Не тот вариант...
Шрифт:
— Семёныч, знаю я относительно графика, — с привычным для себя спокойствием напомнил Алексей, задерживаясь у окна небольшой кухни. — Нормально мы укладываемся. Вы там, лучше, за Лерочкой присмотрите, чтобы девочку никто не обидел. А то у Лары закидоны могут начаться.
— У Лары. Закидоны, — в своей «рубленной» манере повторил Арциховский. — Мало того, что ты мне весь процесс съемок ломаешь, так еще и баб своих скидываешь?! Ну, выйдешь ты у меня с карантина! Выйдешь, Константинов!..
— Выйду, куда ж я денусь, — проворчал тот, в уже отключенный телефон.
Проинспектировав кухню и убедившись, что запаса еды хватит не только на две,
Теперь Димка попросил дать ему возможность самому решать вопросы, в том числе и с жильем. Может и прав. Настаивать не стал. Пока. Дальше — время покажет. Вмешиваться особо не планировал. А вот что касалось помощи…
Остановившись в центре гостиной, задержал взгляд на ноутбуке. На сколько точно помнил, пароли сын никогда не любил. Впрочем, и сам ими не грешил. Прятать было нечего, да и не от кого. И сейчас…
Удобно устроившись на диване и поставив ноут на колени, запустил устройство. Две недели предстояло чем-то заниматься. Где его там давно не было?.. В официальной соцсети. Есть время глянуть, что пишут поклонники…
Глава 21
ДВЕ НЕДЕЛИ СПУСТЯ
апрель 2021
1
Санкт-Петербург. Шел четырнадцатый день самоизоляции. От безделья готов был на стену лезть. Вдоль и поперек изучил, да уже скорее даже — выучил наизусть, направленный для согласования агентом договор по участию в съемках очередного киношедевра. Договорился о переносе моноспектакля. Давно не выходил на сцену со своим детищем. И снова — почти срыв. Знал точно, постановку ждут. И наверняка, будет аншлаг. Но даже если сегодня не свалится (а учитывая, что никаких симптомов, были все основания полагать, что треклятый вирус снова обошел его стороной), без репетиции рисковать не станет. Слишком сложная тема…
За эти дни ему несколько раз позвонили Татьяна (постоянная и неизменная любовница на протяжении вот уже лет десяти), Лерочка Вешник, само собой — Арциховский. Полная тишина от Лены и… Семёновой. Да, возможно и к лучшему. Ленкины истерики слушать был не в настроении. А что касалось Семеновой… Лучше бы совершенно не прорезалась. Принял он решение. К лету должен окончательно прийти в себя. Запустятся в работу новые картины. И Семёнова планировалась к переводу на второй план, с постепенным выводом из игры. Из его игры, из его жизни…
Глянул на градусник на столе. Сегодня показалось, что слегка «потряхивает». Вспомнились слова Лерочки, когда звонила ему в последний раз, вчера или позавчера, точно не помнил, да и не задавался целью запоминать:
— Алексей Петрович, а не страшно? Вы же могли не ехать к своим. Вызвать скорую по телефону. А если и вы окажетесь с подтвержденным?..
Не думал в тот момент об опасности. Вообще ни о чем не думал. Просто знал, что должен быть рядом с девочкой, которая так дорога сыну. И которая, по какой-то причине, не отвечает на звонок. Хорошо, что приехал. Свалилась неожиданно и, судя по всему, на долго. К ни го ед . нет
— Постараюсь сохранить бодрость духа и с наименьшими последствиями вернуться к нормальной жизни. Но пока этот черт обходил меня
стороной. Надеюсь и дальше на удачу.Очень надеялся. Даже сегодня, когда доставал градусник и, чего скрывать, опасался взглянуть на шкалу. Тридцать шесть и шесть. Классическая. Видимо — нервное. У Димки — пятнадцатый день, никаких новостей из больницы. Лада по-прежнему в тяжёлом состоянии…
— И в самом деле не страшно? — продолжала в тот момент настаивать Лерочка.
— Лера, ближе сына у меня никого нет. Выкарабкается или нет, никто не знает. Все надеются на крепкий, молодой организм, наличие прививки и наработанный медиками за год, опыт лечения. Вот потерять его — страшно. Очень.
Время сегодня тянулось невероятно медленно. Или он просто устал от ничего неделанья…
Часы показывали 8:30 утра. Константинов пил растворимый кофе на маленькой кухне сына, вспоминая самую первую встречу с незнакомкой в парке, в далекой Калининградской области. Встречу в кафе… Снова всплыл вопрос с кольцом на пальце. Вроде, не было… если только из каких-то принципов не носит. Хотя, зная немного женскую психологию… Кольцо, это как минимум, статус… Была бы замужем, наверняка… Черт, и что же оно ему не дает никак покоя…
Звонок в дверь вызвал вполне искреннее недоумение. Для визита медиков, вроде, рановато. Да и вообще, слышал, что тех, кто выходит с самоизоляции, если нет никаких жалоб, даже на дому медработники не посещают. Информация поступает по телефону…
Открыв, не смог скрыть удивления. Виктор Семёнович Арциховский собственной персоной. Отличное начало утра. И вряд ли цель визита — справиться о самочувствии главного героя, зависшего в производстве, киношедевра. Не было никакого желания выслушивать очередную лекцию о здравости рассудка…
— В карантинную зону не боишься, Семеныч? — поинтересовался Константинов, делая глоток кофе из чашки, что держал в руках. И, кажется, пытался иронизировать.
— А я, в отличие от тебя, сперва уточняю, а потом уже нос сую, — заметил тот, не особенно церемонясь, «отодвигая» Константинова и переступая порог квартиры. — Сняли с тебя карантин, так что можешь выдохнуть. Если ждешь звонка, не жди. Я тебе — вместо звонка.
— Ну, спасибо за хорошую новость, — продолжал то ли иронизировать, то ли язвить Константинов. Собственного настроя понять не мог. Да и визит Арциховского спозаранку настораживал. — А информация-то откуда? Или в наших рядах уже и медработники появились, пока я тут… — поинтересовался он, следом за гостем проходя из коридорчика-прихожей в небольшую кухоньку. Смотрелся в той Арциховский нелепо. С его габаритами только если за стол сесть и не шевелиться.
— Лерочка подсуетилась, — при этом взгляд, брошенный в его сторону нежданным визитером, Алексею совершенно не понравился, а тот продолжал, — Беспокоится за тебя, чтобы не зачах здесь. Не скажешь, с чего вдруг такое внимание со стороны золотого ребетёнка?
Сколько эпитетов в адрес Лерочки Вешник было отправлено с первого дня участия в проекте. Как только ее из-за родства с Николаем Вешником не именовали! Хотя, вот что касается «золотого ребенка», слышал впервые.
— Понятия не имею, — обронил Константинов, выставляя на стол еще одну чашку. — И смотреть на меня не надо так, — попросил он, подвигая Арциховскому банку с кофе и сахарницу, — Не было у нас с ней ничего. Затянуть себе удавку на шее у меня желания нет. Девочка, помнится, замуж собирается за какого-то там серьезного кренделя? Мне как-то собственных проблем хватает.