Чтение онлайн

Пьеса начиналась медленно, как бы осторожно, «фуга фа-диез-минор» из второй части «Хорошо темперированного клавира» всегда вызывала в сознании у Эдгара образ распускающихся цветов, он представлял себе встречи влюбленных, эта пьеса казалась ему песней начала. Он не стал играть ее во время приема саубвы, это была тридцать восьмая пьеса, а он остановился на двадцать четвертой. Поэтому сначала его руки двигались медленно, нерешительно, но под легким грузом пальцев Кхин Мио, он уверенно продвигался от такта к такту. Рояль отвечал им на касание клавиш, внутри него рычажки поднимались и падали, струны дрожали, ряды за рядами выстраивались маленькие причудливые детали из металла, дерева и звука. На крышке рояля в подсвечнике трепетали

огоньки свечей.

Пока они играли, прядь волос выбилась в том месте, где у нее был пришпилен цветок, и коснулась его губ. Эдгар не отстранился, но прикрыл глаза и придвинул лицо еще ближе, так, что прядь двигалась по его щеке в такт музыке и снова коснулась губ, потом — ресниц.

Мелодия ускорилась, затем мягко, нежно спустилась ниже и — закончилась.

Их руки лежали на клавишах — ни он, ни она не спешили их разъединить. Кхин Мио слегка повернула голову, ее глаза были закрыты. Она произнесла его имя, беззвучно, одним дыханием.

Он спросил:

— Ты поэтому пришла сегодня?

— Нет, мистер Дрейк. — Теперь она говорила шепотом: — Я была здесь всегда.

Эдгар наклонился ниже и коснулся губами ее кожи, прохладной и влажной от испарины. Он вдыхал запах ее волос, чувствовал губами соль на ее шее. Она медленно переплела свои пальцы с его.

В этот момент все в мире замерло, осталось только тепло ее пальцев, гладкость кожи под его мозолями. Свет от свечей танцевал на мягкой поверхности ее щеки, выхватывая из темноты контуры цветка. Они оставались в таком положении несколько секунд, а может, больше — время отсчитывали лишь сверчки.

Кхин Мио первой разорвала их объятия, мягко высвободив свои руки из рук Эдгара, все еще лежащих на клавишах. Она коснулась пальцами его плеч: «Я должна идти». Он снова закрыл глаза, в последний раз вдохнул ее запах и отпустил ее.

Он провел ночь у рояля, то засыпая, то просыпаясь. Было еще темно, когда его разбудил скрип открываемой двери и звук шагов. Он открыл глаза, ожидая увидеть детей, но обнаружил перед собой пожилую женщину.

— Вы нужны доктору. Быстрее, — сказала она, от нее пахло несвежей рыбой.

— Простите? — Он сел, все еще не до конца проснувшись.

— Вы нужны доктору Кэрролу. Быстрее.

Он встал и одернул рубашку. Наконец он понял, что этот вызов доктора как-то связан с прошлым вечером, с Кхин Мио.

Старуха повела его на улицу. Занимался рассвет, было холодно, солнце было еще где-то далеко за горами. У дверей приемной она улыбнулась, обнажив полный рот черных от бетеля зубов, и поковыляла обратно по тропе. Доктор был в приемной, он склонился над раскиданными по столу картами.

— Вы меня звали, — сказал Эдгар.

— Да, здравствуйте, мистер Дрейк, садитесь, пожалуйста. — Он указал на стул.

— Эдгар сел и стал смотреть, как доктор сосредоточенно перебирает карты, одна рука скользит по линиям на бумаге, другая массирует заднюю часть шеи. Вдруг он посмотрел на Эдгара и стащил с носа пенсне.

— Мистер Дрейк, приношу вам свои извинения за то, что разбудил вас так рано.

— Ничего страшного. Я...

— Но дело не терпит отлагательства, — прервал его доктор. — Я несколько часов назад вернулся из Монгпана, мы неслись вскачь, — его голос был каким-то необычным, он казался рассеянным, говорил формальным тоном, оттенок близости куда-то улетучился. Только теперь Эдгар заметил, что на Кэрроле все еще дорожная одежда, забрызганная грязью. На поясе висел пистолет. Эдгара пронзило внезапное чувство вины перед доктором: «Нет, это не из-за Кхин Мио».

