Наследница
Шрифт:
Так что припарковалась я на свежевыстеланном,зеленющем газоне, напрочь лишённая малейших угрызений совести. Это только цветочки, погоди, доберусь я до тебя и покажу что такое ягодки!
Пикнув брелком своей ласточки, разгладила белое платье-футляр и поцокала шпильками к входной лестнице. Стекло и камень. Ни звонка, ни кольца, чтобы постучать. Замявшись немного у входа - чужой дом все-таки - опустила ручку двери. Не заперто.
Внутри муравьями кишела прислуга. Где-то что-то убирала, вычищала, переносила с места на место и упаковывала в огромные коробки.
– Простите, я ищу..., - на мой оклик отвлеклась женщина и тут же участливо затараторила:
–
Женщина поманила меня за собой, провожая по просторному холлу к самой дальней комнате. Я прошагала за ней, осторожно осматриваясь и разглядывая высокий остеклённый потолок.
– Удачи, - улыбнулась она, поправила чепец, как у горничных, и удалилась.
Я кистью встряхнула подвитые волосы, вздохнула, прогоняя невесть откуда взявшееся дурное предчувствие, и толкнула дверь. Без стука, игнорируя все рамки приличия завалилась в чужой светлый кабинет с панорамным остеклением и видом на ухоженную территорию, где теперь нагло стояла моя машина. И все в этом месте было прекрасно, кроме одной маленькой, я бы сказала, незначительной детали.
– Ты?!
– выдохнула, когда мужчина, сидящий за столом, поднял на меня пронзительные глаза цвета выдержанного виски. Совершенно спокойный взгляд с медовым переливом, я бы даже сказала скучающий. А вот у меня от неожиданности сердце рухнуло в бездну. Пульс остервенело застучал в висках, лишая на время ориентации.
Мужчина самодовольно ухмыльнулся, ликуя, что удалось застать меня врасплох, и плавно поднялся с места, пряча руки в карманах чёрных брюк. Белоснежная рубашка, расстегнутая у горла на две пуговицы, оголяла широкую шею и мужественный кадык, покрытый тёмной щетиной. Я поспешила перевести взгляд от его горла, отчего-то вдруг взволновавшего меня, и придать себе максимально безразличный вид. В груди бешено толкалось сердце, стук которого, казалось, мог услышать и он.
– Я, - весьма самоуверенно кивнул этот наглец и кончиком большого пальца почесал бровь.
– А ты кого ожидала увидеть?
Вот и что тут скажешь? О нем я подумала бы в последнюю очередь. Закусила губу с внутренней стороны, мельком заметив новую татуировку на его левой кисти. Что-то так мелко и убористо написано - не разобрать. Несмотря на эффект неожиданности и следующую за ним рассеянность, ответ слетел с языка довольно резво:
– Негодяя, у которого поднялась рука лишить мою семью всего!
– Значит, - театральная глубокомысленная пауза, во время которой он слегка кивает головой, как будто что-то оценивает, - дверью ты не ошиблась, - он сделал несколько шагов ко мне и застыл неподалёку, просверливая внимательным взглядом. На небритых скулах несколько раз проявились желваки и пропали, когда мужчина снова медленно заговорил:
– Я и есть тот негодяй. Долго же ты ко мне шла, я уж все глаза проглядел.
Меня затрясло в нервном ознобе, остановить который был не способен даже внутренний монолог вроде: «Убивать людей нехорошо. Мы цивилизованные люди и решим эту проблему цивилизованно». Слов не подобрать, коими можно описать всю степень моего возмущения. Я, конечно, за время, проведённое с ним, успела оценить его «лучшие» качества вроде напыщенности, несносности, самоуверенности и хамства. Но чтобы к ним же примкнула подлость и алчность? Чтобы жажда денег заткнула за пояс человечность? Этого я никак не ожидала.
Пока хватала ртом воздух, готовая
вывалить на него все своё негодование, он сделал ещё несколько шагов и непозволительно близко навис надо мной.– Я слушаю, маленькая наследница. Зачем пришла? Соскучилась?
– его низкий голос скатился до мягких, рокочущих нот. Он вынул одну руку из кармана и поддел завитый локон, выпавший из моей укладки. Я, как загнанная в угол добыча, подняла на него опасливый взгляд, подмечая, как тепло он рассматривает этот локон, спиралью повисший на его пальцах. Этот жест капнул последней каплей в чашу терпения. Как можно вести себя так, словно ничего не произошло? Словно он не грубил, не отгораживался от меня, а теперь и вовсе не вздумал забрать все у моей семьи?
Я уперлась руками в каменную грудь и со всей силы оттолкнула его от себя. Давид лишь пошатнулся, уводя одно плечо чуть назад и блеснул ленивой белозубой улыбкой.
– Эй, эй, полегче. Я могу расценить это, как нападение, и наказать..., - низко пророкотал он, мазнув плотоядным взглядом по моим губам.
– Не смей дотрагиваться до меня!
– с вызовом прошипела, инстинктивно отшатываясь назад.
– Я оспорю завещание, слышишь? Докажу, что на том листке не подпись моего отца! Ты не получишь ни рубля из наследия Березовских, алчный ты мерзавец.
– У-у-у, - протянул он, нахмурив чёрные брови, - ты очень сексуальная, когда злая. Знаешь? Прекрати меня заводить, иначе..., - у меня холодок пробежал по коже от этого «иначе». Напряженные мышцы и сосредоточенный вид красноречиво говорили - никаких шуток, обещание будет исполнено. Хозяин как никогда серьёзен. Когда осознание угрозы достигло мозга, меня обдало волной жара. Воздух вокруг вдруг перестал быть невесомым. Густел вязкой патокой, замедлял в моем теле все жизненно важные процессы. Я увязала в собственных ощущениях и с трудом сохраняла боевой дух. Хотелось убежать от него подальше. Что ж за напасть такая!
– Да пошёл ты!
– разозлилась я на саму себя.
Он рассмеялся. Гортанно так. Рокочуще. И невидимая вибрация его смеха коснулась моей кожи, покрывая ее мурашками. Дьявол, надеюсь, это не слишком заметно.
– И это все? Пришла запугать меня судом? Ты же дочь Паши-сутенера, неужели ничего не знаешь о том, как все устроено в этом мире, - склонив голову набок медленно проговорил он, сосредоточившись на моих губах. В ответ на его голодный взгляд в животе на мгновение все предательски сжалось. Я отвернулась в сторону, избавляя себя от нахальной морды, и тяжело сглотнула. Проклятая реакция на его присутствие выламывала мне кости. Я пришла воевать, а не сдаваться в плен! Ну же, Аня, возьми себя в руки.
– Это ты верно заметил. Я его дочь. А ещё у меня есть мать и брат с сестрой. А ты обрекаешь нас на голодное существование. Не совестно?
– Почему ты не смотришь на меня?
– спустя секундную паузу пробасил он, игнорируя мой вопрос. Так проникновенно. Так интимно... Так близко... Черт бы побрал этого мерзавца!
– Я хочу... чтобы ты смотрела на меня, - почти по слогам произнёс он, с каждым словом наклоняясь все ближе и ближе ко мне. Готова поклясться, что я ощущала, как от его горячего дыхания колышутся волоски за ушком. Мужской терпкий древесный аромат парфюма, вперемешку со свежестью мыла, вуалью окутал меня, впитываясь в кожу. Вопреки воли я вдохнула поглубже этот мускус, пытаясь не сойти с ума. С феромонами он что ли? Мысленно отвесила себе подзатыльник. Действенно. Протрезвела. Отчасти.