Обет Безбрачия
Шрифт:
– Захочешь решить свой вопрос звони, – мне протянули визитку, на которую я посмотрела. Я ожидала увидеть юриста, адвоката, прокурора, на худой конец – похоронное агентство. Черные мрачные цветочки как бы предусматривали последний вариант, а шарики – юридическое надувательство.
«Организация радостных событий, свадеб, поминок, юбилеев и прочих веселых торжеств»
Шрифт был такой, каким пишут название фильма ужасов. Особенно мне нравился черный крестик на грани одной из букв.
– Это – не крестик, это – блик, – пояснили мне. Ну-да, кому и поминки – радость. Я осторожно перевернула визитку. На черном фоне была многообещающая
– А это что за оператор? – поинтересовалась я, глядя на номер. Мне точно не придется продавать душу, чтобы дозвониться?
– Наберешь. Я перезвоню, – ответили мне, нависая надо мной черной тенью. Тариф «Лось» – набери и сбрось! Что тут не понятного!
Я хотела выбросить столь радостную визитку, понимая, что угроза «будет весело» заставляет меня сильно задуматься над чужим маркетингом. Я осторожно приоткрыла дверь, слыша, как на всю мощь играет телевизор, а сама прошла в свою комнату, сбросив со стула кофту с изрезанными карманами.
Я включила старенький ноутбук, не понимая, почему он открыт. Я попыталась закрыть его, видя, что он залит клеем и теперь не закрывается.
Мой маленький сайт с воздушными шариками открывался долго, а я умильно посмотрела на счастливых молодоженов, а потом подняла глаза к потолку, придумывая, кто я сегодня? О! Екатерина и Василий!
– Спасибо вам, дорогая Ангелина за нашу чудесную свадьбу, – проговаривала я комментарий, отгоняя жадностью совесть. – Нам все очень понравилось… Так, а что нам понравилось? О! Сценарий был просто замечательный! Вы сделали наш день особенным. Мы обязательно порекомендуем вас нашим друзьям! Еще раз спасибо!
– Милые мои, Катерина и Василий. Мне было так приятно проводить вашу свадьбу! Спасибо вам за эти теплые слова благодарности, – я чуть не пустила скупую слезу, отвечая на собственный комментарий. Пока я любовалась своей страничкой, мой взгляд снова упал на суровую визитку. Может, позвонить? Я вертела в руках телефон, нервно поглядывая на номер.
Дверь в комнату торжественно открылась.
– И что ты тут делаешь? – поинтересовалась я, глядя, как качался в дверном проеме морячок. Да, судно нашей любви давно не меняла медсестра, а лодка нашей семейной жизни, случайно зайдя в уютную гавань, напоролась на рифы и утонула.
– Я секс ищу! – поставил меня в известность супруг.
– Ой! – я прижала руку к груди. – Неужели потерял? Какой кошмар! Вот интересно, куда же ты мог его положить? Под кроватью смотрел? Может, он туда закатился? Секс – он такой! На полочках глянь, там, где лежат наши зубы. Он может быть где угодно! Ты главное, не прекращай поиски! Секс – это очень важная вещь! Без нее никак! Как же так! Сначала совесть потерял, а потом секс! Заодно поищи мое терпение! Потому что здесь их точно нет! Я проверяла! Можешь поверить мне на слово!
Морячок покачнулся и отправился к берегам родного санузла, где его ждало его судно, на котором он совершит далекое и увлекательное плаванье.
Я выждала момент, когда морячка свалит морская болезнь, наскребла по сусекам храбрости, набила номер и нажала кнопку вызова, глядя, как на треснувшем экране идет дозвон. Без шести минут полночь. Нет, все-таки зря я это сделала. Сбрасываем номер! Все! Забыли!
Я сидела и проверяла почту, поглядывая на молчащий телефон. Мне никто не перезванивал. Ну, не перезвонит, так не перезвонит… Ничего страшного. Страшно будет,
если перезвонит. Кстати, поминки я еще ни разу не проводила!Ровно в полночь телефон заорал, напугав меня и заставив выключить звук. В соседней комнате заворочалось чудовище.
– Алло! – шепотом произнесла я, поглядывая на дверь.
– Я сейчас подъеду, и все обсудим, – послышался в трубке спокойный и мрачный голос. Почему у меня есть предчувствие, что заказывать нас на свадьбу будут исключительно киллеру? И не факт, что киллер решит сыграть свадебку.
«Выходи», – появилось сообщение, а я прокралась в прихожую, набрасывая на плечи куртку.
Я прикрыла за собой дверь и калитку, глядя на черный силуэт машины. Дверь открылась, а лампа осветила черный салон.
– Итак, – передо мной появилась папка, к которой была приколота знакомая визитка. – Ты все таки решилась. Поздравляю.
– А как вас зовут? – осторожно поинтересовалась я, глядя на четкий профиль и мрачную усмешку.
– Меня стараются не звать, – мрачная усмешка стала приобретать нотки сарказма. – Пусть будет Дон.
– Вот не могу сказать, что очень приятно, но попробую, – неуверенно заметила я, глядя на рекламу. – Очень приятно, Дон. Меня зовут Ангелина.
– Мне изобразить радость? – на меня посмотрели таким взглядом, которым можно испортить не только праздник, но и суп на плите. – Хорошо, я попытаюсь. Я достаточно жизнерадостно улыбаюсь?
Меня одарили такой зловещей улыбкой, от которой чудовища под кроватью заверещали бы: «Да нет, ну нафиг! Мы отсюда не вылезем!», маньяки в окрестностях решили завязать, и возможно даже, на узелок, а я просто подумала, что кошелек с такой фотографией можно спокойно оставлять без присмотра.
– Радостные мероприятия проходят неплохо. Но, мне кажется, чего-то не хватает, – задумчиво заметил Дон.
– Может, радости? – осторожно предположила я, глядя на рекламный слоган: «И волосы зашевелятся от счастья!» и вопросительно приподнимая брови.
– Возможно, – задумчиво согласился Дон, снова переводя на меня взгляд и на визитки. – Условия сотрудничества просты. Вот договор. Я беру на себя поиск клиентов, организационные вопросы, оформление по требованию, а ты несешь радость.
«В полных штанах?»– пронеслось в голове, пока я читала грамотно составленный договор. В машине пахло роскошными мужскими духами. Ваниль и что-то еще, что я так и не могла определить, смешивались с сандалом, и чувствовались едва уловимые нотки восточных пряностей. Мне казалось, что даже договор был пропитан этим запахом. Поверх договора лежала золотая ручка с тонким пером.
– Смех и радость мы приносим людям! – заметила я, раздумывая, соглашаться или нет.
– А если они их не заслуживают – уносим обратно, – усмехнулся Дон, а уголок его губ дрогнул. – Подписывай.
С менеджером я еще никогда не работала. Что-то мне подсказывало, что если бы на уже вчерашней свадьбе был Дон, то после его взгляда у Олега возник только один вопрос: «А в больнице нормально кормят?». Еще свежа была в голове свадьба, на которой пьяный свидетель схватил стул и бегал за гостями с криками: «Всех порежу!». «Не обращайте внимания! Сейчас пройдет!», – улыбалась мне его супруга, когда мы сидели под столом, а я верила, что герой пройдет и не заметит. «Еще бы! Он только недавно из тюрьмы вышел! Еще не привык!», – добавила она с грустной улыбкой, пока я искренне надеялась, что родственники жениха смогут его обезвредить.