— Мистер Дрейк, будет лучше, если я скажу вам все напрямик.

— Конечно, но...

— На Маэ Луин собираются напасть.

Эдгар подался вперед, словно чтобы лучше расслышать.

— То есть, я не понимаю. Как — напасть?

— Может быть, уже сегодня

ночью.

Наступила тишина. На секунду Эдгар подумал, что это, может быть, шутка, что есть еще что-то, что доктор должен объяснить. Он снова поглядел на пистолет, на грязную рубашку, на опухшие глаза Кэррола, он казался измотанным.

— Вы не шутите, — сказал он как будто сам себе. — Но я думал, мы заключили соглашение. Вы сказали мне...

— Соглашение остается в силе. Это не Лимбинский союз.

— Тогда кто же?

— Другие. У меня есть враги. Вероятно, это переметнувшиеся союзники, люди, которых я раньше считал друзьями, но в лояльности которых я теперь вынужден усомниться. — Он снова взглянул на карту. — Я хотел бы объяснить вам больше, но мы должны подготовиться... — Он помолчал, прежде чем снова поднять глаза. — Пока я больше ничего не могу вам сказать. За месяц до вашего приезда на нас уже нападали — вы это знаете, вас из-за этого задержали в Мандалае. Несколько нападавших были позже схвачены, но они отказались открыть, кто руководил ими, даже под пыткой. Некоторые утверждали, что они всего лишь грабители, но я никогда не видел, чтобы простые грабители были так хорошо вооружены. Более того, часть их винтовок были британского производства, что означает, что они были украдены или же что бывшие союзники меня предали.

— А сейчас?

— Два дня назад я поехал в Монгпан, чтобы обсудить строительство дороги до Маэ Луин. Спустя лишь несколько часов после моего прибытия в резиденцию князя примчался мальчишка. Он рыбачил на одном из мелких притоков Салуина и, увидев группу людей, разбивших в лесу лагерь, подполз к ним и подслушал их разговоры. Он не все понял, но услышал, что они обсуждают план нападения на Монгпан, а затем — на Маэ Луин. И у них снова были британские винтовки, причем на этот раз отряд был гораздо больше. Если мальчик прав, я не могу понять, зачем вообще дакоиты забрались так далеко в глубь плато, чтобы напасть на нас. Есть много возможных версий, но сейчас у меня нет времени обсуждать их с вами. Если они уже в Монгпане, то могут добраться досюда уже сегодня к вечеру.

Эдгар ждал, что доктор скажет что-то еще, но тот молчал.

— И что вы теперь будете делать? — спросил он.

— Исходя из того что мне сказали, отряд слишком большой — сами не сможем защитить свой лагерь. Пришлось запросить помощи. Я послал верховых гонцов. Дружественные племена вышлют мне людей, но неизвестно, смогут ли они быть здесь вовремя. Из Монгпана, из Монгханга, из... — Он снова взглянул на карту, перебирая деревни, но Эдгар его уже не слушал, а думал только о всадниках, катящихся на Маэ Луин с гор. Он словно видел перед собой людей, быстро несущихся по тропам между карстовых утесов, по плато, с развевающимися вымпелами, на пони с выкрашенными красным хвостами. Видел, как войска собираются в лагере, как женщины пытаются где-нибудь укрыться. Эдгар думал о Кхин Мио. Он вспомнил о встрече с союзом князей. Доктор сейчас был в той же форме, что и тогда, и у него был такой же отсутствующий взгляд. Эдгар открыл рот:

— А я...

— Мне нужна ваша помощь, мистер Дрейк.

— Я готов сделать все, что потребуется. Правда, я не слишком хорошо обращаюсь с винтовкой, но...

— Нет, у меня для вас более важное поручение. Даже при условии, что подмога придет вовремя, Маэ Луин может не выстоять, а если мы и сможем отразить нападение, без серьезных потерь в любом случае не обойтись. Это всего лишь маленькая деревня.

— Но если у вас будет больше людей...

— Может быть, а может быть, они подожгут лагерь. Я должен предусмотреть и такую возможность. Я не могу рисковать всем, чего я достиг за двенадцать лет. Военные отстроят Маэ Луин, но на большее я рассчитывать не могу. Я уже отдал распоряжения насчет моего медицинского оборудования, микроскопов, коллекций растений, чтобы они были спрятаны и сохранены. Но остается...