Мышь № 313
Шрифт:
— Я думаю, что вязь эта пишет вашу историю с феей, — с укоризной посмотрел Тризар на Кору, не разделяя веселья той. — Скорее всего, текст всегда разный. У нас же есть только фрагмент его — самое начало. Ничтожно малый фрагмент, не раскрывающий сущности. Если сможешь извлечь из памяти остальные фрагменты, то мы и их расшифруем. Может быть тогда картина станет яснее, — пожал джинн плечами.
На этом терпение Лайра иссякло. Захотелось как можно скорее оказаться подальше от этого дома и этих двоих. Он злился, и это могло быть опасным. Восстановить фрагменты вязи из неактивной памяти было делом нескольких минут. После этого Лайр забрал свои лампы и распрощался с Тризаром и Корой, пока не наговорил или не сделал лишнего. Ему нужно было подумать, и места, лучшего чем один из его антикварных магазинчиков, он придумать не мог. На складе, пропитанном древностью, ему всегда думалось и дышалось легче.
На террасе
Зои нежилась под солнечными лучами на каменном парапете, подставляя то один, то другой пушистый бочок. Видно, на нее тоже напала леность, раз она даже не пела в эти утренние часы, как делала обычно. И я заметила, с каким вожделением та тоже посматривает на море.
— Тоже хочешь поплескаться? Признавайся, хитрюга, — разлохматила я ее перышки и рассмеялась.
Настроение отчего-то было приподнятым, и причины я не понимала. И все мои мысли так или иначе возвращались к Лайру, к тому, каким он был сегодня за завтраком. Внимательным, даже предупредительным. Смотрел на меня так ласково, что порой даже становилось неловко, словно не по-демонически это как-то. И все время норовил коснуться моей руки. Я же каждый раз от его прикосновений испытывала легкий трепет, который старательно скрывала. А еще, провожая его, испытала острое желание поцеловать, и в его глазах прочитала ответное. Только вот ни один из нас так и не рискнул сделать первый шаг навстречу друг другу. От этой взаимной несмелости осталось чувство сожаления в душе, но даже оно не могло развеять моего радужного настроения.
И все же, спуститься к морю, не получив на то позволения, я не решилась. Сначала разыскала молчаливого Заура, что хлопотал на кухне. Завидев меня, мужчина бросил все дела и застыл в позе почтения и ожидания. И выражение лица его в этот момент мне понравилось: ни тени подобострастия, лишь глубокое уважение, которое сбивало меня с толку. Ну не успела я его еще заслужить, потому как не сделала ничего полезного ни для него, ни для кого-либо еще.
— Заур, могу ли я спуститься к пляжу? — спросила без обиняков. — Очень хочется искупаться, — смущенно улыбнулась, сообразив вдруг, что у меня нет купальника. Но учитывая уединенность этого места, вряд ли отсутствие такового можно было назвать проблемой.
Мужчина коротко кивнул и жестом попросил меня обождать. Сам проворно покинул кухню, но лишь для того, чтобы вернуться буквально через минуту с белоснежным пушистым полотенцем в руках. Все так же молча он протянул полотенце мне и пригласил следовать за ним.
Привел меня Заур на террасу поменьше, где я еще не была. И если там, у подножья первой, пляж был каменистым, то тут белел песком. И лестница вниз вела куда как более пологая и удобная. Впрочем, последний факт меня мало волновал, потому как перед купанием я решила полетать. А то от бездействия крылья мои становились слабыми. Им, как и мышцам, нужны были постоянные тренировки, чтоб поддерживать в тонусе, а летала я последний раз, когда соревновалась с Лайром. Да и то больше покалечилась, нежели размялась тогда. Почему-то даже эти воспоминания вызвали улыбку, хоть в них, как и в том времени, было мало приятного.
Зои с радостью откликнулась, когда предложила ей составить мне компанию в полете над береговой линией моря. Она даже показалась мне значительно увеличившейся в размерах, когда расправила свои неподражаемые, переливающиеся под солнцем крылья. Но до моих крыльев, которые я так любила и за которыми раньше особенно ухаживала, цирсии было все равно далеко.
Когда я резко спикировала вниз головой с каменного парапета, чтоб на долетая пары метров до земли воспарить верх, ощущая всем телом головокружительную смену высот, тут же получила нагоняй от маленькой подружки. Зои испуганно потряхивала крыльями рядом со мной и всем своим видом выказывала осуждение.
— Не бойся, глупышка. Это еще не верх пилотажа. Я тебе еще не показывала, на что способна, — рассмеялась я и устремилась еще выше, предлагая цирсии последовать моему примеру.
Так мы летали на пару не меньше полутора часов, пока я окончательно не выдохлась, так что еще какое-то время просто нежилась на горячем песке, не в силах пошевелиться, восстанавливая дыхание. Рядом копошилась Зои, играясь с песком, зарываясь в него и выныривая с радостным писком. Цирсия оказалась гораздо выносливее меня — самонадеянной феи, что решила плюнуть на вынужденный простой и дать себе сразу нагрузку по полной. Крылья и мышцы мои точно не торопились благодарить
меня за это, а мстили болью и покалыванием во всем теле.Как только поняла, что если и дальше продолжу валяться на пляже, то окончательно расплавлюсь, быстро скинула одежду, и дальнейшее восстановление уже проходило в воде, что гостеприимно приняла меня в свои прохладные и кристально-прозрачные объятья.
