Наёмник
Шрифт:
Так, что тут у нас еще? Опустив взгляд на пол, я удивленно вскинул бровь.
Меня подвесили аккурат над тем местом, где на каменных плитах мелом была нарисованная сложная геометрическая фигура. Преисполненный несвойственным мне чувством де- жавю, я с большим трудом вскинул голову и посмотрел на потолок. Так и есть — надо мной изображена точная копия первой фигуры, а в ее центр вбит крюк, через который пропущена веревка. Фигура, почему- то кажется мне знакомой — вписанная в круг восьмилучевая звезда, с множеством непонятных символов, сопутствующих каждой линии и чем-то очень похожим на рисунок утки- мутанта в центре…
Точно, ведь совсем недавно
Ладно, к чертям собачим интерьер — у меня сейчас только одна проблема, хорошенько обдумать все произошедшее и найти выход. Желательно, не включающий в себя пытки, отрезание конечностей и, конечно, смерть.
Я много хочу? Может быть, но ведь все в моих руках.
Опустив голову, я прикрыл глаза и постарался, как можно более подробно воспроизвести в памяти все произошедшее со мной после входа в Мироход Атиллы. Воспоминания проносились у меня в голове, сменяя друг друга: разгромленный артефакт, кровь, Атилла и Такеда, перестрелка, револьвер, кровь, трупы, трое наемников, побег, Хаос, сон, другой Мироход, люди в мантиях, опять кровь, стрельба…
Я заскрипел зубами, стараясь вспомнить еще хотя бычто-то, но выдавить из своей памяти еще хоть какие-то воспоминания становилось все труднее. Одни только обрывки — остальное как в тумане. А что тут удивляться? Я потерял чертову уйму крови, грохнулся о каменный пол и, мало того, старался пристрелить как можно больше хозяев места в которое попал. Последнее к делу не относится, но все же… Судя по тому, что я все еще жив и всего- то подвешен на дыбе — все обошлось малой кровью. По крайней мере, я очень на это надеюсь.
Тяжело вздохнув, я медленно начал разминать затекшие руки. Просто отлично — воспоминания не принесли с собой ничего, кроме целой кучи вопросов. Кто были те трое наемников? Люди Компании или предатели? Почему Мироход заработал после смерти Атиллы? Как мне удалось выбраться из Хаоса? Насколько далеко от родного сектора меня занесло, если в этом мире свободно применяют колдовство? Почему я все еще жив? Что значит очередной сон?..
И, черт побери, как мне отсюда выбраться на своих двух?
Мои размышления прервал скрип отпираемой двери. В тот же миг открыв глаза, я с трудом различил очертания ее на противоположной стене. Странно, а я сначала ее даже и не заметил. Еще секунду назад обычный участок стены, по случайности не заставленный ненужным хламом, а сейчас — дверной проем с вырывающимся из соседнего помещения ярким светом.
На пороге показалось трое смуглых, темноволосых парней в мантиях украшенных языками пламени. Присмотревшись внимательней, я узнал первого вошедшего — это был тот самый высокий колдун, что едва не разрубил меня надвое сверкающим мечом. Я болезненно поморщился, предчувствуя недоброе.
Он молча подошел и остановился к каком- то метре от меня. При желании, я смог бы выдавить из себя немного сил, приправить их адреналином и попробовать свернуть этому любителю мечей шею ногами, но мне кажется, что именно начто-то подобное он и надеется. Двое друзей моего недавнего знакомого остановились у самой границы нарисованной на полу фигуры и, сложив пальцы на руках в замысловатые фигуры, замерли, словно истуканы. Происходящее нравилось мне
все меньше, пауза затягивалась, а единственное, что приходило мне на ум — попросить прощения за раненых и, не дай Бог, убитых, а так же немного воды.Уже набравшись храбрости для столь наглой речи и даже открыв рот, я получил крайне неприятный удар по ребрам. Колдун двигался молниеносно — шаг вперед, выпад, шаг назад. Едва не завыв от боли, я скрипнул зубами, и еще раз обдумал трюк со свернутой шей. Можно было бы нагрубить этому гаду, благо на языке крутилась целая тирада, но я сдержался. Парень запросто может психануть, принять мои словоизлияния за оскорбление и просто- напросто прикончить меня колдовством.
Взглянув в глаза колдуна, я сразу узнал этот нездоровый блеск. Его глаза будто говорили — "Давай, напади на меня, ударь, дернись. Дай мне повод прикончить тебя!".
— Э нет, дружище, так не пойдет. — криво улыбнувшись, прошептал я.
— Это мы еще увидим. — оскалившись, ответил парень занося кулак для следующего удара.
Все еще не до конца понимаю, почему меня оставили в живых, но ясно одно — этот клоун здесь далеко не главный и просто прикончить меня он не может. Это значит, что я кому- то зачем-то нужен и у меня есть шанс выжить. Главное, не провоцировать его и дождаться того, кому я обязан своим спасением.
Колдун нанес удар по печени и сразу же зарядил локтем по ребрам, заставив меня закашляться. Бьет он непрофессионально, зато отлично выбирает точки для удара — печень, уже начинающая темнеть гематома на ребрах…
Ладно, я тоже не лыком шит — длительные тренировки по кикбоксингу уж точно научили меня держать удар. Скрипнув зубами, я напряг все еще не отбитые мышцы, приготовившись к продолжительной работе боксерской грушей.
Поняв, что я не собираюсь давать отпор, колдун вошел во вкус и принялся колотить меня по полной. Болезненная серия ударов — бедро, живот, печень и челюсть… Во рту появился привкус крови, с каждым ударом я на несколько секунд зависаю над полом и мне приходится изрядно напрягаться, чтобы снова крепко встать на ноги и не вывихнуть руки. Прищурившись после очередного удара, я заметил, что помощники моего боксирующего "друга" с удовольствием наблюдают за представлением, между тем, не двигаясь с мест. Эх, ребята, были бы у меня руки свободны, да револьвер с боезапасом под рукой — тогда мы бы с вами поговорили на равных…
Высокий колдун все бил и бил. Кажется, на пятой минуте мой многострадальный нос был окончательно и бесповоротно сломан, еще через минуту левый глаз начал отекать, а губа кровоточить… А я лишь ухмылялся и смотрел перед собой, заставляя его все больше бесится. Он пришел сюда, чтобы заставить меня напасть на себя и убить "защищаясь", но вместо этого, видел только мою окровавленную и перекошенную болезненной ухмылкой рожу. Через некоторое время, когда у меня перед глазами уже вовсю плясали алые пятна, а тело просто адски болело, парень подошел совсем близко и, наклонившись ко мне, и тихо промолвил:
— Как тебе, а, странник?
— Что… Кха… Как?.. — сплюнув на пол вязкую от крови слюну, переспросил я.
— Как тебе чувствовать себя слабым? Бессильным, без своего оружия? Подвешенным на крюке, словно свиная туша? — вытирая рукавом мантии выступившую на лбу испарину, спросил колдун. Между делом я заметил, что костяшки его пальцев сбиты в кровь — черт, неужто это он меня так сильно отделал?..
— Круто. Будто на курорт попал… Только вот не знаю, за что мне такая честь. — заглянув в его бледно- карие глаза, ответил я.