O(r/d)dinary
Шрифт:
– Остаётся только верить на слово, – Дин потащил Кита подальше от Джесси, едва сдерживаясь от того, чтобы припустить бегом.
Где-то на границе мыслей у Джесси щёлкал ответ на их поведение. И он был почти уверен, что стоит открыть дверь логова Тома, он его найдёт.
Никаких вам электронных замков и ловушек. Гроза охотников на одарённых жил в простой комнатке, подходящей для того, чтобы ненадолго перекантоваться, но никак не для постоянного проживания.
Под проливным дождём текли потолки, Джесс даже побоялся включать свет, обеспокоившись здоровьем
Действительно ничего ценного. Набор вещей, чтобы переночевать. Но те никак не могли дождаться владельца, утопая в сезоне дождей.
Джесси посветил фонариком телефона на стену. Луч выхватил образы детей и подростков, навсегда запечатлённые в снимках. Снимках довольно старых. Видно, что они часто перевозились с места на место, теряясь и снова находясь, зарабатывали царапины и получали лечение кусочками прозрачного скотча.
Не сразу, но Мак нашёл его – мальчика с кошачьими глазами.
То, как он смотрел в объектив, как держался среди других детей – всё говорило о том, что он был среди них значимой фигурой. И дело не в том, что на снимке его поместили в лучшее место. Наоборот, он уступил лучшие своим товарищам. А сам занял самый краешек.
Дети носили одинаковую одежду. Значит, детский дом. Но это было давно. Где же сейчас все эти ребята, по каким уголкам света их растащила жизнь?
Наверняка эти люди важны для Тома, иначе бы он не стал хранить снимок и вешать его во временном убежище.
Джесс щелкнул фотографию на камеру. Почему-то у него сложилось такое впечатление, что исчезновение Тома с теневой границы связано с этими людьми. По крайней мере, можно проверить судьбу каждого, и, если кто-то захочет говорить, узнать у него, куда-же подевался Кот.
Копаться в чужой жизни дело, конечно, неприемлемое. Но Джесс хотел знать, жив ли Том. Не нужна ли ему помощь, и, если нужна, может ли он её оказать.
Он вдруг вспомнил о приведших его к убежищу ребятах.
"Он всегда знал, что мы его нашли. Но ему было всё равно".
В большинстве занимающихся устранением одарённых организаций платили деньги не за принесённую голову жертвы – за саму попытку нападения.
И за информацию о ней.
Если думать подобным образом, то можно додуматься до абсурдной мысли – Том специально сажал себе на хвост ребят вроде Кита и Дина, позволяя зарабатывать на информации о себе.
Потому что подобным ребятам больше нечем прокормиться. Том только не позволял себя убивать.
Джесси надеялся, что это не так. Но верилось с трудом.
Ли Том был странным. Но не то чтобы Джесс его не понимал.
Акт LXXII. Письмо
Правило клуба O(r/d)dinary №36:
Даже незнакомцы могут стать братьями
Джерри вынырнула из сна и словила волну пробежавших по телу мурашек.
Она находилась в незнакомом месте – первая мысль, что дома.
Фэй скатилась с дивана на пол и подлетела к окну.
Второй этаж. Небо затянуто серыми
тучами, а дома, к счастью, совершенно не те, которые виделись из-за решёток ее клетки. Крошечную толику спокойствия это дало, но та с треском разбилась об воспоминания прошлой ночи.Она попала в Странный клуб. Потом попыталась сбежать, но ей так невовремя поплохело от усталости и нервов. Не хотелось признавать правдивость слов притащившего его сумасшедшего, однако в чем-то он оказался прав. Джерри почти не спала уже как пару недель. По ночам ее прятала сцена в окружении людей, где пытавшиеся ее поймать не стали бы поднимать шумиху. Потом она искала себе уголок, чтобы скрыться. И постоянно боялась, что стоит сомкнуть веки, проснётся уже в родных стенах, под замком. Теперь уже навсегда.
Но сейчас она кажется выспалась. И не собиралась задерживаться надолго.
Джерри уже потянулась к ручке на оконной раме, когда услышала скрип двери и резко развернулась.
На пороге стояла девушка с искусственным глазом. При свете дня она уже не казалась такой зловещей, как ночью. Но знакомство с ней водить Джерри не желала. Потому, внутренне, и, кажется, даже внешне, ощетинилась колючим ежом.
– Ты уже проснулась? Нормально себя чувствуешь? – вдруг обеспокоенно спросила незнакомка.
И об эту искреннюю обеспокоенность Джерри споткнулась, проглотив всё, что собиралась наговорить секунду назад.
Нет, так больше нельзя. Нужно немедленно уходить, пока не появилось глупого желания остаться.
***
Фэй так и не ответила.
Бин же замерла на безопасном расстоянии, чтобы ее не нервировать.
– Твой пистолет на тумбочке. Там же сухая одежда, переоденься, иначе заболеешь.
Джерри согласно кивнула. И Картер выскользнула в коридор, как будто давая ей личное пространство. Но на деле...
– Десять... Девять... Восемь... – считала она, а тем временем сама шагала по коридору.
Джерри же в это время спешно стягивала с себя сырые вещи, буквально перепрыгивая в сухие. Последней схватила свою висящую на спинке стула кофту, кем-то заботливо выстиранную, но не успевшую высохнуть. Дёрнула старую оконную раму на себя.
– Один, – досчитала Коршун и услышала в отдалении звук падения. Негодующе закрыла ладонями лицо. – Ну что за ребёнок.
Фэй выпрямилась, обтерла о джинсы разодранные ладони, на которые неудачно приземлилась, и поспешила убраться подальше.
Однако чем больше шагов навстречу свободе делала, тем тяжелее они становились. В голове снова начинало неприятно трещать.
И она потихоньку стала подозревать, что что-то с этими неприятными ощущениями не так.
В конце концов ей пришлось остановиться – голова разболелась настолько, что она почти ничего не могла перед собой разглядеть.
Фэй не прошла и ста метров от здания злосчастного клуба. А оно уже звало ее назад, беспощадно стягивая ошейник.
Снова пошёл дождь. Капли упали Джерри на щеки, пролившись невыплаканными слезами.