Наёмник
Шрифт:
Это просто работа. Неприятная, иногда грязная, но не стоит забывать, что не многие, подобно мне, жалеют своих противников.
Оружие Такеды несет только смерть, и ребятам просто не повезло оказаться на пути у японца. Они выполняли свою работу, а он выполнял свою. Но у моего напарника получается намного лучше и здесь не о чем жалеть.
Я отбросил все посторонние мысли и, поморщившись от запаха свежепролитой крови, вышел в коридор, потащив за собой старика. Хлюпая туфлями по крови, я зашагал к Такеде, лениво стреляя по поворачивающимся нам вслед камерам. Пять пуль — пять камер. Быстрыми, заученными
Коридор к лифтам заблокирован тяжелой бронированной дверью- перегородкой. Для Такеды это конечно не преграда, но неужели они думали, что мы сунемся через лифты? Черт, я теряю уважение к этим ребятам.
Хотя, может это всего лишь часть какого-то грандиозного плана?..
Туннель, уходящий направо от главного коридора был заблокирован такой же дверью. Я молча наблюдал, как японец буквально за пять секунд расправляется с перегородкой, и последовал за ним, через огромную, вырезанную в металле дыру.
Здесь нас поджидал неприятный сюрприз в виде широкого коридора, в котором стояло четыре "Урана", из пола уже поднимались автономные точки пулеметного огня, а углубления в стенах искрились от электрических зарядов готовых сорваться с шоковых ловушек. Я тут же вскинул пистолет и начал палить по камерам роботов, а Такеда занялся автономными пулеметами.
Четыре из семи пуль достигли цели и "Ураны" застыли, но я- то знаю, что через мгновение они начнут агонизирующий танец смерти. Во все стороны ударит град пуль и импульсных сгустков, от которых нам просто не увернуться.
Я поморщился и, схватив за шкирку старика, бросился к ближайшей двери.
Бросив на меня взгляд, Такеда понял все без слов и несколько раз взмахнул "хлыстом", открывая нам проход внутрь. Толкнув плечом остатки двери, я вместе с пленником ввалился в небольшую, темную лабораторию — несколько длинных столов с кучей оборудования и "посуды", у стен шкафы с реактивами. Следом за нами внутрь юркнул японец.
— На плане их не было. — тяжело дыша и зажимая кровоточащее плечо, заметил напарник.
— Если ты думаешь предъявлять претензии Оператору после окончания задания — забудь. Я уже сейчас могу сказать, что он тебе ответит — "Простите, но они усилили охрану сразу перед вашим приходом. Мы здесь ни при чем". Иличто-то подобное…
— Нам сначала нужно выбраться. Слышишь? "Ураны" скоро заткнуться, а вот точки автономного огня и шокеры в стенах… Боюсь, что даже вдвоем мы не успеем убрать их все — нас просто расстреляют или поджарят. — покачал головой японец, на скорую руку перевязывая плечо.
— Сколько у нас времени? — хмуро спросил я.
— По плану — четыре минуты тридцать две… Нет, двадцать секунд. — взглянув на циферблат наручных часов, ответил Такеда.
Я тихо ругнулся и быстро снял окровавленный и простреленный в нескольких местах пиджак. Теперь лишние шмотки мне только мешают — оружие доставить неудобно, да к тому же движения в них немного скованы. На время оставив в покое пленника, я опять поменял обойму и засунул пистолет обратно в кобуру. Поморщившись, я оторвал от своей рубашки левый рукав и быстро перевязал кровоточащую рану в боку.
На некоторое время этого должно хватить.
— Мы сами загнали себя в угол, Аск. Даже если будем следовать плану и попробуем прорваться к аварийному лифту — обоим
нам не выжить и вовремя не успеть. Не говоря уже о цели. Кроме того, у нас четыре минуты перед тем, как сюда доберется спецназ… — будничным тоном заметил Такеда.Я ничего не ответил, лишь мысленно признав его правоту. Мы просто не рассчитывали, что в коридоре, ведущем к аварийному лифту, будет столько охранных систем. На предоставленных планах их вообще не было — полностью безопасный коридор. Что нам остается? Сдаться? Ха, вот еще — по некоторым причинам, я предпочту смерть от пули, чем плен. Другой выход? Его просто нет — аварийный лифт не подключен к общей компьютерной сети СВБ и активируется картами сотрудников. Что это значит?
Это значит, что этот лифт — наш единственный шанс выбраться отсюда.
Остается действовать как всегда, отдав свои судьбы в руки удачи.
— Снимите с меня эту железку. — послышался приглушенный старческий голос.
Я удивленно повернулся к пленнику. Странно, я почему- то думал, что разговаривать в этой штуке не выйдет. Мы с Такедой недоуменно переглянулись.
— Я сожрал кляп, идиоты. А теперь если хотите выбраться отсюда живыми — снимите с меня это ведро и браслеты. — словно прочитав наши мысли, ответил старик.
— Чем мы рискуем? — пожав плечами, потянулся к шлему японец, сжимая в руках карту профессора.
— Эй! Что значит, чем?! Своими головами! — возмутился я.
— Если промедлите еще две минуты — вам больше не будет чем рисковать. — приглушенно отозвался пленник.
Такеда бросил на меня вопросительный взгляд, и я неохотно кивнул. Нам теперь и правда нечего терять. В одно место недовольство Оператора, если мы выполним задание. Главное ведь результат, ведь так?..
Как только карта профессора коснулась электронного замка, внутри шлемачто-то щелкнуло и, развалившись на две части, он со звоном упал на пол. Мои глаза округлись — на передней части шлема, в том месте, где должен был быть кляп, не осталось ничего. Только следы зубов у самого основания уже не существующего кляпа…
Подняв пистолет, я быстро осмотрел нашего пленника — сморщенное, словно иссохшее яблоко лицо, длинные седые волосы, на подбородке многодневная щетина, высокий лоб, тяжелая нижняя челюсть, мутно- серые глаза. И вот этого старика они держали в камере с повышенной охраной и накачивали транквилизатором?
Кажется, ячто-то пропустил в этой жизни.
— Молодцы. Теперь кандалы. Быстрее! — рявкнул на японца пленник, разминая шею.
Приложив карту к специальным выступам на кандалах, Такеда нажал пару кнопок, и браслеты упали на пол. В комнате сразу стало как-то прохладнее и мгновенно запахло озоном. Я удивленно почувствовал, как волосы на голове потрескивают в такт воздуху.
— Что за?..
— Отлично! Чертово железо! Ненавижу железо! Убить бы всех, кто создает такие штуки!.. Ладно, это потом. Пошли отсюда. — хмуро оскалившись, направился к выходу в коридор старик.
Я открыл рот, чтобы предупредить его о пулеметах, но было уже поздно — автономные установки обрушили на пленника свинцовый ливень. В голове успела проскользнуть мысль, что старик был просто сумасшедшим, но из-за его смерти нас по головке не погладят…
А через мгновение я понял, что неизвестный все еще жив и даже не ранен!