Наследник
Шрифт:
— Ну-ну, прекрати — Иоанна мягко обняла её. — Идём, я налью тебе чаю. И поесть приготовлю. Ты ведь даже не завтракала?
— Я не хочу есть, меня мутит, — пробубнила Лин, но покорно дала увести себя на кухню.
Несколько часов спустя Тони сам сидел на кухне рядом с Иоанной и методично подливал в рюмку коньяк. Лин уже давно спала, приняв успокоительное.
— Ты ей веришь? — мрачно спросил он и, не закусывая, опрокинул себе в горло рюмку. После чего механическим движением, словно робот, наполнил её заново.
— Тони, хватит пить, — укоризненно сказала Иоанна.
— Ты ей веришь? — повторил Тони, игнорируя её фразу.
— А ты нет? — вопросом на вопрос ответила Иоанна. Тони промолчал.
Он больше не знал, где правда, а где ложь. Перед глазами крутилось лицо Лин, когда она собиралась на свидание с мальчиком, когда вернулась домой с цветами в руках, когда на одно невыносимо долгое мгновение отдалась поцелую в клубе "Небеса". Но ведь поцелуй — это ещё ничего не значит, тем более тот парень сам к ней полез, а она его оттолкнула.
— Ты же знаешь, что она ходила на свидание с человеком, — произнёс Тони, глядя в глаза вампирши. Но к его удивлению, она лишь пожала плечами.
— И что здесь такого? Она же девушка, а нам просто необходим время от времени лёгкий флирт.
— А если было нечто большее, помимо лёгкого флирта? — упрямо продолжил Тони. В зелёных глазах Иоанны появились металлические отблески.
— Тони, это вопрос доверия, — жёстко сказала она. — Лин одна из нас, она с нами уже два года. Поэтому я верю ей. Да и зачем бы ей врать? Подумаешь, ребёнок от человека!
На самом деле, причины для вранья были. Тони не сомневался, что залети Лин от человека, она потеряла бы Альберта. А это — страшный удар для неё.
На миг его снова охватили сомнения. Вкрадчивый голосок у него внутри, тот самый, что Тони всегда безуспешно пытался заглушить, настаивал, чтобы он рассказал о том, что видел в "Небесах". Этот голосок шептал ему, что таким образом, возможно, удастся поссорить Лин и Альберта. Конечно, если Альберт бросит её, Лин расстроится, но ведь она когда-нибудь утешится. Тони лично готов был помочь ей в этом.
Он уже собирался сказать о своих подозрениях, но тут совсем некстати в памяти всплыло беспомощное заплаканное лицо Лин, и он произнёс совершенно другое:
— Она не собирается делать аборт?
— Она ещё не решила, но не хочет. И… — Иоанна внезапно смутилась. — И я тоже не хочу. Представляешь, Тони, как будет здорово, если в нашей компании появится ребёнок? Ведь мы не можем иметь собственных детей…
Ничего здоровского здесь Тони не видел. На душе с каждой секундой становилось всё паршивее. Он молча поднёс к губам рюмку.
Аркан VIII.
Правосудие.
— Это здесь? — недоверчиво спросил Альберт. Их мазда остановилась в буквальном смысле посреди чистого поля. Вокруг не было ни кустика, и лишь в отдалении одна за другой вздымались зеленеющие сопки.
— Я не знаю, куда дальше, — признался Влад. — Тадеуш всегда оставлял меня здесь и шёл один
вон к тем сопкам, — он махнул рукой.Альберт на мгновение закусил губу.
— Так, братишка, я думаю, что мы поступим так же. Ты будешь сторожить машину, а я…
— Ещё чего! — возмутился Влад. Альберт заливисто расхохотался, и парень с досадой понял, что тот всего лишь дразнится.
— Ладно-ладно, не хнычь, пойдём оба.
— Ты козёл, — сообщил ему Влад, выбираясь из машины. — И как мы будем их искать?
— Думаю, мы, как и Тадеуш, пойдём к тем сопкам, — Альберт посерьёзнел. — А они сами нас найдут.
Так и сделали. Сумки брать не стали, бросили машину посреди поля и зашагали, путаясь в высокой густой траве.
— Ха, здесь тропинка, — заметил Альберт. — Явно это место не такое необитаемое, каким кажется.
И действительно узкая едва заметная вытоптанная полоса вилась среди густой травы, уводя куда-то вдаль. Альберт первым зашагал по ней, Влад поспешил следом. Тропа была настолько узкой, что идти можно было лишь цепочкой.
Внезапно Альберт остановился, да так резко, что Влад врезался ему в спину. Выражение лица брата он видеть, разумеется, не мог, но почувствовал, как напряглись его лопатки. Влад занервничал.
— Что случилось?
— Нас уже нашли, — негромко ответил Альберт.
И едва он это сказал, как вокруг них выросли три тени. Влад вздрогнул: так неожиданно и бесшумно они появились.
Все трое были вампирами и казались похожими друг на друга, как близнецы. Их длинные тёмные волосы тяжёлыми локонами падали на плечи, как у средневековых графов. Белые батистовые рубашки с кружевными воротниками и манжетами тоже навевали мысль о Средневековье. Так странно и дико рядом с ними смотрелись обычные кожаные штаны. Лица всех трёх вампиров светились в темноте неестественной белизной, и на этой белизне отчётливо выделялись ярко-красные, как у Альберта, губы.
Но больше всего Влада поразил их возраст. Едва вампиры приблизились к нему, как вдоль позвоночника побежали мурашки, а шерсть на затылке встала дыбом. Да им же по четыреста лет! Получается, они старше и его, и Альберта. Не так, чтоб уж намного, конечно, но в последнее время Влад отвык встречать вампиров старше себя.
— Кто вы такие? — голос незнакомца напоминал ледяной ветер. Такой же завывающий.
— Я Альберт Чёрная Крыса, а это — Влад Волк, — Альберт небрежно мотнул подбородком в его сторону. Влад был благодарен, что тот не представил его, как младшего брата. — А вы, полагаю, из клана Рыжего Паука? Разве вас не учили правильно встречать гостей?
Зря он так с ними разговаривает. Альберт, конечно, сильный, но и эти вампиры тоже не слабаки. Влада колбасило от одного их присутствия.
Но троица нисколько не рассердилась на дерзкий тон. Тот самый, который первым вступил в разговор, приспустил воротник рубашки, обнажая предплечье:
— Я Доминик Рыжий Паук.
Влад уставился на его плечо. Он привык, что клановые метки чёрные, но на белоснежной коже Доминика полыхал самый настоящий огненно-рыжий паук.
— Я Августин Рыжий Паук.