Негодяй
Шрифт:
— Для тебя и девочек — всегда пожалуйста, — настроение стремительно росло вверх, — хотя благодаришь меня ты преждевременно. Ты же не думаешь, что я отпущу тебя вот так просто?
— М-м-м? — янтарные глаза с удивлением воззрились на мою скромную персону.
— У меня есть для тебя пара подарков.
— Но…
— Не спорь, — я несильно шлёпнул её пониже спины. — Имею я право сделать приятно своей нэкодевочке? Ты же ведь понимаешь, что теперь от меня точно отделаться будет сложно? — кивок в ответ, а этот проступивший румянец и дёрнувшиеся ушки… мр-р-р. — Так что держи, для начала, — протягиваю ей ключ.
— Что это?
— Ключ от этой квартиры.
*Тык-тык…*
— Пардон, фанатам. Ну а теперь то, без чего приличная девушка не должна выходить из дома, — таки отстраняюсь и торжественно лезу в тумбочку, откуда вылезаю с сумкой, в которой уже покоятся снаряжённые обоймы для её «Гэмбол Шрауда» и использования в Проявлении.
— Праховые заряды? — удивилась Котёнок. — Ты даришь девушке боеприпасы?
— Я понимаю, что в конфетно-цветочный период отношений нужно дарить конфеты и цветы… да и не только в этот период, я даже верю, что ты сможешь многих противников этим букетом отправить в нокаут, но, Котёнок, я — циничный плохой парень, потому предпочитаю дарить что-то действительно полезное, ну, типа печенек, мороженого, боеприпасов, кастомного оружия, красивых платьев, информации и так далее. И да, вот теперь мне можно сказать спасибо, обнять, поцеловать и обещать позванивать.
— Ты невозможен! — она закатила глаза, но бодро и радостно торчащие ушки её выдавали с головой, так что когда прекрасная леди перешла к указанному плохим парнем списку действий, означенный плохой парень лишь довольно щурился и прилагал титанические усилия, дабы не распустить руки…
Уже после расставания с янтарноокой красавицей я горестно вздохнул и буквально с мучением заставил себя настроиться на рабочий лад. Отдых кончился, а впереди опять был сплошной геморрой с руководством и воспитанием диких революционеров и прочих боевых хомячков. И в порту надо организовать всё так, чтобы прошло гладенько, и следы умышленного слива замести, и данные по Пенни украсть, и всё это в один день, всё прям в духе дедлайна… Эх, ладно, перед смертью не надышишься.
Достаю «рабочий» Свиток…
— Д-да? — абонент на том конце ничего хорошего точно не ожидал.
— Доброе утро, Цветочек! Я таки сорвал куш и готов нести радость и любовь всему миру! А как ваше ничего? — с самым искренним энтузиазмом начальственного самодурства начал я разговор.
— Сейчас полшестого вечера… — аккуратно намекнула мне девочка-хамелеончик. — Так ты выиграл турнир?
— Нет, меня срезал в четвертьфинале Диего — катала из Мистраля, ты его не знаешь, но он мировой дядька и наш героический финалист, — начал напропалую заливать я, хотя такой персонаж тут действительно существовал и даже был знаком с Торчвиком в относительно позитивных тонах, в том смысле, что Роман ни разу не пытался с него что-то поиметь, хотя в карты пару раз и проигрывал. — И нет, предупреждая твой вопрос, он не платил мне за то, чтобы я обчистил рукава его соперников в следующих матчах. Определённо нет! Если что-то и было, это было из уважения к его усам, а не ради презренного металла!
— Тогда почему ты говоришь, что сорвал куш?
— Остальные участники мне очень хорошо заплатили за то, чтобы их карманы чудесным образом не опустели сразу, как они покинут нейтральную территорию. Даже не знаю, почему они решили обратиться с этим ко мне, но, представляешь, это сработало! Мои руки оказались слишком
заняты, и я даже не взял ничего на память! Ну, если не считать тех карт, что были в рукавах моих коллег. Кстати, Цветочек, тебе не нужны пятнадцать краплёных колод для покера? — у меня где-то завалялись с прошлого турнира Вейла, надо бы пристроить, раз такое дело…Глава 16. Подвиг и его последствия
Победителей не судят!
Екатерина Вторая в защиту генералиссимуса Суворова.
Ага, просто выписывают такие награды, что судить уже становится некого.
Опытный "победитель по жизни".
Ближе к вечеру. Порт. Команда RWBY.
— Блейк! Бле-е-ейк! — шагая между хозяйственными постройками, оглашала вечернюю тишину девочка в красном плащике.
— Тише! Нас могут услышать! — спрыгнула с ближайшей крыши встревоженная брюнетка с бантиком на голове.
— Блейк! — не слушая предостережения, радостно налетела на девушку Руби, стискивая в объятьях. — С тобой всё в порядке! Я так переживала! — зачастила юная Охотница. — Ты не пришла утром на уроки, я уже думала, что что-то случилось, но не могла позвонить — вокруг было слишком много людей! Я вся извелась! А ещё Вайсс! Она!..
— А ну стоп! — означенная Вайсс решительно шагнула ближе и силой начала отдирать Лидера команды от Блейк. — Отцепись от неё, говорю!
— Эй! Я же волновалась! — попыталась сопротивляться коротко стриженная девочка с красными на концах прядями.
— Мне можешь не рассказывать! А теперь отцепись!
— Но! Но!.. М-м-м-м… — всё-таки оторванная от брюнетки, Роуз недовольно надулась.
— Вайсс… — под вперившимся в неё взглядом голубых глаз Белладонна почувствовала себя очень неуютно. И, откровенно говоря, она несколько… опасалась реакции Шни, — я… ну, по поводу Белого Клыка…
— Так! Стоп! — платиновая блондинка резким взмахом руки прервала брюнетку. — Мне и так за эти дни все уши прожужжали! Поэтому я ничего по этому поводу не желаю слышать! Ты ушла от них, так?
— Да, я…
— Стоп! — ладошка белокурой красавицы вновь взлетела в останавливающем жесте. — Я думала об этом больше сорока восьми часов! И думать об этом, когда над ухом то и дело зудят Руби и Янг — то ещё удовольствие, знаешь ли! Ты бросила меня с этими двумя ненормальными одну на двое суток, да ещё в положении виноватой! За это я тебя не прощу!
— Я не…
— Я не закончила! — мотнула пышным хвостиком волос Шни. — Так вот. За это я тебя не прощу! Как и за то, что ты заставила меня два дня мучиться мыслями, как и что тебе внушает этот несносный негодяй! Но! — девушка вскинула руку с требовательно оттопыренным указательным пальцем. — Что касается Белого Клыка, то, подумав об этом больше двух суток, я решила… мне не важно!
— А?.. — растерянно моргнула Блейк.
— Мне не важно! — повторила Вайсс. — Ты оттуда ушла, и мы теперь в одной команде — остальное не важно! Возможно… — юная Охотница замялась, с усилием подбирая слова, — я могу быть излишне резкой в выражениях, когда дело касается… некоторых вещей. Я это признаю… — раздосадованно качнула головой девушка, отводя взгляд, однако тут же собралась: — Но даже когда это происходит, мои слова никогда не имеют цели задеть чувства моей команды! Даже если я ругаюсь на Руби, я делаю это для её блага, а не чтобы причинить боль! Я говорю это, чтобы ты понимала: я была раздражена на того хвостатого хулигана. Разозлилась. И вообще, всё это вышло спонтанно. Но когда у меня появилось время подумать… в общем, я верю тебе, и ты для меня член команды, что бы там ни случалось в твоём прошлом!