На море я была всего пару раз в детстве. Папе на работе выделяли путевки в санаторий, и мы ездили туда всей семьей. Но воспоминания и желание вновь окунуться в соленую толщу сохранилось с тех времен. Не могу сказать, что сильно люблю море. Пресные водоемы для меня предпочтительнее. Все же морская соль не очень полезна коже фей. Если не смыть ее сразу же после купания, то останутся следы в виде маленьких язвочек, которые залечиваются только специальной мазью. Именно поэтому мы обычно купаемся вволю, а потом сразу же бежим в душ. И все же, море и пляж — это ощущение покоя и отдыха, которое возможно только вдали от мирской суеты. И сейчас я этим наслаждалась, предприняв очередной заплыв. Зои, как ни странно, вообще предпочла не окунаться. Она порхала над моей головой, недовольно пища, когда я заныривала слишком глубоко или заплывала далеко от берега. Все остальное время птичка откровенно наслаждалась свободой.
Гостью я заметила издалека, как и узнала в ней ту надменную и слепяще красивую демоницу, что однажды повстречала в жилище Лайра. Сразу же вспомнилось, что испытала в тот момент. И сейчас я поняла, что уже тогда почувствовала задатки ревности.
Подплывала к берегу и выходила из воды в растрепанных чувствах. Интересно, что ей здесь понадобилось? Ведь она явно поджидала меня, вальяжно раскинувшись на песке. Только в отличие от меня на демонице был надет легкий сарафан. Мы словно поменялись ролями. Первый раз я застала ее обнаженной, теперь вот она меня. Под пристальным взглядом синих глаз становилось настолько неуютно, что из воды я практически выбегала, чтоб поскорее закутаться в полотенце. Не то чтобы стеснялась своей наготы, но все же, впечатление складывалось, что она меня изучает и сравнивает с собой. Если говорить о последнем, то сравнение было явно не в мою пользу, и именно это я читала в направленном на меня взгляде. А еще я не понимала, как она узнала, что я тут. Ведь если верить Лайру, то от всех это держалось в секрете.
Я молча смотрела на демоницу, ожидая, когда та заговорит первая. Кожу под полотенцем неприятно пощипывала, и я уже размышляла, где буду брать восстанавливающую мазь, если прямо сейчас не отправлюсь в душ. Но и уйти вот так вот, молча, тоже не могла. Ведь что-то же ей понадобилось от меня.
— Здравствуй, Алиса, — проговорила демоница хорошо поставленным голосом уверенной в себе особы. Она даже соизволила подняться с песка, наверное, чтоб не смотреть на меня снизу-вверх. — Вот решила познакомиться с тобой поближе, а то наша прошлая встреча получилась какая-то нервная, — хихикнула она, и сделала это именно что нервно, а еще зачем-то оглянулась, тоже нервно. Но кроме нас тут никого больше не было. Даже цирсия, и та спряталась на мне, как делала всегда при приближении посторонних. И кстати, она безостановочно меня царапала изнутри, словно предупреждая о чем-то, только вот о чем, понять не могла. — Не удивляйся. Мы с Лайром дружим с детства, и это он пригласил меня погостить в этом райском уголке. Ну и скрасить твое одиночество, — улыбнулась демоница почти нормально, так что я позволила себе немного расслабиться. Еще бы кожу не саднило так противно! — Я Гера, — протянула она мне красивую руку с длинными пальцами и ухоженными ногтями. Отчего-то вспомнилось, что в прошлый раз ногти были значительно длиннее и выкрашенные в красный цвет. — Ну и жара тут, — помахала она рукой перед лицом. Адское пекло, — рассмеялась и достала из сумочки бутылочку с водой. — Хочешь? — вежливо предложила мне, и я поняла, что если не отхлебну хотя бы глоток, то умру. Пить хотелось до ужаса, а потому отказаться не смогла.
— Благодарю! — приняла я бутылку из рук демоницы, и даже пальцы подрагивали, когда отвинчивала пробку.
Демоница наблюдала за мной с ласковой улыбкой, как подношу горлышко бутылки к губам, как делаю один большой глоток, другой… А на третьем из глаз ее полилось пламя, только было уже поздно. Земля ушла из-под моих ног мгновенно, словно ее место вдруг заняла пропасть. И глаза заволокло темной пеленой, закрывая от меня свет жизни.
Отправиться домой так быстро, как планировал сначала, не получилось. Позвонил Гент, и пришлось Лайру несколько часов еще провести в концерне, занимаясь неотложными вопросами, присутствуя на отчетном собрании… Но он приучил уже себя относиться к этой работе, как к необходимому злу, а потому не роптал, несмотря на то, что даже когда выслушивал доклады директоров филиалов, думал совершенно о другом, настолько далеком от работы, что даже стыдно становилось.