Наёмник
Шрифт:
— Это не удивительно, если вспомнить, как я провел последних несколько дней. — мрачно ответил я.
— Тогда проваливай. — убрав ладонь со лба, безапелляционно заявила Джу. — До рассвета еще несколько часов — иди отдохни, а я займу твое место.
— Да ты ведь…
— Я успела подремать и поесть. Ты успел только поесть. У меня есть магические чувства, у тебя — нет. Для меня заметить опасность с этого холма не составит труда. Я даже больше скажу — я сейчас более боеспособна и полезна, чем ты. Даже с теми каплями энергии, что у меня остались. — резюмировала волшебница, сложив руки на груди. — Поэтому — проваливай и скажи Хеку, что бы сменил меня через час.
Я хотел было
— Смотри тут в оба, Хек придет через час. — отодвигая в сторону полог шатра, пообещал я. — И, Джу?
— Что еще? — нарочно раздраженно спросила волшебница.
— Спасибо.
— Ур-за! — каркнул знакомый голос у меня над ухом.
Широко распахнув глаза, я сходу сел на диванчике, сомкнув правую ладонь на рукояти револьвера. Из головы тут же выветрились остатки дремоты, но организм упорно не хотел признавать, что время, отведенное на сон, закончилось. Несколько раз моргнув, я уставился на зеленокожую морда Хека, со свежим шрамом на лбу.
— Утро? — облизав пересохшие губы, уточнил я.
— Утро. — ответил гоблин. — Вставай, глаз Ургаша уже поднимается из-за горизонта.
— Понял.
Разжав пальцы, я отпустил рукоять револьвера, протер глаза и потянулся. Удостоверившись в том, что выполнил свою задачу и растолкал меня, Хек вышел из шатра. Сонно зевнув, я осмотрелся. Оркхая внутри уже не было — орк на редкость неугомонный парень, не может и час спокойно посидеть. Еще ночью, весь в бинтах и повязках, зеленокожий рвался на место часового, а это уже о многом говорит.
Прикрыв глаза, я размял шею и поднялся на ноги. Все вещи в шатре уже были сложены, кровать застелена — артефакт подготовили к сборке. Удивленно хмыкнув, я почесал бороду. Кажется, меня разбуди последним, дав возможность дольше поспать…
Я прислушался к собственным ощущениям и мрачно подумал, что несколько часов сна погоды не сделали — голова перестала болеть, да и только. Усталость никуда не делась, точно так же как и свербящие шрамы на руках и едва заметно ноющие ребра.
Отлежаться бы недельку, да только в ближайшее время это мне не светит.
Немного повозившись, я натянул на ноги сапоги, застегнул верхние пуговицы рубашки и поправил жилетку. Потом перекинул через плечо магическую сумку и одел плащ. Куртку одевать категорически не хотелось — если повезет, к обеду мы выберемся в Великую Степь, а там солнце палит значительно сильнее, да и тени как таковой нет. Это уже не Орочий лес, где деревья втягивают в себя всю ночную влагу и прикрывают от палящего днем солнца — нужно готовиться к худшему.
Подхватив со стола широкополую шляпу, я нахлобучил ее на голову и на минуту застыл на месте. Сюда бы зеркало, выгляжу я как вылитый ковбой из старых фильмов: темные кожаные сапоги, темный дорожный плащ, серые брюки и жилет, белая рубаха, пояс с серебряной пряжкой, потертая кожаная сумка на левом бедре и, конечно, кобура с револьвером на правом. А еще, благодаря бороде, я выгляжу мрачным и очень опасным.
Вылитый ковбой, только медный браслет на запястье правой руки не вписывается, да шпор на сапогах не хватает.
— Ну и [цензура] с этими шпорами. — заключил я, наслаждаясь своим образом.
Развернувшись на каблуках, я зашагал к выходу из шатра. Едва шагнув на улицу, я на мгновение остановился, любуюсь представшей передо мной картиной.
