Чтение онлайн

Я тоже приобнял графиню, и мы просто стояли так несколько минут, после чего Макеев всё же не выдержал.

— Барон… — он осторожно, тихим голосом привлёк моё внимание, подняв указательный палец вверх. — Есть много всего, что я должен вам сообщить…

— Не сомневаюсь, — я взял Анну за плечи и слегка отодвинул, посмотрев в глаза. — Нам надо спешить, ещё успеем друг другом налюбоваться…

Слушать Макеева прямо сейчас я не стал. Не то время, и не то место. Как это ни прискорбно, но случился самый неприятный сценарий. Макаров мог быть где угодно и даже в этом броневике. Какой же неудобный всё-таки противник. Как теперь ходить в туалет?

Я

засмеялся.

— Дима? — Анна удивилась. — Ты чего?

— Да так, — я отмахнулся от неё. — Макаров, сволочь, теперь даже в туалет без магии света не сходить.

Выдав шутку, я замолчал и выпучил на Анну глаза. Твою же мать! Ну, конечно же! Свет! Какой же я тугодум! Ведь свет убирает тени, и тогда он не сможет в них прятаться! Я стиснул кулаки от досады. А Макеев с Анной переглянулись с опаской, потому что не понимали, что у меня творилось в голове.

Кое-как успокоившись, я приказал собрать всех Карамазовых в обеденном зале. Во-первых, надо было разобраться с любимой тётушкой. Не знаю, получится ли у меня это, но попытка не пытка. Для этого я собирался использовать Беса, Макеева и Эрнеста Павловича. Посмотрим, может быть, мне удастся ещё и коснуться Людмилы Михайловны, чтобы установить всех участников покушения. А во-вторых, я собирался спрятать их всех подальше от Макарова. Соорудить что-то вроде бункера, в котором они будут сидеть до тех пор, пока я с ним не расправлюсь.

Насчёт самого бункера у меня тоже были кое-какие идейки, так что если он туда сунется, то сильно об этом пожалеет…

Дальше гостиница превратилась в настоящий муравейник. Я совсем забыл, что имею дело с аристократами, а это настоящая головная боль. Пока слуги всех разбудили, пока ввели их в курс дела… А потом началось самое утомительное: нельзя же появиться в обеденном зале в ночнушках! Нет! Нужны платья, желательно свежие, костюмы, да и про детей нельзя забывать. Так рано никто из них никогда не вставал, поэтому большинство мелких буквально рыдали и протестовали, отказываясь подчиняться. Если ад существует, то он открыл свой филиал в этой гостинице. Я даже пожалел, что решился на такой отчаянный шаг.

Постепенно в обеденном зале становилось многолюдно. В основном все крутились вокруг израненной Людмилы Михайловны. Тварь, когда она уже успела себя так измордовать? Изрезанное платье, кровоподтёк из носа и серьёзный шрам на лице. Удивительная женщина, она даже лицо умудрилась себе порезать ради такого дела. А ведь когда я улетал, на ней и царапины не было, не считая красного следа на шее, который ей оставил Макаров.

Дамы окружили её, охая и ахая. Один из родственников принёс лечебный артефакт с даром «лечения» со светлой руной, но его очень быстро задвинул Иван. Что он там ему шепнул, не знаю, но родственник очень быстро растворился в толпе. Похоже, спектакль продолжался, но уже с другими действующими лицами. Что же, у меня тоже такой имелся.

— Да? — я взглянул на Беса, всё ещё не пришёл в себя.

Слетав за ним, я вытянул парализующий шип и залечил ему все раны. Всё-таки дар «лечения», который можно использовать на других, весьма ценная вещь. Теперь я знаю, что попрошу у Николь, когда та выйдет из больнички.

— Анна! — воскликнул Павел Аркадьевич Карамазов, двоюродный брат графа, когда ворвался в зал. — Что произошло? Мне нужны подробности!

— Павел Аркадьевич, — Анна посмотрела на него строгим взглядом. — Всем нужны, будьте, пожалуйста, терпеливее…

Павел Аркадьевич

и правда сильно разволновался, но, как отставной военный, он сразу всё понял и замолчал. А затем он увидел меня…

Кажется, я зря уселся за один из столов, но по-другому я не мог контролировать Беса, который сидел прямо за окном с даром «маскировки» пятого уровня и ждал моей команды. Показывать его здесь я тоже раньше времени не собирался. Людмила Михайловна могла его помнить, а значит, никакого элемента неожиданности не получится.

— Доброй ночи, — он подошёл ближе и слегка поклонился. — Я составлю вам компанию?

— Я не возражаю, — я ответил ему лёгким поклоном.

— Ну и ночка, не правда ли? — он тяжело вздохнул. — У меня сложилось такое впечатление, что форт в последнее время стал притягивать только плохие события.

— Думаете? — я вопросительно приподнял бровь.

— Сами посудите, — он развёл руками. — Бесконечные войны, убийство графа, теперь вот новая напасть, слышали про армию, двигающуюся на нас из Улан-Удэ? Наверняка это опять проделки барона Собакина. А этот беглый агент? Как там его? Макаров? Мы уже который день сидим на пороховой бочке и ждём, когда он объявится.

— Так был уже, — я решил не утаивать информацию от предполагаемого союзника. — Мы тут с ним немного повоевали, и он сбежал.

— Вот как? — удивился Павел Аркадьевич. — Так по этому поводу сбор?

— Не только, — я нахмурился. — Сегодня Анну пытались устранить, и я собираюсь вывести на чистую воду тех, кто в этом принимал непосредственное участие…

(Минск, в пятистах метрах от упавшего крейсера «Георгий Победоносец»)

Князь Потёмкин стоял в окружении сотен выживших офицеров на большом пустыре, который образовался после трагической гибели крейсера «Георгий Победоносец». Мьёлнир желал денег, власти и девушек, а в итоге получил посмертную славу как «Великий охотник», уничтоживший не Великий крейсер. Казалось бы, как такое возможно? Но факт оставался фактом. двухсотпятидесятиметровая махина превратилась в пылающую гору посреди Минска. Взрывы от разрывающихся снарядов слышались каждые несколько секунд, заставляя выживших офицеров и матросов, вздрагивать.

Теперь все системы безопасности судов будут пересмотрены и переписаны, но нынешнюю ситуацию это никак не изменит. Один из столпов Российской Империи пал, и это повлечёт за собой неприятные последствия.

Многие офицеры до сих пор не могли прийти в себя от произошедшей катастрофы. Все они были серьёзно измотаны. Выбраться из пылающего и сплющенного крейсера — та ещё задачка, но им очень повезло. Большая часть команды так и осталась внутри навсегда.

Распределившись по отрядам, все они держали оборону от сил противника, который действовал словно стая гиен, выгрызая куски плоти отбившегося от стаи животного.

— Держим строй! — ревел Великий князь Потёмкин, стоя в самом центре.

Выбравшись из крейсера, князь первым делом начал собирать вокруг себя выживших. Благо сделать это было не так уж и сложно. Руины города и без того держались на добром слове, а когда в них влетел крейсер, они и вовсе превратились в груды кирпича и камня. Наследие древних превратилось в равнину строительного мусора, на которой находились разрозненные маги. Хорошо, что порох в их пороховницах ещё оставался и они не впали в отчаяние.