Нянька
Шрифт:
Спустя час с четвертью ворота склада приоткрылись и с территории выскользнули двое живых. Один – определенно Человек, а второй – полукровка-орк. Человек держал у уха телефонную трубку, но не мобильник, а радио, судя по размерам и длинной антенне. Геральт предупредительно шикнул и замер. Синтия тоже замерла, глядя во все глаза.
Почти одновременно с этим родился и окреп звук работающего двигателя – это к тем же воротам подкатил небольшой грузовичок модели «Очаков». С такой же мордой, как маршрутки «Долина», их по всему Большому Киеву пруд пруди, даже Синтия, невероятно редко ездившая на чем-нибудь, помимо спортивок или
– Геральт! – прошептала Синтия, сообразив в чем дело. – Да никакой он не дикий!
– Сам вижу, – буркнул Геральт.
Тем временем из фургона грузовичка начали выгружать небольшие картонные коробки с надписями на боках. Геральт прищурился и пошевелил губами – читал, что ли? С такого расстояния полуорка не могла различить ни единой буквы.
– Н-да, – вздохнул Геральт спустя пару минут. – Всё понятно.
– Что понятно? Ты прочитал надпись? И что там написано?
– «Кетамина гидрохлорид» там написано. Знаешь, что это?
– Знаю, – нахмурилась Синтия. – Этим ширяются.
– Правильно! Образованная девочка. И принялся наблюдать дальше.
Грузовичок разгрузили очень быстро – скорее всего он приехал неполным. Кроме картонных ящиков с кетамином, имелись еще продолговатые белые пакеты в небольшом количестве. Некоторое время шофер грузовичка и двое встречавших курили и трепались в двух шагах от якобы чудовища, напавшего на усадьбу нанявшего их старого орка. Потом грузовичок уехал, а один из оставшихся живых полез по лесенке в кабину бульдозера. Повозился там, погромыхал чем-то и так же неспешно спустился. Жестикулируя и общаясь, местные вернулись за ворота и плотно затворили их.
– Пошли отсюда… – неожиданно сказал Геральт и, по-прежнему пригибаясь, шмыгнул в дверь.
Они отступили тем же путем, каким проникли в здание. И вообще в этот квартал. Только на улочку с бульдозером уже не стали заглядывать. Лишь когда удалились на приличное расстояние, Синтия осмелилась удовлетворить любопытство:
– Я так поняла, бульдозер мы трогать не станем?
– Не станем, – подтвердил Геральт.
– Почему?
– Потому что никакое это не чудовище. Обыкновенный прирученный бульдозер, флегматичный, как кастрированный кот. Кинуть нас пытались, дорогуша. Втянуть в разборки.
– Чьи разборки?
– А местных бандитов, которые наркотой торгуют. Ты видела, что выращивает нанявший нас дед у себя во дворе?
– Видела. И что это?
Геральт искоса посмотрел на нее.
– Н-да. Кетамин она знает, а коноплю нет. Дурь это, дурь! Конопля. Поняла?
– А! – сообразил Синтия. – Я просто никогда не видела, как она растет. Нам всегда уже заряженные стволы приносили.
– Хы-хы, – сказал Геральт. – Ну да, золотая молодежь, хозяева жизни… Понятно.
Синтия насупилась и отвернулась. Впрочем, как только Геральт открыл рот и принялся объяснять ей происходящее, все обиды мигом улетучились.s
– Все ясно как белый день. Эти орлы, которые с бульдозером, явно торгуют аптекой. А дед со своим фермерством выращивает коноплю и толкает ее по дешевке. Конкурирует. Ну, орлы и решили проехать по нему бульдозером.
А дед, не будь дураком, подрядил меня. Но это лишь полумера, понятно, что бульдозер можно и новый пригнать. Скорее всего деду нужно просто выиграть время. Сохранить еще не уничтоженные посадки. Уразумела?– Уразумела, – кивнула Синтия, закипая. – Вот гад! И что теперь?
– А ничего. Я ему не индикатор, проверять, как бульдозер охраняется да как у местных бандитов с точностью стрельбы. Верну бабки и идет он на фиг.
Синтия почему-то отметила, что, как только разговор пошел о бандитах-наркошах, речь Геральта сразу стала гораздо грязнее, чем обычно. Не скатилась к откровенной фене, но… «Бабки» вместо «деньги». «На фиг» вместо «ну его». Забавно. Но факт.
– Погоди-ка, – прервал ее размышления Геральт. – Уж не гаражи ли это?
– Не знаю… – Синтия всмотрелась. – А похоже?
– Похоже, дитя, похоже. Правда, не на гаражи твоей богатенькой родни, а на обычные городские гаражи… Пойдем-ка.
У ворот откуда ни возьмись возник хмурый вирг с берданкой.
– Привет, – развязно поздоровался с ним Геральт. – Колеса нужны.
Вирг не ответил. Оглядел сперва Геральта, потом Синтию.
– Ладная девчушка, – сказал он вместо «здрасте», откровенно пялясь на Синтию. – Не хочешь ко мне на полчасика?
– Не хочу, – сухо отозвалась полуорка. – А будешь настаивать – яйца отстрелю.
– Зря, – вздохнул вирг, мельком взглянув на помповуху Синтии, и повернулся к Геральту. – «Черкассы» устроят?
– Если не полудохлые и с полными баками – устроят, – сказал Геральт. – Сколько? Если российскими.
– Десять.
– Ты охренел? – несказанно изумился Геральт. – Две.
– Это ты охренел! Восемь.
– Пошли отсюда. – Геральт развернулся и взял Синтию за рукав.
– Эй, постой, постой, – заволновался вирг. – Ты куда? Пять!
– Да я стопом на шару доеду, – бросил ведьмак через плечо.
– Три!
Геральт и не думал оборачиваться;
– Ладно, две! Забирай, шахнуш тодт, скупердяй!
Вот тут Геральт остановился. Обернулся, мрачно взглянул на вирга.
– Выгоняй, – велел он. – И учти… Когда я сердитый – окружающим плохо. Да и девчушка… хорошо стреляет.
Синтия словно в подтверждение снисходительно улыбнулась и лениво повела стволом помповухи.
Вирг немедленно смылся куда-то в глубь своей епархии; вместо него на вышке над воротами появился подросток, тоже вирг. Правда, без оружия. Он недоверчиво глядел на пришельцев – неотрывно, пристально, словно сыч из дупла. Потом ворота открылись, и уже знакомый вирг выгнал наружу упомянутые «Черкассы» – небольшую шуструю легковушку. Новой машину язык назвать не поворачивался, но и уж совсем убитой – тоже. Геральт походил вокруг, придирчиво осматривая покупку, попинал зачем-то скаты, сел за руль, погазовал, послушал двигатель.
– Ладно, пойдет, – буркнул он удовлетворенно. – Садись, Синтия.
Синтия охотно отворила дверцу. Не выходя из машины, Геральт отсчитал две тысячи дедовыми полтинниками и сунул в окно:
– Держи. Бывай здоров.
– Бывай и ты… скупердяй. – Вирг тоже не отличался любезностью.
– Я не жадный, – в тон ему пояснил Геральт. – Я экономный.
– Все тут не жадные. – Вирг сноровисто пересчитал деньги и сунул в карман. – Особенно бонза местный.
– Это который? Который на бульдозере разъезжает?