Солнце только-только выползало из-за горизонта, но на востоке уже разгоралось алое зарево рассвета. Капли дождя на листьях деревьев сияли драгоценными
камнями, все вокруг просто сияло. Лицо тут же обдало прохладным ветерком, и я вдохнул полной грудью, наслаждаясь еще не растаявшим запахом ночного дождя. В лесу пели птицы, у подножья холма шумела вышедшая из берегов речка…Идиллию нарушал разве что столб темного дыма, поднимающийся в небо далеко на юго-западе. Чернильно-черный будто живой, он явно имел магическое происхождение, но от нас его источник находился слишком далеко — километров тридцать, если не больше.
Есть повод для беспокойства.
— Приветствую, ур-за. — поприветствовал меня сидящий на колоде перед шатром Оркхай. Вся старая одежда зеленокожего была залита кровью, поэтому он сменил наряд, облачившись в песчаного цвета штаны, нательную рубаху, легкую кольчугу и светло-коричневую кожаную куртку с множеством пряжек. Окинув орка мимолетным взглядом, я отметил, что в наспинных ножнах у него покоится длинный двуручный меч, а за пояс заткнут небольшой метательный топорик.
— Да-да, приветствую. — рассеяно кивнул я и указав в сторону столба дыма, осведомился: — Это еще что?
— Что-то колдовское. — подтвердила мои опасения волшебница, не отрывающая взгляда от предмета моего беспокойства. — Какая-то серьезная мерзость, кроме тьмы ничего не вижу.
— Появилось пол часа назад. — просветил меня гоблин, сидящий на корточках у входа в шатер и грызущий кусок вяленого мяса. — Сначала что-то рвануло, а потом вот к небу дым поднялся.
— Духи Леса говорят об уходе Яростного Древа. Оттуда. — указал в сторону источника дыма орк. — Кто-то изгнал Духа, возможно, уничтожив его вместилище.
— Ршаг. — высказал свое предположение я.
— Сомневаюсь. Он талантлив, но я могу понять его заклинания, пусть даже только теоретически. — покачала головой Джу, повернувшись к нам. — А это что-то намного более опасное — чернейшее колдовство, я только слышала о подобном… Так описывали эффекты от сильнейших заклинаний Сверов, которые они применяли в войне с Советом. С того времени ни о чем подобном не слышали…
– [цензура].
– высказался я мрачно глядя на товарищей. — И вы ждали пол часа, чтобы разбудить меня и поведать об этом?!
— Ну, прямой опасности оно не представляет, да и далеко очень…
— Так, давайте разберемся, правильно ли я все понял. — выставил перед собой ладонь, я чувствуя как где-то глубоко в душе закипает котел раздражения. — Непонятно кто уничтожил пятнадцатиметрового древесного монстра в тридцати километрах от нашего лагеря. Уничтожил древним заклинанием общества колдунов и некромантов, о котором не слышали несколько сотен лет…
— Больше. — поправила меня Джу.
— Не важно. Так вот, в небо поднимается столб чернильного дыма. Это в то время, когда за нами охотится весь Орочий лес, колдуны и наши аварские "друзья", для которых теперь перейти границу — не проблема. Война ведь. — нарочно спокойным тоном, принялся излагать я. — Это, конечно, вопрос — найдут ли они нас? — но дело даже не в этом.
— А в чем? — нахмурившись, спросил гоблин.
— Дело в том, что нам нужно сваливать отсюда! — выпучив глаза, закричал я. — Господи, я понимаю, что для всех нас несколько последних дней не были лучшими в жизни, но если мы не уберемся отсюда, то рискуем снова влезть в передрягу. Такую, из которой живым уже никто не выйдет. Я ясно излагаю?
Дождавшись утвердительных кивков, я вздохнул и продолжил:
— Хек, займись врыками — чтобы через десять минут мы были готовы к отъезду.
— Ай-е, ур-за. — вскочил на ноги гоблин и, выбросив в кусты обглоданную кость, направился к северному склону холма, где мы оставили вепрей.