Наёмник
Шрифт:
Кирк вытянул шею, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в снежном буране на экране. Бесполезно. Пилот переключал датчики на инфракрасный обзор, на детектор живой массы - пусто. Ничего живого.
– Температура за бортом?
– спросил Кирк.
– Девяносто семь, - ответил пилот, и, помолчав, добавил: - Ниже нуля. Температура повышается.
Да уж, подумал Кирк. Конечно, ниже нуля. Хотя, всё не так уж и плохо. Обычно фриз-бомба даёт мгновенное понижение температуры до минус двухсот. Так что, девяносто семь - это ещё сравнительно прилично. Особенно, в такой близости от эпицентра
– Далеко мы ушли?
– спросил Кирк.
– Двенадцать километров от эпицентра, - ответил пилот, бросив короткий взгляд на показания приборов.
Значит, всё-таки, во втором, подумал Кирк. Всё равно хорошо. То есть, хорошо нам, а не тем бедолагам, что жили здесь.
Кирк попытался представить себе, что должен испытывать человек, внезапно подвергшийся такому температурному удару, и поморщился. Ничего он не может испытывать, подумал Кирк. В течение секунд кровь замерзает, разрывая сосуды. Вот выглядят они после этого действительно страшно. Такое ощущение, что побывали они в ледяном аду...
Флаер резко дёрнулся, потом ещё раз и Кирк почувствовал наваливающуюся на него тяжесть. Это гравитационное поле - последствие взрыва фриз-бомбы - начинало слабеть. Пилот сбросил скорость. Аварийная система тут же включила полное освещение и пилот, уже не спрашивая разрешения Кирка, запустил внутренний обогрев.
Снегопад за окном как-то резко прекратился. На экране возник вполне мирный пейзаж - обычный провинциальный городишко, утопающий в сугробах; домики, занесённые снегом по самые окна... в разгар лета.
Флаер вновь дёрнулся и клюнул носом. Кирк посмотрел на пилота.
– Какое-то гравитационное возмущение, - поймав его взгляд пояснил тот.
– Насколько мы далеко?
– Двадцать семь километров, - в голосе пилота проскользнуло недоумение.
Действительно, подумал Кирк. Мы уже в третьем круге, да и после взрыва прошло порядочно времени. Откуда могут быть тут и сейчас эти самые возмущения?! Или они сбросили ещё одну бомбу?..
Флаер снизился. Сейчас они шли над самой улицей, ниже крыш домов. И неожиданный резкий рывок - словно флаер налетел на упругую резиновую стену - отбросил его назад, развернул и прижал к земле, вмяв в брызнувший снегом громадный сугроб.
– Чёрт!
– рявкнул пилот, глуша двигатели.
– Что за чертовщина?!
Кирк увидел, как все индикаторы на панели управления начали синхронно мигать и тут же погасли. Погасло и освещение. Кирк нащупал в кармане маску, нацепил её и увидел в искажённом зелёно-розоватом свете пилота. Тот тоже пристраивал маску на лице.
– Ну?
– нетерпеливо спросил Кирк.
– Ничего не понимаю, - пожал плечами пилот.
– Гравитационный удар... откуда?! Взрыв же давно уже был... Не понимаю...
– Мы сможем взлететь?
Пилот что-то посмотрел на пульте.
– Сможем, напряжённость поля быстро падает, - не совсем уверенно ответил он.
Кирк вылез из кресла и подошёл к двери в коридор. На полу, возле стены, поджав ноги сидел кто-то из десантников.
–
Кто разрешил покинуть каюту?– устало спросил Кирк.
Десантник торопливо вскочил, заозирался по сторонам, вытянул перед собой руки - в кромешной тьме он ничего не мог разглядеть.
– Маску надень, - посоветовал Кирк, уклоняясь от его шарящих в воздухе пальцев.
– Рядовой Каупфер!
– неожиданно выпалил солдат. Наверное, он наконец-таки узнал голос командира.
– Рад за тебя, - усмехнулся Кирк.
– Тогда пошли, рядовой...
Возле двери в каюту его встретили двое десантников с «Драконами» наизготовку. И рядом с ними стоял сержант Крафт. Тоже с «Драконом». И все трое - в масках.
– Командир!
– облегчённо выдохнул он.
– А я собрался к вам...
– Давайте прогуляемся, - сказал Кирк.
– Не нравится мне, что тут происходит на этой планете...
– Фриз-бомба?
– полуутвердительно произнёс сержант.
– Да, фриз-бомба. Только какая-то странная фриз-бомба, с незнакомым гравитационным выбросом, намного позже основного. Пошли, сержант. Бери с собой свою пятёрку и пошли...
...На улице было холодно. То есть, очень холодно. Ледяной ветер мгновенно перехватил дыхание, кожу лица стянуло, словно после ожога. Кирк стащил с себя маску и прищурился - нестерпимая снежная белизна неприятно резала глаз. Они стояли, провалившись в снег чуть ли не по пояс - шестеро людей, плохо понимающих, что сейчас происходит.
– Наверное, тут были мятежники, - высказал предположение сержант.
Мятежники, подумал Кирк и посмотрел на флаер. Тот торчал в снегу, слегка накренившись на бок, словно бы действительно подбитая умелым выстрелом машина. Мятежники... Не видел я тут никаких мятежников. Хотя... Тот последний гравитационный удар - может быть, это действительно их работа?
Ерунда, одёрнул себя Кирк. Кто выживет после взрыва фриз-бомбы? Какие, к чёрту, мятежники?!
– Посмотрите туда, командир, - один из солдат ткнул рукой по направлению к ближайшему домику.
– Не похож этот старик на вояку...
Кирк посмотрел. На веранде дома в кресле-качалке сидел человек. Дощатый пол веранды был припорошен снегом, да и сам человек выглядел каким-то серебрящимся от покрывшего его инея. Особенно неправдоподобной казалась его густая борода - словно громадный снежный ком под подбородком.
А ведь он и правда старик, подумал Кирк, пристальнее вглядываясь в замершую фигуру на веранде. И на мятежника не похож - это уж точно.
– А вон там ещё, - подал голос второй солдат.
– И вон там! А там даже...
– Оуп... Командир... Командир!!!
Кирк резко обернулся, выхватывая «Кобру». Рука с бластером дёрнулась вправо, влево, и, не найдя цели, расслабилась. Кирк посмотрел на сержанта. Тот выглядел так, словно увидел привидение. Кирк заметил, что остальные четверо солдат стоят неподвижно, словно замороженные. И только тогда Кирк проследил за их взглядами. И увидел это сам.
Наверное, игра была в самом разгаре, когда это произошло. И никто из них так и не понял, что же случилось. И было их много. Очень много. Примерно полтора десятка. И каждый из них был не старше пяти лет.