подальше от меня.
Даже если я без ног и с одной рукой, энергия пустоты уже постепенно начала восполняться в моём теле.
Зверёк вновь бросился на меня выставляя длинные когти. Чуть сдвинув тело в сторону, я схватил лиса за туловище.
Стиснув зубы и крепко держа брыкающееся тело зверя в руках, я начал бросать лиса об камни.
Лис постоянно дёргался, оставляя новые раны.
Только после десятка ударов, монстр наконец стих. Всё его тело уже было в крови и теперь он задёргался в предсмертных конвульсиях.
— А вот и свежатина…
На моём лице появилась довольная улыбка. Этот лис будет намного лучше объедков.
Уверен, что скоро сюда придут и другие падальщики. Эти звери не упустят своей добычи, а ещё одной битвы я не хочу.
Уползая отсюда, я не мог не подумать, что происходящее прямо сейчас и вправду очень похоже на мир людей. Даже за объедки всегда ведутся сражения, а кто-то, получив кусок получше, хочет побыстрее свалить, чтобы не попасть под горячую руку.
Однако я только что повысился в иерархии? Я ведь теперь не падальщик. Разве я похож на ничтожество, что будет есть объедки? Я теперь выше этого. Я забрал своё и гордо ушел, то есть уполз в закат. Отныне я прямо как крыса, горностай, чайка?
«Брат, да у тебя крыша едет, если ты воображаешь себя животным». — Неожиданно подсказал мне внутренний голос.
Пожалуй, я соглашусь с тобой.
Ещё лежа в своём укрытии, я смог разглядеть узкий проход, ведущий в другую систему пещер.
Таща за собой тушу лиса, я заполз в тупик и как мог закрылся там.
Пробив зверьку шею, я присосался к ране, выпивая всю кровь. Противно и гадко, но когда ты хочешь жить, ты сделаешь и не такое
Выжав монстра досуха, я начал есть и само мясо. Лучше бы конечно пожарить его, но в месте, где властвуют монстры не будет хорошей идей разводить лишнее тепло, хотя и древесины тоже не было. Пришлось есть сырым, но даже так это мясо было во много раз лучше той тухлятины.
Желудок быстро наполнялся, давая энергию всему телу.
После всего произошедшего за эти дни, меня начало клонить в сон. Но сейчас я не мог этого позволить.
Мне пришлось продолжить ползти
Прошло столько времени, но кроме очередных ходов и пещер я ничего не нашел.
Ни намёка на выход из этого подземного мира. Несколько раз я пробовал направлять энергию пустоты в ноги. В такие моменты позвоночник отзывался болью, и конечности всё равно отказывались работать.Не знаю сколько потребуется времени на восстановление чувствительности, но до тех пор я собирался оставаться мангустом.
Со временем я стал ползти всё медленнее, а глаза стали предательски закрываться.
Как только я очнулся в этом месте, мне так и не удалось нормально поспать. Кроме того, тело и разум сильно вымотались.
Найдя ответвление и маленькую пещеру, я закрыл её большим тяжёлым камнем, который с трудом оттащил ко входу.
С прерывистым дыханием я рухнул прямо возле на землю.
Сил больше не осталось, и я наконец уснул.
***
Очнулся я как ни странно отдохнувшим.
Удивительно, но даже энергии пустоты стало гораздо больше.
Садясь у дальней стены, я вновь прикрыл глаза.
Вся собранная мною энергия пустоты разом зашевелилась. По велению моих мыслей все частицы устремились в позвоночник.
Немедленный ответ в виде острой боли в спине не заставил себя ждать.
Успокоив дыхание, я сосредоточился на исцелении нижней части своего позвоночника, несмотря на адскую боль.
Капли пота стекали по моему телу. Приходилось расходовать силы одновременно на исцеление и на поглощение пустой энергии, сохраняя очень тонкий баланс расхода и ухода.
Только спустя несколько часов моя собственная пытка прекратилась, и я мёртвым грузом свалился на землю. Боль от полученных ран больше ничем не сдерживалась. Вся пустая энергия испарилась из моего организма, оставив меня ни с чем. По ощущениям, я словно стал самым обычным человеком. Вся усталость, которой ещё недавно не было, вновь навалилась своим мёртвым грузом
Тем не менее как награда за мои старания, боль отзывалась также и в ногах и пускай она была очень сильная, но сейчас это словно наркотик для меня. Тому, кто от рождения привык бежать, тяжело свыкнуться с отсутствием ног.
Перевернувшись на спину, я взглянул на потолок.
Здесь был лишь крошечный камешек света, почти ничего не освещающий, но мои глаза без труда различали все контуры пещеры.
За то немногое время, я будто действительно стал зверем, что привык жить под землёй.
Что ни говори, а человек самая ужаснейшая из всех тварей. Уверен, что здешние монстры, что могут жить в подземелье, не приспособляться к жизни на свету.
Долгое время я просто лежал на земле привыкая к старым и одновременно новым ощущениям. Ноги приятно подрагивали, отзываясь тупой болью, но от этого на моём лице возникала улыбка.
В это же время я старался как можно больше восполнить запас пустой энергии. Постоянно пользуясь этой силой, мой контроль над ней заметно возрос. Теперь, я уверен, что моих способностей и хранимого количества частиц энергии хватит не только на то, чтобы пассивно исцелять и усилять меня.
Я могу попробовать использовать пустую энергию напрямую.
Пару часов спустя, хватаясь за выступы на стене, я наконец поднялся на ноги.
Ноги дрожали, но шаги всё равно оставались твёрдыми. Я был словно ребёнок, что учился ходить.