Чтение онлайн

— Наследница рода Снеговых дала согласие и сочеталась в новом союзе!

Хакан кивнул и приступил уже ко мне.

Он передал в мои руки зажжённую свечу с алтаря, обратившись вежливо и доброжелательно, но его губы дёрнулись в презрительной усмешке.

— Кирилл Миронович считается светлым магом по основной Линии, однако не имеет Знамения, поэтому показать его астральное тело Богу Бартлу не получится. Светлый венец станет всего лишь атрибутом смирения перед Богом бури и правосудия.

Галей поднял над моей головой венец из белых ветвей.

По залу

пронёсся напряжённый шёпоток.

Андрей Снегов, сидящий на первом ряду, коротко кашлянул, и все разом смолкли. Мой Следопыт почувствовал, как сильно заволновалась Акулина. Она знала, что будет дальше.

Я глянул на Оракула и чётко произнёс, чтобы услышали все:

— Мне не нужен атрибут, чтобы показать силу астрального тела Бартлу, господин Оракул!

Огонь свечи, что я держал в руках, затрещал и начал разгораться сильнее, а вместе с ним — и пламя всех остальных свечей в зале, а их тут были сотни. В воздухе под потолком заискрились молнии и вспышки, всё ярче и плотнее, пока не создали ровный круг из огня.

Он закружился над моей головой, превращаясь в огненный венец.

Вот теперь зал загудел возгласами.

— Это венец самого Бартла?..

— Сколько в нём силы?

— Это что за представление, Андрей Аристархович?

Оракул отшатнулся от меня.

Его лицо, освещённое жёлтым пламенем венца, вытянулось, но он сумел совладать с собой и вернулся к венчанию.

— Кхм… э… итак, вы согласны скрепить вечный союз с Акулиной Андреевной и объединить с ней в законном браке силу вашего астрального тела?

Я выдержал паузу, вескую и торжественную, и только потом ответил:

— Да, Духовный Владыка.

— Тогда одарите её брачным ожерельем и поцелуем вашего согласия.

Ожерелье принёс мне Мичи. Это была тонкая цепь из золота, украшенная вставками из бриллиантов.

Я надел ожерелье на шею Акулине, затем взял её за руку, притянул к себе и поцеловал, давя в себе любые порывы Следопыта. Правда, как бы ни старался, поцелуй вышел не таким уж официальным.

Сердце девушки тут же отозвалось и заколотилось быстрее, я даже почувствовал, как её тело задрожало от удовольствия. Потом она долго не могла успокоиться, хоть и не подавала виду, что переволновалась.

— Какую силу вы разделите с Акулиной Андреевной, Кирилл Миронович? — спросил Оракул глухим голосом.

К огненному венцу знака Ган над моей головой присоединились ещё три других: из потока воздуха знака Форхо, из световых искр знака Рай и из ледяных осколков знака Цуо.

— Двадцать тысяч единиц активного резерва и бесконечное число пассивного резерва, — ответил я.

Глаза Оракула чуть из орбит не вылезли.

И в гробовой тишине всеобщего потрясения лакей Снеговых провозгласил:

— Наследник рода Колидов дал согласие и сочетался в новом союзе!

Это был настоящий шоковый удар.

Точно в яблочко!

Аристократы, все без исключения, пооткрывали рты. Кто-то поднялся с места, кто-то ошарашенно оглядывал других,

кто-то смотрел на реакцию императора, кто-то — на Снегова.

— Наследник Колидов?..

— Что происходит?

— Кто такие Колиды?..

— Не может быть! Наследник Колидов!

— Они же исчезли, или нет?

Зал будто завибрировал голосами, отовсюду послышалось: «Колиды… Колиды… Колиды».

Обстановка раскалилась до предела.

И тут с кресла поднялся император — ему, как никому другому в этом зале, сейчас требовалось сохранить лицо перед подданными. И на это тоже был мой расчёт, как и расчёт самого Снегова. Мы оба вынудили его принимать решение прямо сейчас, на глазах у всех.

Он глянул на Андрея Снегова, придавив того тяжёлым взглядом, затем посмотрел на взволнованных гостей, перевёл взгляд на Акулину и меня, а потом неожиданно… улыбнулся и величественно захлопал ладонями.

Остальным ничего не осталось, как рукоплескать следом за главой государства.

Затем он поднял руку, прося тишины, а когда все стихли, заговорил:

— Род Колидов когда-то существовал в Стокняжье и был забыт в веках, но семья Искацин рада, что наследник явил себя миру в столь сложный для нас период истории. Императорский Дом поддержит новоиспечённый союз…

Он хотел добавить что-то ещё, но тут к нему подошёл помощник и о чём-то тихо доложил.

Император кивнул и быстро попрощался со всеми:

— Что ж, господа. Дела государственные не ждут. — Он кивнул мне и Акулине. — Кирилл Миронович, Акулина Андреевна, уверен, ваш союз послужит на благо Империи. Можете рассчитывать на аудиенцию в Императорском Дворце.

Мы поклонились Бориславу, и в сопровождении охраны он вышел через незаметную боковую дверь зала.

После прилюдного одобрения императором нашего брака никто не посмел даже прошептать в мой адрес ни единого комментария.

К тому же, объявленная мной сила никого не оставила равнодушным.

Николай Ланне сидел, как пришибленный, а рядом замерли два его сына, Гедеон и Яков. Никто из них больше не кричал, что Снегов женил дочь на безродном простолюдине.

Аристократы Стокняжья до сих пор не пришли в себя. Мужчины с опаской смотрели на меня, а вот девушки с завистью и ненавистью, но уже на Акулину. Представители других империй переглядывались и пока тоже не решались сказать хоть что-то.

Церемония венчания завершилась, и по приглашениям гости должны были пройти по специальному подземному коридору прямо из Храма в соседнее здание, уже на банкет и дальнейшее празднование торжества.

Всё это было организовано ради безопасности высоких гостей, да и меня с Акулиной тоже.

Но мы всё равно сделали ещё кое-что: вместе вышли на крыльцо Храма, чтобы в новом статусе семейной пары поприветствовать собравшийся народ. Это был большой риск. После того, как я объявил себя Колидом, можно было ожидать чего угодно.

Взявшись за руки, мы вышли на улицу.

Толпа заликовала, заскандировала:

— Волков! Волков! Волков!

Акулина крепче сжала мою ладонь и прошептала: